Телохранители тройного назначения (ЛП)

— Нет, но у тебя две свободные руки, что больше, чем у нас двоих.
Вздыхая, я выпрямляюсь, поворачиваясь к ней лицом. Когда я замечаю Брайар в серебристом платье, я замираю. Оно невероятно смотрится на ней, облегая грудь и бедра. Блестящие кисточки стекают по ее стройной фигуре, как капли воды. Молния расстегнута, демонстрируя ее гладкую белую спину. И она, и Майкл держат ткань, защипывая там, где нужно будет ее приколоть. Я осматриваю рабочее место в поисках подушечки для булавок и передаю ее мужчине.
— Спс, — говорит он. — Подержи здесь рукав, пожалуйста.
— Серьезно?
— Если ты не хочешь, чтобы у твоей бедной девочки случайно упало платье, то да, я серьезно. Мой помощник позвонил и сказал, что сегодня плохо себя чувствует.
Внутренне ругаясь, я держу ткань там, где он мне указывает, прижимая ее к телу Брайар. Ее дыхание слегка прерывается, когда подушечка моего пальца касается ее ключицы. Ее кожа невероятно мягкая, как теплый шелк.
— И здесь, на талии, пожалуйста, — Майкл напевает.
Не говоря ни слова, я защипываю еще несколько сантиметров ткани. У Брайар подтянутое тело, но я все еще чувствую мягкий изгиб между ее талией и бедром. Моя рука чешется от желания отпустить материал и обхватить этот изгиб ладонью.
Замечательно.
Майкл отступает назад и надевает подушечку для булавок себе на запястье.
— Превосходно. Давай же начнем, любовь моя.
Следующий час кажется какой-то извращенной формой пытки. Я прижимаю лоскутки шелка к горячей коже Брайар, пока она мягко дышит напротив меня, ее грудь очень заметно поднимается и опускается под низким вырезом. Майкл заставил меня потрогать её всю. Талию. Бёдра. Спину. Плечи. Каждый раз, когда она меняет позу, я чувствую запах ее духов с ароматом конфет.
Я не могу перестать думать о том, в каком состоянии нашел её этим утром: лежащую в постели, с игрушкой внутри, а её щеки раскраснелись от удовольствия. Я будто шагнул прямо в свою сексуальную мечту. Я сглатываю, отодвигая свои бедра от нее, когда мои брюки натягиваются.
Во время работы Майкл болтает о сплетнях среди знаменитостей.
— Давай посмотрим. Марио Васкес сказал, что ты начала клеветать против него. Это правда, что ты назвала его скользкой свиньей?
Брайар пожимает плечами.
— Звучит как то, что я бы сказала, не так ли? — Она поджимает губы. — Может быть, я и начну кампанию против него. Я действительно ненавижу этого парня.
— Дерзай, девочка, — с энтузиазмом говорит Майкл. — О! И Лола Сноу заключила контракт с «Sosex Fashion».
— Отвратительно. — Брайар морщит нос. — Извини конечно, но почему именно меня называют заносчивой шлюхой из-за того, что я ношу дизайнерские солнцезащитные очки, но ни у кого нет никаких претензий, когда она продвигает бренд, который, как всем известно, использует потогонное производство[14]? Она делает это уже в третий, блин, раз. — Она шипит, когда палец Майкла соскальзывает и колит ее булавкой.
— Прости, — извиняется он, когда я пристально смотрю на него. — Раскритикуй ее публично, детка.
Она достает свой телефон и начинает стучать по экрану. Я заглядываю ей через плечо. Она готовит твит для другой актрисы.
@LolaSnowOfficial ты действительно думаешь, что это нормально — поощрять людей покупать одежду, сшитую бангладешскими детьми, которым платят семь центов в день? Ты зарабатываешь пятьдесят миллионов долларов в год, тебе правда нужна сделка с таким отвратительным брендом? xo
Моя челюсть напрягается. Я начинаю понимать, откуда берется ее репутация.
— Это то, чем ты занимаешься? — спрашиваю я. — Разрушаешь карьеры других знаменитостей?
Она пожимает плечами.
— Каждому нужно хобби.
— Это паршиво, — говорю я категорично.
Она наезжает на меня.
— Это паршиво, Мэтт? Разве это более паршиво, чем сотни восьмилетних детей, которых запихивают в грязные, сырые комнаты, где они шьют футболки за два доллара до тех пор, пока их пальцы не начнут кровоточить и они неизбежно умрут? Разве мой твит — паршивая часть этой формулы? Разве… ауч!
 
Все ее тело вздрагивает, когда Майкл колит ее еще одной булавкой. Я смотрю вниз и вижу пятна крови на ее бледной коже.
— Смотри внимательнее, что ты делаешь! — огрызаюсь я. — Прекрати, блять, причинять ей боль!
— Это был несчастный случай!
— Один раз — это несчастный случай. Второй раз означает, что ты ведешь себя небрежно. Если ты можешь выполнять свою работу, не превращая моего клиента в подушечку для булавок, я предлагаю тебе начать прямо сейчас.
Повисает неловкое молчание. Майкл слегка кивает, возвращаясь к своей работе.
— Мэтти. Я не знала, что тебе не все равно, — бормочет Брайар.
— Это моя работа — не дать тебе пострадать, — бормочу я.
Она не отвечает, глядя вниз. Её темные ресницы касаются её щек. Проходит еще несколько минут, и затем Майкл, наконец, резко отстраняется.
— Вот. Сделано! — Он лучезарно улыбается Брайар. — Пока просто покрутись в нем, милая, и мы начнем работать над костюмом твоего друга. — Он оценивающе пробегает по мне взглядом. — Я думаю о синем. Ты поможешь мне с иголками, да ведь, Брайар? Я думаю, нам нужно будет создать что-то с нуля, чтобы обхватить всю эту задницу.
— Я помогу, — говорит она, отказываясь смотреть на меня. Я судорожно сглатываю. Мне нужны руки этой девушки по всему моему телу точно также, как мне нужна дырка в чертовой голове.
— Отлично, — выдавливаю я из себя. — Большое спасибо.
Глава 9
Х
Мне не нравится новое платье Брайар.
На мой вкус, оно слишком блестящее. Некоторым девушкам нужны сияние и блеск, чтобы выглядеть хорошо. Они прячутся за косметикой и модной одеждой. Но Брайар так естественно красива, что ей не нужно скрываться за этими раздражительными вещами. Я предпочитаю видеть её в базовых цветах. Белый — мой любимый; он придает её светлым волосам сияние, а коже — гладкость и мягкость.
Я стою на коленях в кустах, наблюдая через окно, как она вертится перед зеркалом. Муха жужжит у моего уха, но я не осмеливаюсь протянуть руку, чтобы отогнать ее. Любое резкое движение может привлечь ко мне внимание.
Я стал очень храбрым с момента моего первого визита в дом Брайар. В ту ночь, когда я перелез через её забор и проник в её спальню, я даже не чувствовал себя настоящим. Всё было так, словно я спал или играл в компьютерную игру. Я не мог поверить, что мне всё сошло с рук, но я это сделал, и теперь это не похоже на игру. Теперь я знаю, что могу близко подобраться к ней.
Проследить за папарацци до дома дизайнера было достаточно легко. Кто-то оставил ворота во двор открытыми, поэтому я прокрался внутрь и спрятался в кустах. Отсюда открывается отличный вид, хотя я жалею, что не догадался купить бинокль, чтобы лучше видеть.
Пока я смотрю в окно, крупный мужчина внезапно выходит вперед, выглядывая наружу. Его глаза осматривают двор, и я, нахмурившись, прячусь обратно в кусты.
Он из тех мужчин, которых я ненавижу. От природы красивый. У него идеальная линия челюсти, загорелая кожа и пышные черные волосы. Мужчина с такой внешностью может заполучить любую девушку, какую захочет.
Мне приходит в голову ужасная мысль. А если он — новый парень Брайар? Эта мысль заставляет меня чувствовать себя больным. И злым. Очень, очень злым. На мгновение я чувствую такую сильную злость, что подумываю о том, чтобы сделать что-нибудь радикальное.
Потом я понимаю, зачем он смотрит в окно. Он осматривает двор, влево-вправо-влево-вправо. Я замечаю наушник у него в ухе и эмблему на воротнике. Он не ее парень, он — охранник. Это немного меня расслабляет, хотя я все еще нервничаю из-за того, что моя Брайар проводит очень много времени с таким привлекательным мужчиной.
Брайар что-то говорит ему, и он отходит от окна. Она начинает раздеваться, и он быстро поворачивается лицом к стене.
Определенно не парень.
Я зачарованно наблюдаю, как Брайар раздевается. Когда я вижу отражение ее бледно-розового лифчика в зеркале, у меня начинает стучать сердце.