Обещаю тебе (ЛП)

— Они уже сейчас что-то предпринимают для этого? — Я встаю и, не в силах найти костыли, пытаюсь балансировать на здоровой ноге. — Если Лили или Гаррет пострадают, клянусь, я…
— Нет, его дети не пострадают.
Арлин подходит, помогает мне опуститься на диван и присаживается рядом.
— Ведь вы только что сказали, что мистер Кенсингтон должен заплатить. Вы же знаете, что он убил вашего сына, так почему сами его не накажете?
— Пирс является неотъемлемой частью организации, и наказывать его — не моя задача. Все не так просто. — Арлин сжимает мою руку, и в его глазах внезапно появляются отчаяние и мольба. — Джейд, ради моего успокоения, пожалуйста, расскажи, что случилось в тот день. Мне нужно знать, что сделал Ройс. Пирс действительно застрелил моего сына, чтобы спасти вас с Гарретом? Я слышал только версию Пирса и не знаю, насколько она правдоподобна. Ты единственная, кому известна правда.
— Да, — отвечаю без колебаний. Старик слегка ослабляет хватку, но мою руку не отпускает. — Ройс пришел с целью убить. Он сказал, что должен избавиться от меня, потому что я слишком похожа на Сэди, и люди могут обо всем догадаются. Ройс не хотел, чтобы я лишила его возможности стать президентом.
— Это были не просто угрозы? У него действительно был пистолет?
— Да. Он направил на меня пистолет и нажал на курок. Я была бы уже мертва, если бы не Гаррет. И Ройс убил бы нас обоих, если бы мистер Кенсингтон не выстрелил в него.
Арлин обнимает меня, и я сразу же вся сжимаюсь.
— Я очень сожалею, что так вышло. Спасибо, что рассказала. Мне нужно было знать правду. — Как только он отпускает меня, я забиваюсь в дальний угол дивана. — Хотелось бы мне, чтобы Пирс нашел другой способ остановить Ройса, но если бы кто-то направил пистолет на моего ребенка, я сделал бы то же самое.
Я чувствую, что он на меня смотрит, но не поднимаю лицо.
Арлин вздыхает.
— Джейд, пожалуйста, взгляни на меня.
Я снова смотрю на него, и он слегка откидывается назад, оставляя мне больше пространства.
— Я не жестокий человек и не понимаю, почему мой сын стал таким. Его брат тоже не жестокий. Не так я воспитывал своих мальчиков. Но Ройс был проблемным: если он что-то задумывал, то ничто не могло встать у него на пути. Предложение баллотироваться в президенты было худшим, что могло с ним случиться. Это поглотило Ройса. Лучше бы они никогда его не выбирали.
— Ваш сын был выбран, чтобы занять пост президента? Эта тайная организация так решила?
Арлин опускает глаза и теребит галстук.
— Когда я сказал, что Кенсингтоны в безопасности, то не шутил, но Пирс все равно заплатит за свое вмешательство.
Старик, по-видимому, решает полностью проигнорировать мой вопрос.
Он продолжает:
— Смерть моего сына не является для организации такой тяжелой утратой, как для меня, но это потеря большого количества времени и усилий со стороны группы очень важных людей.
— Каким будет его наказание? У мистера Кенсингтона отнимут компанию?
— Они могли бы, но обсуждаемое наказание серьезней, чем это. Ходят слухи, что это касается Гаррета.
Когда я слышу имя своего парня, мой пульс опять учащается.
— Вы только что сказали, что он в безопасности! Вы просто солгали мне, чтобы я сидела здесь и слушала вас?
— Успокойся. Они не причинят ему вреда. На самом деле, мне не следует называть это наказанием. Скорее, это похоже на план, в котором участвует Гаррет. Его отец не знает, а если бы узнал, то никогда бы не одобрил. Он никогда не хотел, чтобы его сын участвовал в том, чем занимается группа. Поэтому, если план сработает, то это послужит наказанием для Пирса. Ничего больше я рассказать не могу.
— Вы издеваетесь надо мной? Вы не можете сказать такое и скрыть все подробности. Какие у них планы на Гаррета?
— Детали мне пока неизвестны. Я лишь участвовал в нескольких обсуждениях и даже не в курсе, пришли ли они к завершению.
— Это не имеет значения. Он никогда не согласится. И я тоже. Мы встречаемся, и у нас все серьезно. Мы планируем жить вместе и, может, даже когда-нибудь пожениться.
 
Арлин делает глубокий вдох и шумно выдыхает.
— Это подводит меня к следующей причине, по которой нам следовало поговорить. Ты должна бросить Гаррета.
Глава 2
— Вы серьезно? Вы меня даже не знаете, но велите расстаться с Гарретом? — Я раздраженно качаю головой. — Нет, конечно, я знаю, что богачи считают за правило встречаться только с такими же состоятельными людьми, как они сами, но мы с Гарретом не следуем вашим дурацким установкам. Даже его отец принял это, и так же следует поступить и вам, или вашей организация, или кому там еще, кто хотел бы нас разлучить.
— Других вариантов нет, Джейд. И это их правило, а не мое.
— Кем бы ни были все эти люди, они могут отправляться к чертям, потому что я не откажусь от Гаррета.
Арлин крепко берет меня за руку.
— Послушай меня. Это важно. Ты оказалась в эпицентре чего-то очень серьезного, и пока не поздно, тебе нужно выбираться оттуда.
— В эпицентре чего?
— Плана, который касается Гаррета. Тебе в нем нет места, поэтому сейчас ты — препятствие. Да, это правда, причина в твоем происхождении, но ты не можешь…
— Я наполовину Синклер. Разве это не должно прибавить мне в их глазах хоть каких-то очков?
— Они не знают, что ты наполовину Синклер. Я уже говорил, что моему сыну каким-то образом удалось скрыть это от всех. Для организации ты всего лишь бедная девушка из Айовы.
— Но Ройса больше нет, так что их уже не должно волновать, что он сделал. Просто сообщите организации, что я ваша внучка.
Арлин отрицательно качает головой.
— Не могу. Они придут в ярость, если узнают, что сын солгал. Члены группы не должны скрывать информацию. Ройс нарушил правила, и это повлечет за собой серьезные последствия. А поскольку его уже нет, организация накажет моего сына Уильяма или меня.
— То есть, я не могу встречаться с Гарретом, потому что бедна?
— Дело не только в этом. Такой парень, как Гаррет, должен быть в паре с девушкой, которая получила надлежащее воспитание, посещала подходящую школу и была погружена в соответствующую культуру.
— Отец Гаррета смог закрыть глаза на мое прошлое. Думаю, это под силу и остальным.
— Знаю, ты не хочешь слушать, но я говорю это для твоего же блага. Я знаю, как работает организация. Я один из них и, даже не одобряя методы этих людей, остановить их не в силах.
— Зачем вы состоите в организации, образ действий которой не разделяете?
— Это не вопрос выбора. Меня заставил вступить мой отец, и он в свою очередь тоже попал туда не по собственной воле. Как только ты становишься членом этой группы, то уже не можешь покинуть ее. — Он качает головой. — Это неважно. Главное, что тебе нужно знать, что произойдет, если вы с Гарретом не расстанетесь.
Я вздыхаю, закатывая глаза.
— Ну и что же произойдет?
— Когда план относительно Гаррета будет одобрен и утвержден, к тебе придет человек. Он попросит тебя бросить Гаррета и предложит крупную сумму денег. Если ты откажешься пойти навстречу, то эти визиты будут продолжаться и со временем станут менее дружескими и более угрожающими. В конце концов ты выполнишь все, что они скажут, потому что у тебя не будет выбора. А в наказание за прежнее непослушание они разрушат твою жизнь.
— Каким образом?
— Эти люди уничтожат твою репутацию, выгонят из колледжа. Сделают так, что у тебя никогда не появится достойной работы. Все, что для этого требуется, — разместить несколько поддельных фотографий. Или оболгать тебя в СМИ. Им даже ничего не стоит выставить тебя преступницей, подделав улики. Ты можешь оказаться в тюрьме за преступление, которое не совершала. Даже спустя годы они могут следить за тем, чтобы работодатели не нанимали тебя. С тобой будет покончено, Джейд. Ты закончишь, как…
 
Он не договаривает предложение до конца, но этого и не требуется. Если Арлин хотел меня напугать, то ему это удалось. Мой самый большой страх — стать такой же, как мать. Дело даже не в ее алкоголизме или пристрастии к таблеткам — это Ройс сделал ее такой, — а в том, что в жизни мамы ничего не было. Ни работы. Ни надежды. Ни будущего. Я не смогу так жить.