Всегда нокаут (ЛП)

Я замечаю, как по моей коже пробегают мурашки. Я давно не чувствовала себя такой живой. Хотя часть моего сердца жаждет увидеть мою дочь, другая часть жаждет безрассудства и опасности.
Впервые за целую вечность я жажду чего-то, от чего мне будет некомфортно. Иррационального.
Мокрого.
***
Сет
Я снова делаю вдох, вдыхая её запах. Два стакана назад мой разум был затуманен, но мои чувства ещё не притупились, когда дело касалось её. Под моими руками её живот сжимается, а грудь вздымается всякий раз, когда кто-нибудь наносит мощный удар. Не буду врать, мне неприятно видеть, как двое мужчин на ринге так действуют на мою женщину. Несмотря на это, я не предпринимаю никаких попыток отвлечь её от происходящего. Я хочу, чтобы она была возбуждена, поэтому когда я поднимусь туда, то она будет умолять меня заняться с ней сексом прямо здесь, на глазах у всех.
На складе жарко и сыро. Здесь нет ничего, кроме больших промышленных вентиляторов, которые разгоняют тёплый воздух. Кондиционеров нет. Открытых окон нет.
Я обливаюсь потом, Оливия тоже. Её волосы когда-то элегантно причесанные и уложенные теперь в сексуальном беспорядке, и каждый раз, когда она проводит по ним пальцами, всё становится ещё хуже. Подозреваю, что у меня на голове то же самое.
Мы стоим на одном и том же месте уже часа два, не меньше. Вокруг нас люди танцуют и ведут себя как идиоты, но Оливия не обращает на них внимания, сосредоточенная только на том, что происходит на ринге. Алкоголь сделал мои веки тяжёлыми, снимая усталость. Я весь день был на ногах. Я готов завершить эту ночь и отправиться домой. Пока эта мысль проносится мимо, один из бойцов — тот, что с длинными вьющимися волосами и в обтягивающих джинсах-скинни — получает удар с разворота в спину с огромной силой и падает на пол.
Мы уже посмотрели пару боев, но это первый, который закончился нокаутом. Тело Оливии в моих объятиях напряглось. Понравилось ей это зрелище или нет, я не знаю. Она поворачивается в моих объятиях, её лицо немного бледнее, чем было раньше.
— Я этого не ожидала, — бормочет она, прижимая руку к груди. — Я слишком много выпила. Нам пора.
Я качаю головой.
— Пока нет.
Её зелёные глаза расширяются.
— Ты же не собираешься всерьёз выходить на ринг с этим психом? — Она указывает через плечо на победителя. Он не такой уж и большой, ничего экстремального. В своё время я дрался с довольно страшными парнями. Тот, что передо мной, даже в десятку лучших не входит. Я пожимаю плечами, улыбаюсь и допиваю остатки пива, прежде чем уронить стакан на пыльный пол.
— Я подерусь с ним, а потом мы уйдём.
Я отпускаю её и подаюсь вперёд, но её руки упираются мне в грудь, не давая двинуться дальше.
— Сет. Я не хочу, чтобы ты дрался. Кроме того, тебе запрещено это делать. Постановление суда, помнишь?
Я хватаю её за запястья и прижимаю их к бокам. К черту судебное постановление. К черту MMAC и ограничения, которые они на меня наложили. После Вегаса я был слишком измучен, чтобы сопротивляться. Сегодня вечером и прямо сейчас я чувствую, что мне это нужно. Бои — это самое освобождающее меня место в моей жизни, уступающее только месту между бёдер Оливии. Я знаю, что не должен драться. Не тогда, когда у меня так кружится голова. Но я не могу уйти отсюда сегодня вечером, не ударив по кому-нибудь кулаками.
— Не своди с меня глаз, — говорю я ей, прежде чем запечатлеть на её губах грубый, сухой поцелуй.
Я вырываюсь и несусь к рингу. Лысая голова мужчины блестит от пота, который стекает по его спине и груди. Он вскидывает руки в воздух, празднуя победу и требуя нового соперника. Никто кроме меня не приближается к рингу. Он тоже это видит. С дерзкой ухмылкой он подмигивает мне, прежде чем заметить что-то за моим плечом, отчего его тёмные глаза сужаются. Держась за среднюю верёвку, я оглядываюсь через плечо и вижу Оливию прямо за собой. Я смотрю на своего противника и любопытство в его глазах, когда он смотрит на её голые ноги и обтягивающее чёрное платье, и это чертовски раздражает меня.
 
— Милая девочка, — бормочет он мне, когда я выхожу на ринг.
Я игнорирую его. Чего он от меня ждёт? Спасибо? Я обращаюсь с ним так, словно его не существует, расстёгиваю рубашку и снимаю её. Я складываю её пополам и перебрасываю через канаты, чтобы Оливия могла её взять. Она прижимает её к груди и качает головой. Я вижу беспокойство в её глазах, но она уже должна была лучше меня знать. Я ни за что не проиграю этому грёбаному мудаку.
— Я заключу с тобой сделку, — объявляет мой оппонент, ухмыляясь. Я ненавижу его. На мой взгляд, он слишком похож на грёбаного Дона Рассела. — Если выиграю я, то заберу девушку домой, а если выиграю я, то заберу девушку домой.
Я слышу, как Оливия предупреждающе зовёт меня по имени, но игнорирую, отказываясь отводить взгляд от придурка передо мной. Что такого в том, что мои противники хотят заполучить мою жену? Я бы до последнего вздоха боролся за Оливию. Они не в своём уме, если думают, что я откажусь от неё ради чего-то меньшего, чем моя жизнь.
— Забавно, — говорю я, скидывая свои дурацкие ботинки. — Ты забыл упомянуть, что получу я, когда надеру задницу тебе.
Он улыбается, искренне удивленный.
— Этого не случится, красавчик.
Я анализирую его и могу сразу сказать, что он никогда не дрался профессионально. У него слишком небрежная стойка. Судя по его предыдущему бою, он уличный боец. Не больше. Я дам ему тридцать секунд побыть со мной на ринге, прежде чем полностью раздавлю его.
И так и происходит.
Глава 8
Оливия
От того, как они смотрят друг на друга, у меня волосы встают дыбом. Я не знаю, что такого есть в Сете, что заставляет других бойцов так нервничать, но ухмылка, которая раньше украшала лицо его противника, исчезла, сменившись злобой.
Я окаменела.
Возбуждена.
Взволнована.
У меня сжимается сердце…
Я не знаю, что делать и как себя вести. Я крепче прижимаю рубашку Сета к груди, пытаясь вдохнуть её запах, но это не помогает, особенно когда я вижу его на ринге. Я не могу смотреть, но в то же время и не могу отвести глаз. Я очень верю в Сета как в бойца. У него есть тактика, он быстр и силён, но он давно не тренировался для боя, а его противник… Я содрогаюсь. Встречался ли Сет на ринге когда-нибудь с кем-нибудь такого роста? Я тяну рубашку вверх, чтобы прикрыть нижнюю половину лица, когда бойцы приближаются к центру ринга, подняв кулаки, готовые наносить удары. Его противник замахивается первым, заставляя моё сердце биться где-то в горле. Я не скучала по этому ощущению. Беспокойство и стресс овладевают моим телом, и я не могу это остановить. Волнение не уйдёт, пока я не буду знать, что Сет победил. Мой муж ухитряется увернуться от удара и от двух последующих. Я не могу в это поверить. На его губах появляется лёгкая улыбка, когда он пригибается, уворачивается, петляет и обходит гиганта, стоящего перед ним. Я смотрю на его противника. На его лице отражается разочарование. Он стискивает зубы. Его брови почти соприкасаются, а вены на шее грозят вот-вот лопнуть. Несмотря на высокий рост, гигант медлителен.
Он наносит ещё один сокрушительный удар, и Сет ловко уклоняется от него. Не упуская возможности, он отскакивает назад и со всего размаха ударяет гиганта в лицо.
Люди толпятся, отчаянно желая понаблюдать за развитием событий. Судя по выражению их лиц, они не могут в это поверить. По мере того, как Сет наносит всё больше и больше ударов по здоровяку, толпа приходит в восторг. Я замечаю, что, когда кулаки врезаются в плоть, я единственная, кто вздрагивает от ужасного треска, наполняющего воздух.
Сет заставляет гиганта отступить, и это всё, что ему нужно. Как только тот отступает, Сет понимает, что победит. Прежде чем гигант осознает, что происходит, Сет наносит два быстрых и удачных удара в лицо. Его противник пытается защититься, но уже слишком поздно. Он не успевает блокировать приближающиеся удары кулаков. Я зажимаю зубами небольшой кусочек ткани рубашки Сета, прикусывая его. Моё тело начинает сходить с ума. Лихорадка нарастает, и это безумие настолько неистово, что я ни за что не смогу носить эти трусики ещё дольше. Они впитали всю влагу, которую только могли.