Там и Здесь. Тёмный правитель
– Ладно, ладно, – смягчился он. – Не закипай, как заурский горн.
– А ты не… – начала Виолетта в ответ, но договорить не успела, потому что витражная дверь открылась.
На пороге возникла Руфина Вещаева с бледным, но решительным лицом. Сжав губы на окинула придирчивым взглядом сперва Виолетту, затем Десмонда. По запаху наследник определил, как волнуется блондинка и как боится его до такой степени, что едва сдерживает визг, но изо всех сил старается не подавать вида. Забавно, если бы она знала, что он считывает все её реакции по микрожестам, запахам и пульсу, продолжала бы она играть невозмутимость? С другой стороны такая смелость почетна. Не все в академии могут похвастаться ею в общении с ним.
Спустя несколько секунд, Руфина осмелилась подать голос, который прозвучал нарочно строго и от этого слишком уж громко.
– Ну? И долго вы будете тут стоять? – поинтересовалась Руфина. – Вы своими воплями всех бабочек переполошили. Если пришли на занятия клуба, то заходите. Нечего тут орать под дверью.
После чего развернулась и с гордо выпрямленной спиной скрылась в кабинете. Десмонду не осталось ничего, как сделать пригласительный жест Виолетте.
– Прошу, – предложил он. – Я читал, на Земле пропустить девушку вперед – элемент вежливости.
Виолетта хмыкнула.
– Кто бы мог подумать, Десмонд Варгас проявляет вежливость.
Но ждать не заставила и юркнула в кабинет, быстро семеня щупальцами. Десмонд шагнул следом. Его глаза моментально адаптировались к полумраку помещения, которое оказалось оранжереей, густо заросшей самой разной зеленью. Лианы и плющи свесились с потолка, под стенами высокие пальмообразные деревья, в центре стойки с растениями поменьше, и они уходят далеко вперед в бесконечную зелень оранжереи.
Недалеко от входа стол с маленькими цветочками в горшочках и стеклянные колпаки, под которыми пестрят разноцветные крылья бабочек. Вокруг стола студенты с выпученными глазами. Оно и понятно, никто не ожидал, что на собрание клуба бабочек придет Десмонд Варгас. Среди них чуть менее перепуганная, чем остальные, Наддин Воронцова, которую он ощутил, едва перешагнул порог по жжению в груди.
Виолетта, задрав голову, оглядела начало оранжереи и выдохнула:
– А я думала, здесь просто кабинет.
Руфина, фыркнув, простучала каблучками к столу и проговорила:
– Стали бы мы собираться в простом кабинете. Наши бабочки достояние академии. Им нужна хорошая атмосфера.
Виолетта и Десмонд переглянулись. По мнению наследника, бабочки не могут представлять практического интереса. Кроме тех, что обитают у них на Небулане. Некоторые виды там ядовиты, так что яд можно использовать в разных целях. Но что делать с этими летающими цветами на Земле, он не знал.
– Ну? – окликнула их Руфина, остановившись у одного из стеклянных колпаков. – Долго вы там будете стоять? Раз пришли, так давайте заниматься.
Первым порывом Десмонда стало желание быстро отсюда ретироваться. Как минимум, перестанет жечь в груди. Но едва он сделал шаг в сторону, как цепкая хватка Виолетты сомкнулась на его запястье, она прошептала настойчиво:
– Не смей оставлять меня одну с этими ботанами.
Пришлось остаться. Он позволил подвести себя к столу, где студенты в напряженном молчании уставились на него. Слева от них с Виолеттой замерли три оборотня и один эльф, справа – четыре человеческие девушки, одна из которых Наддин, от которой Десмонд стал подальше, чтобы уменьшить жжение, а Руфина заняла место в центре стола.
Сделав глубокий вдох, она проговорила голосом руководительницы клуба:
– Я знаю, вам страшно, потому что к нам пришел небуланец. Мне тоже страшно. Но в отличие от остальных клубов по интересам, к нам может вступить каждый. Вы ведь помните наш лозунг?
Нехотя студенты все же откликнулись вразнобой:
– Помним…
– Ну да…
– Угу…
Голос Руфины прозвучал настойчивей, она уперла кулаки в бока, а аквамариновые глаза засветились, бросая красивые отсветы на светлые волосы.
– Ну-ка хором. Не слышу.
Пару мгновений студенты тушевались, но потом разом подстроившись друг под друга, произнесли:
– Красота доступна каждому.
– Вот именно, – заключила Руфина. – У нас трое новеньких. Да, все они разные, кто-то вообще… Гм… Из закрытого мира. Но это не значит, что мы должны их бросить на произвол судьбы. Во всяком случае, любоваться прекрасным они имеют право. Или кто-то хочет со мной поспорить?
Никто не ответил, только напряженное сопение наполнило оранжерею. Что Руфину вполне устроило, она представила студентов.
– Ну, новеньких все и так знают, – сказала она. – Но я напомню. Это Десмонд Варгас, Виолетта Спрутовская и Наддин Воронцова.
Парнишка с черными кудрями до плеч оскалился и бросил:
– Да в курсе мы, кто это такие. Особенно Небуланец.
Он открыл рот, видимо, хотел сказать что-то ещё, но Руфина обожгла его таким взглядом, что смолчал. А блондинка продолжила:
– Ну прекрасно. Тот, что везде пытается вставить свои пять копеек – Бирюк Шерст. Слева от него Федур Зубистый и Лиак Лиаков. Да, вот такой каламбур. Эльфа зовут Снегопад Северный. А девочки – Василиса Цветкова и Арина Крылень.
Снова повисла неловкая тишина, в которой Десмонд ощутил запах каждого из присутствующих. И все они сигналят о страхе и непринятии.
– А если он вопьется кому-нибудь из нас в шею? – выкрикнул оборотень, которого Руфина назвала Бирюком Шерстом.
От него пахло чесноком и мокрой шерстью, даже стоя в паре метров, Десмонд отчетливо улавливал это благовоние.
Он поморщился и проговорил:
– Обещаю, в твою шею я никогда не вопьюсь.
Оборотень, запнувшись, поджал губы, а справа усмехнулась Наддин. Она не боялась Десмонда, наследник это ощутил ещё в первую встречу. Почему? Ответить на этот вопрос он не мог. Но это и не важно. Главное, это на руку – если она его не боится, то с поцелуем проблем не будет. А с магическим жжением он как-нибудь справится.
Предупредительный толчок в ребро от Виолетты вывел его из задумчивости.
– Ты опять пялишься на неё, – возмущенно прошипела она.
– Я просто задумался, – ответил Десмонд.
– Ну да, конечно, – скривилась Спрутовская. – Запомни, Дес. Тебе с ней ничего не светит. Да и не положено тебе позориться, спутываясь с простолюдинкой.
– О, – ухмыльнулся Десмонд. – Оказывается, ты честолюбивая.
– Я умная, – отрезала Виолетта. – И практичная.
– И с кем мне, по-твоему, положено спутываться?
– С теми, кто равен тебе по статусу, – многозначительно отозвалась Виолетта и вскинула подбородок, устремив взгляд на Руфину.
Тем временем Руфина расставила остальные стеклянные колпаки, в которых спряталось по одной бабочке. Перед Десмондом оказалась бабочка снежно-белого цвета с переливающимися крыльями и длинными загнутыми усами. Виолетте по иронии досталась фиолетовая, а перед Наддин Руфина поставила золотую.
– Итак, начнем, – важно сообщила Руфина, снова встав во главе стола. – Перед вами ваши новые питомцы. Это бабочки Феникс Голиафус Аггрипинус. Главное их достоинство не только уникальный окрас, но и нежная привязанность к своим хозяевам. Но я предпочитаю считать их друзьями. Единственный нюанс – они требуют особых условий и без заботы в нашей оранжерее в одиночку не выживут. Пока не преобразуются, конечно. Потом их можно держать в общих загонах. Но пока они маленькие, их тела и магия крайне хрупки.
Студентка по имени Арина робко подала голос.
– А нам не вернут бабочек из прошлого семестра? – поинтересовалась она.
Красиво подведенные брови Руфины нахмурились, она проговорила:
– Те бабочки по мнению преподавательского состава слишком агрессивны. Их передали в ведение боевой магии для дальнейшего воспитания. А нам выделили Аггрипинусов. Сказали, что эти бабочки очень дружелюбные.
Арина вздохнула, в капельках влаги из её дыхания Десмонд считал печаль. Девушка успела привязаться к прежней бабочке и теперь тосковала. Ему же понять, как можно привязаться к бабочке не удавалось, как ни силился. Другое дело – кровь.