Дочь Затонувшей империи

  
Глава 32
 
В голове звенело, а перед глазами плясали белые пятна. Кровь потекла по рукам, когда они упали по бокам мертвым грузом. Покачнувшись вперед, я врезалась в раскаленный столб и, оттолкнувшись от него, рухнула на четвереньки. Истошный крик боли отозвался эхом в ушах, но я не понимала, придумала ли я его в своем сознании или он действительно сорвался с моих губ.
Мне было так больно, что ничто другое меня уже не волновало. Внутри бушевала буря, и руки отказали, когда кровь потекла по ним, смешиваясь с грязью, слякотью и дождем. Я повалилась вперед, сильно ударившись носом о землю, и едва успела повернуть голову в сторону, когда меня вырвало какой-то ужасной смесью крови, желчи и того, что я ела на завтрак полжизни назад. Я опять заорала, слезы катились по щекам. Желудок охватило огнем, крутило, сводило и резало, пока меня снова не вырвало, а ушибленную грудную клетку не пронзила острая боль.
Я почувствовала, как чья-то рука прижалась к моему затылку, и сильные пальцы успокаивающе легли мне на плечи.
Райан.
Пока меня тошнило, он отвел в сторону выбившиеся пряди волос и положил другую руку мне на лоб. Его прохладная ладонь дарила ощущение успокаивающего присутствия. Все остатки своей силы он направил на меня, и прохладный ветерок коснулся моей пылающей кожи. Но я все равно кричала, плакала и выплевывала еще больше желчи, а он тем временем держал меня, и его аура продолжала обдувать легким прохладным бризом мои волосы и лицо.
– Я рядом, – произнес он. – Все хорошо. Все закончилось.
– Вы можете встать? – шепотом спросил Эмон. – Лириана. Лир! Вы должны встать. – Он кивнул Райану. – Подними ее.
Аура Райана вспыхнула обжигающим льдом. Гнев и ярость принесли с собой ветер такой силы, что Эмон напрягся, чтобы удержаться на ногах. А потом лед исчез так же быстро, как и появился. Эмон грозно посмотрел на Райана, его губы растянулись в презрительной усмешке. Ноздри Райана раздулись, но он кивнул в ответ своему Арктуриону в знак покорности.
Райан обхватил меня своими сильными руками за талию и бережно поднял на ноги, удерживая мой вес, когда мои стопы коснулись земли. Как он это делал? Как у него это получалось даже после того, как его собственные силы иссякли? И я не понимала, почему он все еще возится тут со мной, неважно, был он моим охранником или нет. Каждую секунду, стоя перед Наместником и Эмоном в своем нынешнем слабом состоянии, он рисковал снова попасть в беду.
Райан начал отступать, но я не могла стоять самостоятельно, потому что слишком ослабла и сильно ранена. Он снова прижал ко мне свои руки, положив ладони на бедра. Моя голова откинулась назад, но что-то в голосе Эмона, беспокойство и приказ, заставило меня выпрямиться. Ступни пронзило сотней острых булавок, когда я неохотно перенесла свой вес на ноги.
– Встаньте, ваша светлость. Оставь ее, – приказал Эмон Райану. – Она сделает это. Она должна это сделать.
Райан отступил, но его рука, большая и твердая, оставалась лежать на моей пояснице. Я прижалась к нему, отчаянно нуждаясь в поддержке, нуждаясь в чем-то, в ком-то, кто удержит меня от падения. Медленно он отвел ладонь назад, и только его пальцы поддерживали меня, позволив обрести равновесие.
Эмон кивнул. Он снова дернул подбородком, указывая на Райана. Послание было ясным.
Мне нужно сделать это самостоятельно. Как сотурион.
– Удовлетворены? – рыкнул Стремительный в сторону Наместника, уже превращаясь в бога Смерти. Одно неверное движение, и он мог убить.
– Ее светлость не доказала ничего, кроме своего крайнего презрения к нашим правилам и обычаям, – сказал Наместник, перекидывая свой черный плащ через плечо. Золотые нити отделки сверкали в свете огней. – Я не желаю, чтобы этот эксперимент затягивался хоть на секунду дольше, чем необходимо. Император собирается посетить Бамарию этой зимой на Вальяти. Тогда ее светлость и подвергнется испытанию. Лучше ей не терять попусту оставшееся время.
Вальяти. Зимнее солнцестояние, до которого оставалось меньше трех месяцев. Три месяца! Он просто сократил выделенное мне время вполовину, время, в котором я нуждалась, чтобы подготовиться и найти ответы. Вот так легко оно исчезло просто потому, что он мог его отобрать. Я поняла, что он никогда и не собирался выполнять свою часть сделки.
 
Я смутно осознавала суету вокруг: мои сокурсники кричали и язвили, удовлетворенные тем, что я получила по заслугам. Пави выглядела особенно довольной, как и Нария.
Подул холодный ветерок, и внезапная сырость пробрала меня до костей. Приближался новый дождь.
Я знала, что Эмон объявил об окончании боевой практики и отпустил всех с арены, но я осталась стоять у шеста, едва держась на ногах, едва осознавая окружающее.
– Уведи ее отсюда, – рявкнул Эмон на Райана. – Приведи ее в порядок.
– Да, Арктурион.
– Ваша светлость, – понизив голос, сказал Эмон, в его глазах читалось беспокойство. Он поморщился, но стал больше похож на того Эмона, которого я знала девочкой, на того, кто всегда присматривал за мной, еще одного дядю в Крестхейвене. – Вы больше никогда здесь не окажетесь.
Я либо кивнула, либо это моя голова качнулась. Эмон повернулся, отпуская нас. Я снова почувствовала руку на затылке, которая направляла меня вперед, а затем бережно переместилась к пояснице – единственному месту, где не было ран.
– Лир, я рядом, я позабочусь о тебе. С тобой все будет в порядке, – пообещал Райан.
Мои сокурсники покидали арену, наблюдая, как я иду. Тело кричало при каждом сделанном шаге, и казалось, прошла целая вечность, прежде чем мы достигли края поля. Райан открыл дверь, направляя меня внутрь Катуриума. Залы освещались светом факелов, слишком ярким для моих глаз. Желудок снова скрутило, голова стала легкой и тяжелой одновременно, и я задрожала, понимая, что не смогу добраться до своих покоев. Хватило бы сил дойти до конца этого коридора. Райан внезапно повернулся и повел меня по заброшенному коридору.
– Куда?.. – начала спрашивать я срывающимся голосом, прежде чем он подвел меня к маленькому столику.
– Положи руки сюда, – попросил он, кладя их передо мной на стол. Он провел ладонями вниз по моим предплечьям и сжал запястья, прежде чем отстраниться. – Нужно прикрыть твою спину.
Верно, моя спина была обнажена, разорванная туника свисала с плеч. Нет, моя спина, кожа на моей спине была вспорота… окровавлена… По полу коридора тянулась кровавая дорожка, и я покачнулась при виде этого зрелища.
– Держись за стол, – велел он. – Всего минутку, пока я сбегаю за всем необходимым. Я быстро.
Я крепко зажмурила глаза и снова разрыдалась. Только что Райан был рядом, а потом исчез. Я теряла связь с действительностью, теряла счет времени. Казалось, в мгновение ока он появился в коридоре с большой сумкой, перекинутой через плечо.
– Они у меня, – сказал он. – Еще минутку постой так. Хорошо? Я вымою тебя, когда мы вернемся домой. Но мне нужно снять с тебя тунику. Лир, ты не против?
В ответ я издала какой-то едва различимый звук, но этого хватило.
Райан стянул остатки туники с моих плеч на талию, позволив ей повиснуть и обвиться вокруг ног, и я почувствовала, как он опустился на колени позади меня, медленно поднимая мои ноги, одну за другой, чтобы снять одежду, одновременно поддерживая меня весом своего тела. Затем он встал, просунул руки под моими и завязал концы белой ткани под грудью, закрыв раны на спине. Ткань была неплотной и не могла затянуть раны… да это и невозможно, когда они нанесены магическим хлыстом сотуриона. Но она могла помочь мне не истечь кровью и не подцепить какую-нибудь инфекцию.
Я слегка покачнулась, и перед глазами опять все поплыло.
– Я с тобой. – Он подхватил меня на руки, и я положила голову ему на грудь, слушая, как громко и ровно бьется его сердце, а затем прижалась лицом к его груди, вдыхая мускусный с древесными нотками запах. – Эй, партнер, не отключайся. – Он крепче обхватил меня руками. – Лир? Лир, оставайся со мной. Еще немного.