Мне тебя обещали (СИ)

- А по поводу скважины, что думаешь? Золотая жила?
- Думаю, да.
- Умный был мужик Север. Если это он, конечно, решение принимал, где бурить.
- Ты его видел? – не смог скрыть любопытства.
- А то как? Приезжал он сюда несколько раз. Ходил в своем костюме пижонском. И очках этих… Видел по телеку? Кажется, он их вообще никогда не снимал.
- И костюм почему пижонский? – улыбнулся в потолок.
- Да потому что. Ты бы видел… Стрелки такие на брюках, хоть бумагу режь. И похер, что с дороги он как черте что выглядеть должен. Честно, как его живьем увидел, думал, что все пропало. Но этот…
- Что?
- Да ничего. Удивил меня. Присел. Земли горсть зачерпнул. И как давай свою свиту гонять… И вопросы такие, знаешь, что мужик глубоко в теме. Будто сам на буровой работягой не один год отбатрачил.
- А может, и батрачил.
- Ну да. А потом сразу взял и разбогател.
- Почему сразу?
- Ай, ну тебя. Спать давай. Это Север вечным сном спит. А нам завтра вставать с рассветом.
Север не спит… Север на страже.
Черт, даже как-то приятно, что Егоров обо мне так… Вроде, как с восхищением. Такого мужика похвала на вес золота. Не то, что тех, кто вокруг меня терся. Те только жопу лизать умели…
Хороший мужик. А Илик носом крутит… Вот что надо бабе, спрашивается? Поди, угадай.
 Глава 19 
 
Неожиданно потеплело. А может, и не было в этом никакой неожиданности – прогноз-то посмотреть было негде. Я стерла плечом катящийся по лбу пот и включила посудомойку. Нужно было поторапливаться, если я хотела успеть попасть на праздник. Егоров не соврал насчет короткого дня по этому случаю. Правда, работягам пришлось клятвенно пообещать, что они нагонят простой. И что пить не будут…
- Май, бросай здесь все! Завтра столы домоем, – заглянула в вагончик Жанна. – В баню пойдем! Вроде свободна уже.
Баня в городке была совсем небольшой. И мужчинам там наверняка было тесно. В вот нам с Жанной в этом плане везло намного больше. Из-за несовпадения графика чаще мы мылись вообще по одной.
- Шапку надень, чтобы волосы не горели, - пробубнила она, когда мы принялись раздеваться в предбаннике.
- Ты хочешь париться? Сейчас?
- А чего ты удивляешься? Надевай!
- Разве нам не нужно поторапливаться?
- Боишься, что мужики уедут веселиться без нас? Единственных здесь женщин? – улыбнулась Жанна, оборачиваясь ко мне без всякого стеснения. Мне бы такую раскованность! Даже завидно…
- Да что, им женщин в поселке мало?
Мы зашли в парилку и уселись на лавку.
- Мало. Здесь вообще женщин меньше, чем мужчин. И те, что есть, уже давно заняты. Подкатывать к ним бессмысленно. Если не хочешь, конечно, получить пулю в лоб.
- Слушай, может, мы правда в другой раз попаримся…
- Еще чего! Ты вообще в курсе, что сегодня за праздник?
- Якутский Новый год.
- Вот именно. А в Новый год нужно вступать чистым. И в буквальном смысле, и во всех остальных… Ложись на живот. Я тебя отхожу веничком…
Я не была уверена, что мне это понравится, но Жанне почему-то возражать не решилась. Легла… И не пожалела. Ощущения были странными, но чем дольше она меня постукивала и обмахивала, тем кайфовей мне было. Я даже пожалела, что наша программа была укороченной. И что мы не могли попариться, как положено, в несколько заходов.
- Вот, возьми. Это скраб на местных травах. Кожа будет, как у ребенка, если им пройтись. Твоему понравится…
Забрав из рук Жанны круглую баночку, я сначала понюхала содержимое и только потом, зачерпнув его пальцами, принялась натирать порозовевшую кожу. Потому что да… Моему этот аромат понравился бы. Я зажмурилась на секунду, забывшись... Представляя, что это его руки скользят по моему телу. Опускаются на грудь, трогают пальцами размягченные от жара парилки соски… И те моментально твердеют под ними.
- Остынь, - донесся до меня смеющийся голос Жанны. Я открыла глаза, опустила руки, смущенная тем, что произошло, и тем, что я оказалась не в силах контролировать. Открыла рот, чтобы пробормотать что-то в свое оправдание, но тут же захлопнула, чтобы не захлебнуться хлынувшей из-под душа водой.
 
Мы быстро домылись, вернулись в вагончик и принялись наряжаться. Оказалось, что я намного более сознательный вахтовик, чем обо мне думали. В моем гардеробе не нашлось праздничной одежды.
- Даже не знаю, что надеть, - разочарованно протянула я.
- Что-нибудь плотное, если не хочешь, чтобы тебя съела мошка.
В итоге я выбрала довольно будничный наряд. А вот волосы хорошенько высушила и оставила распущенными. Почему-то мне казалось, что Андрею они понравятся. Я почти закончила сборы, когда в дверь громко постучали.
- Жанн, ну, сколько можно ждать?! Давайте вы уже выходите.
- Да идем мы, идем… Для вас же старались. Ну? Скажи, как мамочка выглядит?
- Охуенно, детка, ты же знаешь.
Вот такая романтика. Я закусила изнутри щеку, чтобы нервно не рассмеяться.
Так вышло, что мы с Андреем попали в разные машины. И всю дорогу к поселку я отбивалась от подкатывающих ко мне мужиков. Впрочем, это было даже как-то… весело, что ли. Делали они это несколько неуклюже и совершенно ненавязчиво. Скорее чтобы не утратить сноровку, а не потому, что действительно думали, будто им от меня что-то перепадет. А я по большей части молчала, приникнув носом к стеклу, и с интересом разглядывала открывающиеся взгляду пейзажи.
- Видишь вон то коричневое пятно?
- Угу…
- Это оленье стадо.
- Серьезно?
- Угу, - повторила Жанна. - Оленеводы со всей округи на праздник собрались. Потом разбредутся по тундре…
- И дед Илик? Он тоже кочует?
- А то как же? Жизнь у них такая… кочевая. Знаешь, сколько с этими оленями мороки?
- Наверное, как и с любой другой работой или ремеслом.
- Точно, - засмеялась Жанна, а после отвлеклась на окликнувшего ее Павла.
До поселка мы добирались чуть меньше часа. И хоть я уже бывала здесь с Илик, сегодня узнать это место было довольно трудно. Народу собралось – тьма. Съехалась, кажется, вся округа. Мы выбрались из машины и с небывалым энтузиазмом ворвались в самую гущу событий. А ведь куда ни глянь – было на что посмотреть. Поначалу я даже растерялась. И, открыв рот, бестолково оглядывалась по сторонам, пока мое внимание не привлекло центральное действо. В кругу, который образовали люди, проводился необычный обряд. Женщины в белом кружили вокруг лошади, сжимая в руках странные исходящие дымом чаши.
- Что это у них, Жанн? – пробормотала я, не отрывая взгляда от происходящего.
- Тюптэ…
Вместо Жанны мне ответил Андрей. И пока я приходила в себя, осторожно приобнял меня, прижимая спиной к своей широкой груди. Я замерла… Выдохнула. Снова втянула воздух, пахнущий довольно странно… Понимая, что, как бы мне ни хотелось, я не могу никоим образом поддаться чувствам и как-то выдать нас.
Но… Откуда вообще он взялся? Пошел за нами с Жанной? А впрочем, какое мне дело? Зачем гадать, если он так близко, что я ощущаю его дыхание? Понятно, что ничего бы не было, если бы Андрей не был уверен в том, что это безопасно. Здесь все стояли именно так… Тесно. Но только его близость заставляла сжиматься мышцы моего живота. И только ему были обязаны своим появлением мои мурашки.
- Тюптэ? – повторила я, почти касаясь щеки Андрея губами. Его рука, покоящаяся у меня на животе, пошевелилась. Большим пальцем он приподнял мою кофточку и лениво медленно-медленно скользнул вверх-вниз. Чуть наклонился...
- Да. Так называются эти кастрюли с лошадиным навозом.
 
Мои глаза расширились. Его ласкающие руки напрочь отключали мой мозг, и, может быть, поэтому меня так сильно сбил с толку его ответ.
- С лошадиным навозом?
В непосредственной близости от моих глаз его красивые губы растянулись в улыбке. Андрей проник под поясок моих брюк. Я захлебнулась воздухом. Закусила щеку, чтобы не застонать, потому что это касание было практически на грани фола. Посреди толпы. Его пальцы лениво перебирали короткие волоски, стрелкой уходящие вниз…