Кодекс Крови. Книга V (СИ)

Вулканова вместе с Агафьей и Кираной собирались в столицу, выдвигать официальные претензии к датской короне вообще и князю Рюгена в частности. Я же должен был изображать умирающего, о чём свидетельствовало заключение, подписанное моей невестой. Завизирован документ был датой прибытия Вулкановой на наши земли. Незначительный штрих, но зато ни один ментатор не смог бы подкопаться к Свете. Тогда я действительно ещё был при смерти и с трудом излечился лишь с божественной помощью.
— Повторяю вопрос. Ты совсем рехнулся? Бессмертным себя почувствовал? Может, Богом? — глаза эрги метали молнии, она металась по кабинету из угла в угол. — У тебя только половина узлов снята! Тебя раскатают там как котёнка!
— Половина — это уже гораздо больше, чем то, на что я надеялся. Сама знаешь, мне нужно лишь добраться до библиотеки крови, а дальше они пожалеют, что не подохли раньше.
Я рассматривал оставшийся рисунок на печати. Тело только начало привыкать к той силе, которая высвобождалась из темницы в моей душе. Я чувствовал небывалую эйфорию, кровь и сила бурлили, требуя выхода. Очень опасное и обманчивое состояние всесильности. На нём многие ломались.
— Если не думаешь о себе, то подумай о ребёнке. Притащить в нашу клоаку беременную магичку не самое умное решение! Да на неё же откроют охоту! — Тильда хмурилась, её штормило эмоциями, но она всё же пыталась достучаться до моего разума, забывая об одной существенной мелочи.
— Дорогая, для них Тэймэй — сильная магичка, никак не связанная со мной. Ни один маг крови не свяжет её дитя с охотником на монстров, погибшим на костре почти сто лет назад.
На самом деле я тоже предполагал, что святоши и инквизиторы заинтересуются Тэймэй, поэтому и планировал сперва осуществить вылазку по их уничтожению, и лишь затем везти азиатку на экскурсию в свой мир.
Не стоит женщине в положении видеть тех рек крови, которые я планирую пролить.
— Дело ведь не только в тебе. Мы были там с наследником Крысина… — эрга покачала головой и криво улыбнулась, — не скажу, что мир без тебя рухнул, но эти твари, зовущие себя посланцами светлых и тёмных сил, вообще страх потеряли. Ваши из цитадели вообще носа не показывают, а остальные предпочитают откупаться одарёнными, лишь бы к ним не лезли.
— Ты этого не рассказывала.
— А когда? У тебя тут, знаешь ли, жизнь нескучная, то воюешь, то божественный долги отрабатываешь, то родичей собираешь по мирам. Ты когда последний раз с женщиной-то нормально расслаблялся? Я вообще удивлена, что у тебя от избытка силы мозги не спеклись и кровавое безумие не накрыло.
Тильда как всегда не стеснялась в выражениях. Она всегда говорила то, что думала, не лебезила и не врала, даже если могла обидеть словом.
«Лучше я обижу словами, но сберегу твою задницу, чем оближу с ног до головы, но ещё раз буду любоваться на пепел от твоей казни».
Эта фраза, однажды сказанная в сердцах, мне запомнилась. Мы сделали выводы из прошлой жизни.
— Я надеялась, что ты хоть здесь сможешь обрести свой дом, но всё происходящее… она покопалась в баре и откупорила бутылку с коньяком, предварительно понюхав горлышко, и лишь затем приложилась к нему. Спустя пару глотков она продолжила, — … всё происходящее явно намекает, что и здесь тебя втянули в глобальную игру в качестве пешки. Я буду с тобой всегда, несмотря на отсутствие алтарей, силы или власти. Деньги и всё остальное меня мало интересуют, я просто хочу, чтоб твоя душа успокоилась. Я же всё чувствую… Всё! А здесь ты по новой проходишь всё то же дерьмо, что и дома.
Тильда выглядела сейчас потерянной маленькой девочкой. Такой, какой она сбегала от меня в подростковом возрасте. Вот только на этот раз она транслировала не свои чувства. Всё то дерьмо, которое угрожающе накапливалось вокруг меня из мозаики разрозненных событий, захлёстывало и её тоже. И если я ещё мог сопротивляться после всех испытаний Великой Матери Крови, то она держалась из последних сил. Моя маленькая храбрая девочка.
Как кровники ощущали в этом мире отголоски страданий моего тела, так Тиль принимала на себя часть удара, когда страдала моя душа. Я обнял эргу и прижал к себе, поглаживая по фиолетовой шевелюре.
 
— Тиль, я не могу обещать, что дальше буду жить долго и счастливо. Похоже, это просто не про меня. Но я буду жить так, как того хочу я, а не Комаро, алтарь, император или святоши с инквизиторами.
— Знаю, — со вздохом произнесла эрга, — но воевать сразу в двух мирах — плохая идея. Давай хотя бы по очереди.
— Согласен! Собирай желающих проветриться в Японии.
* * *
Сегодня мне предстоял ещё один непростой разговор. На этот раз с собственной невестой.
Света появилась в кабинете с лёгкой улыбкой на губах. Вместо того, чтобы присесть в одно из кресел напротив стола, она уселась мне на колени и жадно поцеловала в губы. В этом не было притворной скромности или напускной сексуальности. У неё это вышло настолько естественно, что я с удовольствием откликнулся на ласку. Поцелуй затягивался, её руки шарили по форме, расстегивая пуговицы на куртке и забираясь мне под рубашку.
Я тоже не отставал от девушки, вовсю исследуя упругость её ягодиц. Лишь спустя пару минут, прикусывая её сосок сквозь рубашку, я протрезвел. Невероятным усилием воли я отстранился он возбужденной и разгорячённой лекарки.
— Света, остановись! Не так и не здесь!
Она тяжело дышала, уткнувшись лицом мне в шею.
— Но почему? Я же твоя невеста! И ты не железный…
— Вот именно! После того, что я тебе сейчас скажу, ты, может, и не захочешь за меня замуж выходить!
Света отстранилась и внимательно всмотрелась в моё лицо.
— Не говори, что ты из этих, которые не по женщинам. Не поверю!
— О, нет! Я по женщинам и только по ним!
— Тогда что?
— У меня будет ребёнок.
Фраза прозвучала в абсолютной тишине. Светлана нахмурилась и машинально начала приводить в порядок собственную одежду. Оглядевшись по сторонам бездумным взглядом, она заприметила ранее оставленную Тильдой початую бутылку коньяка на столе и приложилась к ней. Что-то женщины у меня сегодня предпочитают алкогольное снятие стресса.
Светлана, что удивительно, пила алкоголь будто воду, даже не морщась и мелкими глотками.
— Вулканова, Агафья и Кирана мимо, — тихим голосом разговаривала сама с собой лекарка, — кто-то из кровниц? Вряд ли. Я просматривала их личные карты. Тильда? Та с Эоном. Остаются ещё Ксения и Тэймэй. Ксюшу осаждали Слава и Борзый, а Тэймэй уезжала вроде бы без подобных «подарков». Вроде бы… — Света отхлебнула ещё глоток и вернулась к прерванному диалогу:
— Моя ставка на Тэймэй. Удивлюсь, если это кто-то другой.
Вот теперь лекарка уселась прямо на столешницу напротив меня, широко раздвинув ноги в облегающих брючках и поставив между ними ополовиненную бутылку.
— Ты совершенно права, — подтвердил я догадки невесты, всё ещё пребывая в некотором шоке от её спокойствия. — И даже лицо не расцарапаешь?
— За что? — крайне натурально удивилась Света, но я всё же заметил тень грусти в её глазах. — Давай начистоту. Нам с детства вбивают модель многожёнства. Мужчины гибнут, защищая страну от тварей изнанки, и должны оставлять после себя большое и, желательно, магически одарённое потомство. Ты думаешь, я не поинтересовалась историей твоего рода? Поинтересовалась, да и Агафья кое-что рассказала. Из-за того, что мужчины вашего рода имели только одну супругу, Комарины оказались столь малочисленным родом. — Света, не стесняясь, отпила из бутылки то ли для храбрости, то ли для притупления собственных чувств. — Ты — последний Комарин! Твоя задача номер один — выжить, а номер два — плодиться и размножаться. Ты дал мне возможность учиться и реализоваться на профессиональном поприще с отсрочкой брака в четыре, мать твою, года! Я же не полная дура! Уже одно то, что мне позволили не менять покровителя, означает, что я не стану единственной супругой, даже если буду каждый год тебе рожать, как кошка!