Измена. На осколках счастья (СИ)

Но преданная мною на свадьбе красавица точно никогда не простила бы такой слабости. Потому поддаваться искушению явно не стоило. Жена скоро должна была отойти от шока и осознать, в чьих объятиях она находилась и к кому так страстно прижималась – к предавшему её доверие и разбившему сердце неверному супругу! И пофиг, что безмерно любящему и бесконечно сожалеющему о той измене.
Нехотя убрал руку повыше, подальше от влекущих трусиков и продолжил растирать лопатки любимой, зарываясь пальцами в шикарные мокрые пряди волос. Говорить не хотелось. Я боялся разрушить момент нашего, вероятно, последнего единения, а Машенька просто слишком устала и пыталась успокоиться. Жена тряслась и дрожала в моих объятиях. Эх, сейчас бы костёр развести, раз уж более приятные варианты обогрева не прокатывали.
— Машунь, ты как, счастье моё? – шёпотом на ушко спросил свою девочку. – Давай я тебя хотя бы донесу до той поляны, где наши вещи остались? Разведём вновь костёр, там и зажигалка в борсетке есть, как раз согреешься, малышка. Раз ты к бабушке и в больницу не хочешь...
Ругать за безрассудство решил потом, как и оправдываться за свою слежку. Сейчас было важно лишь согреть неугомонную красавицу.
— Нет, Лёш, всё потом, – стуча зубами, выдала Маша, потом внезапно добавила уже шёпотом, прямо в мои губы, – у меня есть более интересное предложение по нашему обогреву, – и припала своими устами к моим, ещё крепче обняв, будто ожидая сопротивления или возмущения.
  
Глава 14
 
Лёша 
Со всей страстью и накопленным возбуждением ответил на долгожданный поцелуй. На тот волшебный поцелуй, которого у нас уже просто не могло быть с учётом проклятой измены. Наши губы ласкали, сминали друг друга, зубы стучали от холода, тела дрожали от переохлаждения и пылали от возбуждения сразу, а языки сплетались в танце страсти. Маша целовала меня как в последний раз, будто от этого зависела её жизнь. Я отвечал не менее пылко, понимая, что это наш последний глоток счастья, награда за спасение или физиологическая потребность в согревании, но, когда первый шок у жены пройдёт, она наверняка не простит мне этих ласк. И если мы сейчас не остановимся, то в её глазах моя персональная корзина грехов пополнится ещё на один, непростительный факт.
Так не хотелось прерываться... Однако стоило попытаться остановить лавину страсти, пока мы не утонули в ней окончательно, чтобы потом не чувствовать себя мудаком, воспользовавшимся ситуацией.
— Любовь моя, может, не стоит? – разорвал поцелуй и всё-таки решил уточнить, собрав всю силу воли в кулак и втайне молясь, чтобы жена меня не послушала.
А она и не собиралась. Маша опустила одну руку с моего плеча, просунула её между нашими телами и внезапно обхватила ладошкой стоящий колом член, даже не сдвигая мокрой ткани моих трусов.
— По-моему, твоё тело не согласно с этим предложением, муж!
— Оу, да что ж ты творишь, жена? – эта соблазнительница и статус наш новый специально подчеркнула, заводя меня ещё больше. Хотя куда уж больше? – Я ведь не сдержусь и войду в тебя прямо сейчас, Машунь! – предупреждал, когда член уже вовсю реагировал на прикосновения её ладошки, подпрыгивал и явно жаждал большего, – тебе стоит отдохнуть, любимая, а не... Оу, – хитрая соблазнительница привстала так, что её обнажённая грудь оказалась на уровне моего лица. Да это уже вообще запрещённый приём!
Твёрдая вершинка так и манила вобрать её в рот и приласкать. Обхватил губами сосочек и принялся кружить вокруг него языком и посасывать, одной рукой вдавливая малышку в себя, а другой сжимая её упругую холодную попочку. Оторвался от этого чуда и предложил в последний раз, – одумайся, любимая! Потом будешь жалеть об этом и винить меня в… – договорить я не смог.
Маша в пару секунд сдвинула ткань своих трусиков в сторону, освободила из плена мокрой ткани возбуждённый до предела член и, раскрыв пальчиком влажные складки своей нежной плоти, одним уверенным движением опустилась на моё мужское достоинство.
 
— О-о-о, ну всё, жена, я тормозил это, как мог, теперь держись!
Мне буквально сорвало крышу, обхватил соблазнительницу за осиную талию, приподнял немного, задевая членом чувствительные точки внутри её лона и вновь насадил свою девочку до упора, на всю длину. Маша застонала от наслаждения, туго и умопомрачительно обхватив меня мышцами влагалища, да так приятно, что аж в глазах потемнело.
Выключил грёбаный контроль и принялся резко насаживать любимую на себя, покачивая вверх-вниз на члене и жадно целуя её грудь, сосочки, ложбинку, шею – всё, до чего только мог дотянуться. Размеренно и сильно вбивался в свою девочку, которая уже сама вовсю скакала на мне и даже выгибалась для лучшего проникновения, упираясь руками в плечи.
Поняв, что у Машеньки хватает сил проявлять инициативу, переместил руки с её талии: одной принялся поглаживать поясницу и сжимать упругие полушария ягодиц, а другую протиснул между нашими телами и, отыскав клитор, начал доводить свою девочку до вершин блаженства, воздействуя сразу и на чувствительный бугорок, и на эрогенные точки внутри её лона, и посасывая, покусывая твёрдые вершинки сосков. Маша дёрнулась и застонала, схватила меня за волосы и с силой вдавила в свою упругую грудь, подстраиваясь под ласкающие, щиплющие клитор пальцы и производя движения тазом с ещё большей амплитудой и скоростью.
— Да, Лёш! Сильнее, родной! Ах, да-а-а... – её лоно плотно сжимало мой орган и уже начинало пульсировать, движения нарастали, а у меня от удовольствия уже темнело в глазах и начинало сводить ноги. И тут Маша решила меня добить! – Только знай, Лёш, что это наш прощальный секс! Вбивайся в меня, муж, и помни об этом!
Когда до затуманенного страстью сознания дошёл смысл Машиных слов, я резко выпустил сосочек изо рта и возмутился!
— Как так прощальный? – грубый толчок внутрь её пещерки в наказание за такие слова! – Да такое расставание ещё хуже, – резкий вход-выход в лоно коварной мучительницы, щипок ягодицы, – ещё больнее, чем вообще без секса! Это же адская боль! Заниматься любовью и знать, что это прощальный, о-о-о… – Маша также ускорила скачки на мне и вцепилась в волосы обеими руками, смотря прямо в глаза и закрывая рот поцелуем. Мы жестко сминали губы друг друга, сплетали языки, даже сталкивались зубами от резких движений вверх-вниз и от понимания, что это реально могло быть в последний раз. Резко разорвал поцелуй, продолжая вбиваться в мою жестокую девочку. – Машунь, прощальный секс в первую брачную ночь?! Серьёзно? В месте нашего первого поцелуя, о-о-о, – жена выгнулась, чтобы принять в себя на максимальную глубину мой член. – Когда мы неизвестно каким чудом выжили? Когда я чуть не потерял тебя навсегда?! За что ты так жестока, милая?
— За твою измену! За предательство! Молчи лучше, Лёш, а то и этого лишишься, – угрожала Маша, когда её сосредоточение женственности уже начинало сокращаться и пульсировать, умопомрачительно обхватывая член.
Лишусь и этого прощального раза? Ну, что ж… Не дожидаясь окончания её оргазма, я резко вышел из жены и приподнял её таз на уровень своего лица. Маша недовольно замычала и принялась возмущённо хлопать меня кулачками по плечам, желая спуститься обратно и вновь заполнить образовавшуюся внутри пустоту. Но я тоже умел быть жесток. Хотя и сдерживался сам из последних сил, чтобы не кончить следом, но раз прощание, то стоило растянуть этот сладостно-горький процесс обоюдного мучения-наслаждения!
— Ах так! Прощальный секс, говоришь? Тогда мне и с клитором твоим стоит попрощаться, родная!
С этими словами я закинул стройные Машины ножки на свои плечи, отодвинул в сторону мокрые трусики и глубоко втянул в себя умопомрачительный запах её возбуждения, опаляя на выдохе горячим дыханием влажные складочки и вынуждая любимую желать реальных прикосновений. Жена застонала, вцепилась в мои волосы и попыталась приблизить мой рот к себе.
— Пожалуйста, Лёш, прошу... Поцелуй меня там, я вся горю, остуди этот жар, – на такой призыв я не мог не откликнуться и с наслаждением очертил языком круг по разбухшим от длительного секса складочкам, слизал сладкую смазку, с пульсацией вытекающую из разгорячённого лона, просунул язык вглубь вожделенной дырочки, имитируя движения члена и вызывая страстные стороны у Маши. Она восседала на моих плечах, держась за голову и издавая неприлично громкие «ахи». Почувствовал, как её лоно сокращается вокруг моего языка, вновь выталкивая вкусную смазку, а мой член синхронно подпрыгивает в такт её оргазму.