Все дороги ведут к тебе... (СИ)
— Черт с вами, развлекайтесь, деточки… — набирает номер на мобильном и просит Администратора ресторана внести изменения в рассадку за нашим столиком. Благодарю его и еду в еще одно запланированное на сегодня место. Для Ксении это будет сюрприз…
Время за хлопотами проходит быстро, и вот я уже стою посреди ресторана вместе с именинником. Он встречает гостей, знакомит меня с теми, с кем не успел познакомиться за месяц. И тут в зал входит Она… Моя Нимфа, моя почти сбывшаяся Мечта. Моя Ксюша… Она выглядит великолепно в своем темно-вишневом платье. Глубокое декольте в форме сердечка, открытые плечи… Волосы собраны в какую-то воздушную прическу, ну, знаете, когда как будто бы ветер немного раздул волосы, но это смотрится просто улетно… И эта открытая шейка… Она так и манит…
Встречаемся с Ней взглядами. Ксюша идет вместе со своей мамой в нашу сторону. Здоровается, Мария Леонидовна долго обнимает и поздравляет Макса, а я не могу отказать себе в удовольствии, и пожираю взглядом мою Прелесть. Она смущается, и даже через слой косметики становится заметен румянец на щеках. Ну прелесть же…
Самое интересное начинается в тот момент, когда Ксюша понимает, что весь вечер она будет сидеть рядом со мной… И я ей не позволяю сбежать, следую за ней…
— Ты в дамскую комнату тоже за мной пойдешь? — скептически выгибает бровь она, выстукивая шпильками по гранитному полу. На нас начинают оборачиваться гости, но мне все равно, беру Ксюшу за руку и веду за собой в угол зала. Здесь не так многолюдно, и музыка не так громко играет.
— Почему ты меня избегаешь, Ксения? — спрашиваю, заглядывая в ее колдовские глаза.
— Я не готова к разговору, Демид… Ты давишь на меня…
— Если бы я на тебя давил, на твоем пальце было бы обручальное кольцо, а в паспорте моя фамилия…
— Вот об этом я и говорю… Ты все для себя решил уже, даже не спросив меня…
— Я спросил… И ты сказала, что подумаешь, а сама избегаешь…
— Я все еще думаю!
— Очень долго, Ксю… Я весь извелся уже…
— Не дольше, чем шесть лет…
— Демиииид, — мурлыкающе раздается из-за спины, и мы оборачиваемся вместе с Ксю на голос. Ну твою ж мать… Тебя только сейчас не хватало! — А я думаю, ты это или не ты…
— Я это, — огрызаюсь.
— Вернулся, и даже не позвонил мне, а я так скучала…
Ну что за… Ксюша напрягается и смотрит на меня выжидающе.
— Свет, я не позвонил, потому что не хотел.
— Жестокий мужчина… А это что за юная дева? — спрашивает Света.
— Это Ксения Мартынова, моя невеста, — говорю и обнимаю Ксюшу за талию. Она напрягается еще больше, но не спорит и не уходит.
— Как мило… Сестренка Макса? Тебя же посадят, Демид, — смеется Света, запрокидывая голову назад.
— Ну раз еще не посадили, все окей, правда, Ксюш? — чуть сжимаю пальцы на ее талии, прося поддержки.
— А Вас как зовут, немолодая дева? — спрашивает с улыбкой Ксюша, смотрит на Свету с вызовом. Поняла ведь, кто такая Света… Умная ведь девочка…
— А ты остра на язык, девочка… — Серьезнеет Света. — Не боишься дерзить старшим?
— Вы мне никто, и я не обязана с Вами нежничать.
— Ты с кем-то пришла сюда? — спрашиваю я.
— С Пушкиным, не смогла ему отказать… Но если бы знала, что ты вернулся…
— Свет, заканчивай, а? Я помолвлен, и мне интрижки больше не интересны.
— Что-то я не вижу кольца на пальце твоей невесты…
— Так вот же оно, — достаю из кармана коробочку и молча надеваю колечко на пальчик Ксюши. Она ошарашено смотрит на меня. Целую ее губы легким поцелуем. — Такой сюрприз испортила, — причитаю я.
— Вас ищет Ваш спутник, вон он, смотрите… — Ксюша указывает наманикюринным пальчиком в сторону Пушкина, который озирается в поисках своей дамы.
Света хмыкает, окидывает нас презрительным взглядом и уходит. Фух пронесло… Ан нет, не пронесло… Ловлю на себе злой взгляд Ксюши и, сжав в ладони ее пальчики, целую в щеку.
— И что это было? — спокойно спрашивает она.
— Это было… было шесть лет назад. Света — дочка нашего заказчика, у нас была интрижка.
— Это я поняла, Демид. Я про кольцо…
— Ух, Ксюш, готовил целую речь, а сейчас все на свете забыл… — и говорю чистую правду. Вчера до полуночи сидел, писал черновик, но сейчас не могу вспомнить ни слова, кроме: — Ксения Георгиевна, как бы пафосно не звучало, но я люблю тебя. До луны и обратно люблю. И хочу разделить с тобой свою жизнь. Хочу тебя в свою жизнь! — беру в ладоши ее щеки, смотрю в глаза… — Хочу жениться на тебе, Ксюш… — касаюсь губами ее манящих губ, но не получаю ответа. Открываю глаза. Ксюша не шевелится, прикрыв глаза стоит передо мной, и такое ощущение, что затаила дыхание. — Ксюш… — шепчу ей в губы. Вздыхает и открывает глаза. Молчит, смотрит. Я начинаю нервничать. Никогда в жизни так не нервничал, а сейчас даже кончики пальцев подрагивают. Ксюша вздыхает снова и нежно касается своим носиком моего, прикрывая глаза. Готов замурчать от удовольствия, что дождался от Нее ответной реакции. Снова целую ее губы, в этот раз она целует в ответ. Я боюсь надеяться, что это ее согласие сталь моей женой, но так этого хочется… Отрываюсь от ее губ на мгновение.
— Ксюш, скажи, что это поцелуй согласия… — снова целую ее. И мне все равно, что вокруг нас посторонние люди. И что на нас смотрят… Пусть видят, что эта девочка занята… Что она моя… — Скажи… — шепчу в ее губы.
— Говорю, — шепчет она. Смеемся, обнимаясь. Я такой счастливый… Сам себе завидую!
— Что именно ты говоришь? — решаю на всякий случай уточнить.
Ксюша смеется.
— Говорю, что это был поцелуй согласия…
— Скажи, что любишь меня… — выпрашиваю я.
— Демид Александрович, это я должна требовать признаний…
— Я не требую, я готов вымаливать их у тебя, — шепчу ей в шею, оттесняя дальше в угол. Там нас никто не увидит, потому что на улице уже стемнело, в зале, там, где происходит основное застолье, ярко горят светильники, а здесь полумрак. Отличное место для того, чтобы забыв обо всем целовать мою Прелесть. Мою… — Ксю… Ну скажи…
— Говорю… — она хихикает от того, что я подхватил ее за талию и кусаю у основания шеи.
— Ксения!..
— Что, строгий дяденька?
Снова прикусываю ее кожу на шее, но не слишком сильно, чтобы не оставить отметин. Ксюша шикает на меня и хихикает.
— Ну, Демид, прекрати… Ну, хорошо, хорошо!.. Я скажу…
Чуть отстраняюсь от нее, чтобы видеть мои любимые глаза.
— Я люблю тебя, Демид… С самой первой встречи…
Вздыхаю рвано, не могу сдержать эмоций. Как подросток, честное слово! Впиваюсь в ее губы отнюдь не нежным поцелуем, Ксюша отвечает так же страстно. Шумно дышим, притягивая друг друга ближе…
— Кхм-кхм, — слышу сзади. Отпуская Ксюшу из объятий, но держу за руку. Закрывая ее собой, оборачиваюсь к смертнику, который нам помешал. Оп-па… Папа Ксюши стоит и внимательно осматривает нас. Ксю уткнулась лбом мне в спину, смущается, моя девочка…
— Георгий Иванович…
— Мы вас потеряли, молодые люди…
— Пап, мы сейчас придем… — тихонько говорит Ксюша, выходя из-за моей спины. Ее отец приподнимает уголки губ в полуулыбке.
— Хорошо, только приведите себя в порядок…
Ксюша опускает взгляд в пол, смутившись. Георгий Иванович уходит, а я оборачиваюсь к уже своей невесте и довольно улыбаюсь.
— Какой стыд… — шепчет Ксю, пряча глаза.
— Пойдем, накрасишь свои очаровательные губки, поправишь прическу…
Заходим в уборную, я закрываю защелку. Ксю идет к зеркалу и ахает.
— Капец!
— Ты чего?
— Да там все поймут, чем мы занимались, Демид… У меня губы опухли от поцелуев…
— Прекрасные губы… — приближаюсь к ней, но она выставляет руку вперед, останавливая меня.
— Не подходи, Демид. Стой на месте, пожалуйста… Если ты подойдешь, мы еще не скоро вернемся за столик, а если кто-то застукает нас здесь…
— Я понял, понял, — поднимаю ладони в примирительном жесте. — Жду тебя за дверью.