Под чёрным солнцем (СИ)
— Плохо, — поморщился Артур. — Это означает, что язык там сейчас тоже другой, по-тарлаонски никто не говорит.
— Может быть, кто-то и сохранил древний язык, — предположила ша’альская фея. — Орден Лесных Сестёр на Моситлане есть, и как раз в Уоситнанко.
— То есть мы можем появиться там? — расцвела Леренна.
— Можете, — вздохнула Асфиоль. — Но путь лежит через четыре других мира, и один из них настолько гнусный, что даже Лесные Сёстры не уходят из него только ради Пути. Мы ведь на самом деле и есть — орден Пути, а «орден Лесных Сестёр» — это если только применительно к какому-то конкретному миру, да и то не к любому.
— В смысле — не к любому? — не поняла Ната.
— Не во всех мирах мы буквально именуемся именно «Лесными Сёстрами». Да, чуть не забыла самое важное, насчёт Мораотха! Мы нашли самое первое упоминание о нём, и там сказано, что на этом мире — двойное проклятие, которое можно снять только то ли крестом двойного солнца, то ли двойным крестом солнца.
— Это немного разные вещи, — заметил Страж Вихрей. — А точнее никак? И главное, что имеется в виду под этим крестом?
— Никак, — фея с сожалением развела руками. — Язык трактата, в котором это написано, очень древний, его тонкостей уже никто по-настоящему не чувствует. Написано буквально «двусолнцекрестие» — хоть так понимай, хоть по-другому. И что такое этот крест — я тоже туманно представляю себе. Может быть, крест Стихиалей?
* * *
— Католик, так вы с Артёмом в отпуске? Что не поехали куда-нибудь? — поинтересовалась Лариса, довольно ловко защипывая свои любимые пирожки с грибами.
— Артём же программист, для него нет слова «отпуск» — есть слово «проект», — усмехнулась Катя. — Бывает, конечно, что он свободен неделю-другую, но это всегда довольно неожиданно, а мне-то насчёт отпуска заранее договариваться надо! Да и то — взяла вот неделю, просто чтобы отдохнуть, а отгуливаю один день только, завтра опять отзывают. Ну ладно, хоть заплатят, быстрее ипотеку закроем! В России, как известно, смертная казнь заменена ипотекой, — грустно пошутила она.
— Да не только в России, — заметил Артём, который в данный момент тоже сослужил женщинам в храме «У тёщи на пирогах». — Пол-Америки ипотеку платит, а пол-Европы даже укореняться не рискует — вся жизнь на съёме. Это в Африке можно за пару дней соорудить какую-нибудь дендрофекальную конструкцию — и никакой тебе ипотеки!
— Катёнок, а что у вас случилось, что тебя отзывают? — встревожилась Елена Игоревна. — Дела в фирме плохо пошли?
— Ну что ты, в фирме всё хорошо! — Катя натянуто улыбнулась. — Главбух наша срочно попросила две недели за свой счёт, девочка у неё заболела.
— Что, совсем некому с ребёнком посидеть? — удивилась мать.
— Да если бы «посидеть»! Девочке тринадцать лет, «сидеть» давно уже не нужно. Там гораздо хуже всё — срочно в больницу пристраивать надо, да и то…
— Кошк, чем она болеет-то? — деловито спросила юная Ледяная Дева.
— Лейкоз, представляешь? Дочка Ирине Николаевне нашей была — свет в окошке, родила «для себя» уже под сорок, а теперь…
«А теперь ей Валя займётся», — Лариса начала листать память сестры в поисках фамилии и адреса главбуха. — «Как же кучно всё пошло — только вчера её на ноги подняли, только сегодня утром в ученицы посвятили, а завтра она уже при деле! И Стихиалей, как назло, сейчас нет на Земле — всё сами-сами, девочки!»
* * *
— Спасибо! — Лена положила в сумочку полученные от арендатора деньги. Квартира, где прошло её полуголодное детство и где чуть не пала в неравной борьбе с алкоголем Римма Павловна, принадлежала теперь ей, была немного отремонтирована и сдавалась молодой паре.
— Может быть, останетесь на чай? — из вежливости предложила подруга арендатора. — А то сейчас дождь пойдёт.
— Нет, спасибо, мы у меня переждём, как раз успеем добежать, — улыбнулся Алексей. — Дочка у нас маленькая совсем, не хочется жену одну оставлять.
— Степаныч, а успеем? — они вышли на улицу, и девушка посмотрела на небо — дождь действительно должен был начаться с минуты на минуту.
— Если быстро, то успеем. Зря ты на каблуках всё время, ей-Богу!
— Ну девочке хочется! — шутливо надула губы Лена. — Мне так нравится наконец чувствовать себя женщиной! Да и каблуки не очень высокие.
Они действительно успели войти в подъезд с первыми каплями, и Алексей заторопился к Даше, оставив Лену пить кофе в обществе обрабатывавшей фотографии Ларисы.
— Привет. Спасибо, — кивнула, не отрываясь от компьютера, фея Воды, когда перед ней поставили чашку с кофе. — Ленок, тут такое дело, — Лариса сохранила очередную фотографию и повернулась, но в этот момент у Лены зазвонил мобильник, и она, коротко переговорив с кем-то и выпалив: «Я сейчас!», выбежала на улицу.
«Хм. Даже сумочку и телефон оставила!» — удивилась Лариса. — «Что случилось-то? Ладно, не буду любопытствовать, кто звонил. Лезть в чужой телефон — верх неприличия».
— Извини, выходил Дашу с девочками проведать, — вернулся Алексей. — А где… Лена, что случилось? Беги к Даше, в сухое переоденься!
— Потом! Марину спрятать надо! — совершенно мокрая Лена лихорадочно затаскивала в квартиру какую-то смутно знакомую фотографу девушку.
* * *
Лену всё-таки выпихнули переодеваться, и фотограф, проведя незнакомку на кухню, молча поставил перед ней чашку с кофе. Отпив глоток, та судорожно схватила со стола сигареты Ларисы, но даже некурящий Алексей не стал гнать её на балкон, понимая, что случилось что-то очень нехорошее.
— Ладно, курите все трое на кухне, но только сегодня! — он поставил на стол блюдечко и, дождавшись возвращения Лены, прошёл в комнату.
— Мариш, держи, — ученица Лесной Сестры протягивала девушке футболку Инессы. — Твоя же мокрая, и волосы небось мокрые.
— С-спасибо, — выдохнула Марина и провела рукой по волосам. — Нет, сухие.
— Как сухие? Ты же под дождём стояла! — Лена тоже полезла проверять. — Нет, у меня мокрые, а у тебя… Странно, действительно сухие.
— «Странно»? — усмехнулась Лариса. — Ленок, а ты не помнишь, у кого ещё из твоих знакомых волосы под дождём не намокают?
— У тебя… Ой!
— Без «ой». Лишний раз убеждаюсь, что в нашем деле случайных встреч не бывает! Марина, меня Лариса зовут. Я Алексею помогаю фотографии обрабатывать, — фея Воды, закурив, быстро взглянула на девушку — шатенка, как и они с Алиной, только светлее, и глаза, конечно же, синие. Джинсы, футболка, совершенно промокшие тапочки. Выбежала из дома в чём была? Похоже, да, и понятно почему — вот и синяк на скуле наливается. — Приложи к лицу, — коктейлями фотограф не баловался и льда не держал, но пакет замороженной рыбы в ледяной глазури был ничем не хуже. — Лен, ты на замок закрыла? А то вломится этот кухонный боксёр — как потом труп прятать будем?
— Не вломятся! — Марина смотрела с ужасом, но вместе с тем и с какой-то нахлынувшей лёгкостью. — Меня не от них спрятать надо, а от ментов!
— Ясно, — Лариса не стала задавать лишних вопросов, ибо ей всё действительно было ясно и протеста в душе не вызывало. — Лен, ты уже можешь?
— Пока не рискну, — Лена поняла, о чём спрашивает подруга. — Звони Лейле.
— Звони ты, я Степаныча пока предупрежу. Вот как чувствовала, что не надо сегодня на машине!
* * *
— Я сейчас, — появив девушек в квартире Наты, Лейла хотела было вернуться за Леной, но та перенеслась сама — в первый раз.
— Мы где вообще? — удивилась Марина.
— Там, где тебя точно искать не будут, — улыбнулась Лариса. — Это чуть ли не другой конец Москвы.
— Как мы сюда попали-то?
— Лена — сама, а вас с Ларисой я перенесла, — объяснила Лейла. — Я Лесная Сестра, зовут меня Лейла, а тебя?
— Марина. А Лена что, тоже?.. — девушка изумлённо смотрела на школьную подругу.
— Теперь, выходит, да, — Лена и сама была немало удивлена, что у неё наконец-то получилось появиться. — Мариш, извини, мы у тебя открыли нараспашку дверь и позвонили соседке, чтобы посмотрела.