Дочь Затонувшей империи

Резко развернувшись, я побежала прямо к Тани, сотурион Виктора дышал мне в затылок. Мне уже не хватало воздуха, в боку закололо, и я поняла, что не смогу продолжать в том же духе, долго не выдержу, особенно имея дело с пятью противниками. Тани протянула ко мне руки.
Я увернулась и побежала. Сотурион Виктора снова врезался в барьер, взревев от боли и раздражения. Тани отскочила от серебристых веревок с беспокойством на лице. Возможно, Райан полагал, что именно такой силой я и обладаю. Наблюдением.
Я всегда могла заметить сотури в городе и за городом, даже замаскированных, и чувствовала, где находятся люди, когда они за мной наблюдают. Воин Ка Кормака не обладал ни изяществом, ни навыками, только грубой силой. Он был слишком сосредоточен на том, чтобы нанести мне удар, и уже дважды натыкался на магический барьер. Теперь и Тани, похоже, боялась этого. Я могла бы использовать это в своих интересах, могла бы держаться поближе к внутреннему барьеру, позволить льду касаться моей кожи, понимая, что остальные теперь намерены избегать его.
Так что я побежала, почти прижимаясь всем телом к гудящему серебряному кольцу. Но спустя минуту Тани, несмотря на ее ужасный вкус к благородству, разгадала мою уловку и попятилась, ожидая, когда я добегу до нее. Мне оставалось либо налететь на нее, испытав жгучую боль от соприкосновения с ограждающими веревками, либо вернуться в центр.
Выбора не было, поэтому я развернулась, едва успев увернуться от сотуриона Кормака, и бросилась назад.
Но тут столкнулась с блондинкой из Дэмары. Я развернулась, но силы уже были на исходе, и голова начала кружиться. Блондинка схватила меня сзади, ее невероятно сильные руки сомкнулись вокруг моего живота.
– Отпусти! – закричала я.
– Заставь меня, – прошептала она мне на ухо. – Ашера.
Прежде чем я успела среагировать, она накинула мой плащ мне на голову. Я ничего не видела и едва могла дышать.
Тело бросало то в жар, то в холод, и паника нарастала.
Меня повалили на землю, и я, хватая ртом воздух, перестала сопротивляться, тем самым пытаясь защитить себя.
Затем последовали удары ногами.
Первый удар ногой в бедро выбил из меня весь дух, и я захрипела, раскинув руки по сторонам. Затем последовали новые пинки, каждый из которых сопровождался оскорблением.
– Ашера. – Удар.
– Наследница-самозванка. – Пинок.
– Липовая люмерианка! – Удар.
– Ты здесь никто.
Я схватилась за живот, чувствуя невыносимую боль. Я кашляла до рвотных позывов, и с каждым ударом на глаза наворачивались новые слезы. Я не могла дышать, не могла думать. Схватившись за броню на груди, я попыталась втянуть в себя хоть немного воздуха и прохрипела, чтобы они остановились, но мои слова прозвучали не громче шепота, а плащ стягивал лицо. Нападавшие приближались. Стены надвигались, казалось, Катуриум вот-вот развалится, Джулс забрали, паника накрывала меня…
Меня подняли на ноги, в ушах стоял звон. Затем мой плащ соскользнул с головы, упав на плечи, и перед глазами смутно проступила арена. Двое моих противников схватили меня за руки и широко развели их в стороны, отчего броня поползла вверх, оставляя живот незащищенным.
Сотурион Ка Кормака встал передо мной, потирая руки, его глаза сверкали голодным блеском, который я видела раньше у других волков. Он был настоящим хищником, а я – добычей.
Зазвонили колокола, и мое зрение затуманилось. Он сжал кулак, подул на костяшки пальцев и отвел руку назад.
О, Боги! Он не был лучшим стратегом, но я знала, что один удар его кулака меня убьет.
Звон становился громче, и где-то в отдалении слышались крики. Я боролась с державшими меня сотури, отчаянно извиваясь, чтобы высвободить руки. Мне нужно было сбежать, вырваться из их хватки, и я попыталась закричать. Послышался какой-то ревущий звук.
Сотурион рассмеялся, сорвался с места и побежал. Тани наблюдала, и в ее темных глазах плясала жажда мести.
– Остановитесь!
Слова, которые я попыталась выкрикнуть, прокричать во всю мощь своих легких, наконец-то прозвучали. Но не от меня.
 
Райан.
– Время!
Кулак сотуриона нацелился мне в живот, перед глазами все поплыло, но удара так и не последовало. Райан рванулся вперед, прыгнув в круг. Он перехватил руку сотуриона и оттащил его в сторону.
– Время! – снова закричал он. – Турион! Остановите это! Сейчас же!
– Убирайся оттуда, Харт, – крикнул Дайрен. – Наставники не входят в круги учеников.
Райан держал сотуриона из Ка Кормака в крепкой хватке, затем поднял его, развернулся ко мне спиной и отбросил его вперед. Его аура превратилась в бушующий ледяной шторм.
Волосы Дайрена взметнулись назад от этой силы, но он только усмехнулся в ответ и направился к нам.
– Вы что, не слышите звон колокола, или вам всем нужно проверить слух?
– Вы не объявили об окончании боя, – сказала сотурион из Дэмары, неловко переводя взгляд с Дайрена на Райана.
Сотури, державшие меня за руки, немедленно опустили их. Тани скрестила руки на груди, ее взгляд был свирепым, она недовольно скривила губы и пнула траву у себя под ногами.
Я отшатнулась назад и начала опускаться на землю, потому что ноги больше не держали, а травмы начали давать о себе знать. О, Боги. Все болело. Все тело.
Райан бросился ко мне, но затем вдруг остановился и снова посмотрел на Дайрена. Неожиданно он будто бы освободил свою ауру от воинственной энергии, и холод исчез, а ветер стих. Его магия исчезла так внезапно, что я подумала, не почудилось ли мне все это.
– Вы выпустите меня отсюда? – спросил Райан. Он казался скучающим и нетерпеливым, но в его голосе отчетливо слышалась резкость, которая напомнила мне, что его воспитывали как верховного лорда.
– Я похож на мага? – спросил Дайрен. – Силы Люмерии, что с тобой не так, Харт? Прыгнул к ней на помощь? Неужели ты думал, что мы поступаем здесь так же, как твой отец? Неужели ты думал, что мы позволим ей умереть?
Райан сжал челюсти, и я поняла, что именно об этом он и подумал. Или о том, что я настолько слаба и бессильна, что все равно обречена. Ни одна из возможностей не казалась утешительной.
– Нет, – продолжил Дайрен. – Если тебе захотелось прыгнуть в круг, как идиоту, то подождешь внутри, пока мы не снимем заклинание. Можешь сесть или остаться стоять. Но ты будешь ждать в кругу, как ученик, раз уж ведешь себя подобным образом.
Услышав слова Дайрена, сотурион Ка Кормака фыркнул от смеха, в то время как остальные оглянулись на меня с презрительными ухмылками.
Мои колени подогнулись. Мне отчаянно хотелось сесть и заплакать.
Когда Дайрен отвернулся, возвращаясь в центр поля, чтобы обратиться к другим ученикам, Райан направился в мою сторону.
Все взгляды были устремлены на меня. И на него.
– Ты в порядке? – прошептал он.
Испытывая головокружение и боль, я пошатнулась, заваливаясь вперед, и схватилась за живот. О, Боги, нет. Я молилась, чтобы меня не начало тошнить. Только не снова, только не на глазах у такой огромной аудитории, только не после моего первого настоящего испытания в качестве сотуриона.
– Лир, – позвал он, протянул руку мне за спину и, чтобы удержать на месте, ухватился за мою тунику. Едва уловимый рывок отвел мои плечи назад и заставил меня выпрямиться. Подавшись назад, я прижалась спиной к его сильной руке, которая в буквальном смысле не давала мне упасть. Как он мог быть таким сильным?
– Дыши глубже, партнер, – тихо велел он. – Я заберу тебя отсюда, как только смогу.
Я закрыла глаза. Боль, пульсирующая в каждой мышце, была единственным, что удерживало меня от падения.
Я не слышала ни слова из обсуждения или критических замечаний, лишь знала, что унижена, поскольку выглядела слабой и жалкой, и с каждой проходящей секундой чувствовала себя все хуже.
Наконец, к кругу неторопливо подошла женщина-маг и направила свой посох на серебристые веревки, удерживающие нас внутри. Она обвела посохом круг и тихо произнесла заклинание. Голубой свет вспыхнул и устремился вперед, поглотив веревку целиком.