Доспех духа. Том 10 (СИ)

Кузьма скромно кивнул, сложив руки в почтительном китайском приветствии, благодаря мудреца Ма за такую оценку.
— Его барьеры не такие уж и крепкие, — с сомнением в голосе сказал Браун. — Хорошо, я согласен.
— Желаем вам удачи, — сказал мудрец Ма, делая жест в сторону площадки полигона, где лежала разрубленная пополам бронемашина.
— Поставлю защиту от ветра, — сказал Кузьма, затем заложил руки за спину и зашагал в сторону полигона.
Вокруг молодого мужчины начало образовываться кинетическое поле, очень быстро увеличивающееся в размерах. Оно захватило сначала домики, затем часть полигона, постепенно добираясь до взлётно-посадочной полосы.
— Неплохо, — сказал Абхай Чаран, имея в виду размер получившегося поля.
Ветер внутри действительно стих, создав неестественный штиль.
— Кто-нибудь может поставить защиту, чтобы нас не задело случайной атакой англичанина? — спросил Масаясу. — Если я поставлю искажение, то мы ничего не увидим.
— В этом нет необходимости. Лучше будет, если мы не станем мешать и отвлекать Кузьму, добавляя искажение в это поле.
Японец недовольно скрестил руки на груди, но спорить не стал. Можно было почувствовать, что он укрепляет доспех духа.
Кузьма и англичанин не стали отходить далеко, о чём-то договорившись по пути. Они дошли как раз до бронемашины и разошлись шагов на двадцать друг от друга. Кузьма при этом выглядел очень спокойным.
— Получится? — спросил Качи Бакар, глядя в ту сторону, но не с тревогой за Матчина, а скорее с переживаниями за собственную шкуру. — Я могу этого выскочку в шар огня заключить с такого расстояния. Он вспыхнет и сгорит быстрее, чем додумается защиту поставить.
— Тогда стоило самому туда выйти, — сказал Карл Мирбах, который за Кузьму как раз переживал. — Далековато…
— Не мешайте им, — негромко произнёс мудрец Ма, с предвкушением наблюдая за разворачивающимся действом. Он в победе Кузьмы не сомневался, и ему было интересно, что случится дальше.
Почти минуту соперники смотрели друг на друга, проверяя, у кого крепче нервы. Первым не выдержал англичанин, решив не сдерживаться. Мировой энергией ци он владел посредственно, о чём говорил небольшой объём силы, но при этом действовал умело, зная, что и как делает. Энергия вокруг него заклубилась, начала уплотняться, как и во время предыдущей демонстрации. Прошло несколько секунд, затем ещё немного, но ничего не происходило. Насколько видел мудрец Ма, англичанин вцепился двумя руками в рукоять меча и замер, ожидая чего-то. Сил же он тратил столько, что едва не светился.
— Что он делает? — спросил Абхай Чаран. — Я не вижу.
— Непонятно, — ответил Карл Мирбах, тоже вглядываясь в ту сторону.
Кузьма, устав ждать, что предпримет его оппонент, направился к нему навстречу, сложив руки за спиной, как любил делать мудрец Ма.
— Он не может пошевелиться? — спросил Качи Бакар. — Это какие-то невидимые тиски?
— Что-то вроде, — ответил мудрец Ма, догадавшись, что происходит. На лице немолодого китайца появилась улыбка. — Не знал, что так можно. Кузьма действительно невероятен. Он смотрит на силу совсем не так, как мы, старики.
— А мне всё ещё непонятно, — сказал перуанец.
— Это новая техника Лу Ханя, направленная на удержание холодного оружия, — сказал мудрец Ма. — Чем больше ты используешь сил, тем больше сопротивление.
— Точно! — оживился Качи Бакар. — Я слышал об этом. Сложная техника?
— Нет, нужна лишь практика.
— Почему он не отпускает меч? — последовал ещё один вопрос, но уже от Абхай Чарана.
Ответ на него мудрец Ма дать не успел, хотя хорошо понимал причину. Когда ты полагаешься на умение, на твой взгляд непобедимое и самое сильное, сложно признаться самому себе в том, что оно внезапно перестало работать.
Великим мастерам показалось, что англичанин низко кивнул или попытался поклониться, но в этот момент его голова упала с плеч. Сразу за этим повалилось и тело, лишённое силы. Накопленная энергия начала вырываться из-под контроля, но очень быстро растворилась или была поглощена. Кинетическое поле, накрывшее полигон, начало медленно таять.
 
— Пугающая сила, — негромко сказал мудрец Ма на китайском.
* * *
Глядя на тело англичанина, я вздохнул с облегчением. Не скажу, что было слишком просто, но поединок прошёл именно так, как и планировал. Лишь за секунду до того, как я снёс ему голову, Браун понял, где ошибся. Дай ему ещё немного времени, и он, возможно, успел бы использовать что-нибудь из техник, не связанных с холодным оружием. Но даже так, исход был очевиден. На фоне покойного Бойера он был слабаком, слишком топорно использующим силу, и это вызывало неприятное чувство разочарования. Американец умел летать, крушить барьеры необузданной силой, создавать неосязаемый меч, который я бы ни за что не смог поймать в подобную ловушку. А Браун даже не обладал серьёзными навыками защиты или умениями манипулировать огромным потоком энергии, но при этом был слишком заносчив. И лучше бы он пришёл в тот день ко мне, а не к Геннадию Сергеевичу.
Я посмотрел на великих мастеров, так и стоявших на краю полигона. Вряд ли кто-нибудь из них смог бы защититься от внезапного и коварного удара, который достался Геннадию Сергеевичу. И это следовало исправить, чтобы не появился ещё один такой же, как Браун. С этой мыслью я решительно направился к ним.
— Мистер Матчин, это было превосходно! — встретил меня перуанский великий мастер. — И очень показательно.
— Мне просто повезло, — привычно ответил я.
— Это ведь умение Лу Ханя? — спросил Абхай Чаран, немного удивив проницательностью.
— Его доработанная версия, работающая через кинетическое поле, — я кивнул. — Говорил же, что оружие великому мастеру не нужно. В серьёзном бою оно будет только мешать и позволит противнику зацепиться за тебя.
— В любом случае подобное оружие опасно, и мы его недооценивали, — сказал индус. — Я хочу попросить, чтобы ты не делал подобного впредь.
— Да ладно Вам, — отмахнулся я. — Застать врасплох можно сотней разных способов. А зная, какой недостаток несут в себе мечи и прочее холодное оружие, я бы специально раздавал его своим врагам. Хотите, научу вас умению удерживать любой предмет, через который можно пропустить хотя бы капельку силы? Это удобно, если нужно разнять разбушевавшихся мастеров.
— Хотим! — обрадовался Качи Бакар, немного отодвигая индуса, чтобы не наседал на меня. — Это было бы очень кстати.
— Только я прошу, скажите английской стороне, что он сам… — я показал в сторону полигона.
— Конечно, сам, — кивнул перуанец. — Мы все видели. Он был смелым мужчиной, мне жаль его. Как только вернусь домой, лично напишу письмо с соболезнованием его семье.
— Претендент из Англии переоценил свои силы, — добавил мудрец Ма таким печальным тоном, что я едва не поверил. — Плохо подготовился, действовал безрассудно и сам себе отрубил голову. Печальный конец. Великих мастеров мало, и потеря перспективного новичка огорчает.
— Это большая трагедия для всех нас, — сказал Карл Мирбах. — Я помогу написать отчёт о произошедшем.
— Мы никогда не были в хороших отношениях с Англией, — неохотно произнёс Абхай Чаран. — Но мистера Брауна мне жаль. Через несколько лет из него вышел бы хороший великий мастер. Виной всему спешка, приведшая к большой трагедии…
Лица немолодых мужчин отразили скорбь и сожаление. Я даже подумал, что нас снимает скрытая камера. Им с таким умением можно на похоронах выступать, озолотились бы.
— Меч нужен будет, чтобы освоить умение? — первым не выдержал Качи Бакар, показывая в сторону обезглавленного тела. Он азартно потёр ладони, а мировая энергия ци вокруг него заклубилась, отражая внутреннее волнение.
— Нет, обойдёмся, — я продемонстрировал боевой стержень. — Англичанин честно купил этот меч, пусть он с ним и остаётся. А то обвинят ещё и в присвоении дорогих артефактов. Давайте только в тепло вернёмся, а то на улице холодает.