Пожиратель (СИ)
С одной стороны — знакомые ощущения. Все чувства обострились — звуки в большом радиусе будто бы стали громче и отчётливее, в ноздри сильнее ударила смесь запахов, источаемых коляской, лошадью и возницей. Я даже учуял, что извозчик совсем недавно принял на грудь чего-то горячительного, хотя по голосу это вроде не было заметно.
Но к Аспекту Зверя примешивались и другие ощущения. Я поднял руку, сжал в кулак, и вокруг него тут же задрожала сворачивающаяся в силовой кастет эдра. Правда, удерживать её в этом состоянии оказалось сложно — энергия будто распирала ладонь изнутри, вызывая болевые спазмы, похожие на слабые удары током. Я попробовал влить в Укрепление чуть больше энергии, и от этого боль усилилась так, что я невольно разжал ладонь.
И пальцы тут же обернулись вибрирующими прозрачными… клинками? Кастетами? Назвать это когтями язык не поворачивался. Во-первых, из-за размера — они выступали за кончики пальцев еще сантиметров на пятнадцать. А во-вторых, энергетическая структура прикрывала не только пальцы, но и всю тыльную сторону ладони, образуя что-то вроде перчатки.
Расслабил ладонь и чуть потряс ею, и страшное оружие исчезло, рассеялось. Но вызвать его снова на обеих руках не составило особого труда — достаточно было мысленной команды. При этом когда я попытался таким же образом вырастить обычные когти — как мне уже удавалось раньше под Аспектом Зверя — у меня ничего не вышло. Похоже, Укрепление, смешавшись с Аспектом Зверя, заменило собой именно эту грань, отвечающую за изменения тела — клыки, когти и прочие детали звериного облика.
В целом выглядело довольно перспективно. И, что немаловажно в моём положении — внешне этот Дар проявляется очень слабо. Даже сами силовые когти почти не видны невооружённым взглядом, их можно распознать только по дрожанию воздуха. По сути, всё как раньше с обычным Укреплением, но только теперь я вдобавок получил звериные рефлексы, силу и скорость — то самое, чего мне не хватало.
Более детально разобраться в новых возможностях я не успел, да и место было неподходящее. К тому же мы уже подъезжали к усадьбе.
Спрыгнув со скрипнувшей на прощанье коляски, я коротко поблагодарил извозчика. Но тот, кажется, меня не расслышал — сидел, сгорбившись и подняв ворот пальто от ветра, и подстегнул лошадёнку сразу же, как я сошёл.
Боевую форму я так и не сбрасывал, и всё тело так и распирало силой. Её хотелось испробовать, и я с трудом заставил себя спокойно пройти до ворот. Казалось, я сейчас могу перемахнуть через высоченный кованый забор одним прыжком или легко разогнуть его прутья, чтобы пролезть между ними.
Ну, что ж. Перед вылазкой выделю ещё полчасика в тренировочном зале, чтобы проверить усиленный Аспект в деле, и эксперимент можно будет окончательно признать успешным.
Уже на полпути к дому я уловил звуки, которые без формы Зверя вряд ли бы услышал, даже войдя в само здание. Они доносились со стороны дальнего крыла здания — бывших комнат для прислуги, где мы пока временно расположились. Встревоженные крики, стук, грохот — всё говорило о том, что там происходит что-то неладное.
Тут-то я и дал волю налитому силой телу, за считанные секунды обогнув здание и распугав припозднившихся рабочих, несмотря на погоду продолжавших приводить в порядок придомовую территорию.
И куда больше, чем приглушённые крики, меня испугало то, что я увидел магическим зрением. В окне одной из комнат полыхало настоящее зарево. Казалось, сияние эдры настолько мощное, что его должно быть видно и обычным зрением. Даже сквозь стены. Магическая энергия гудит, вибрирует, хлеща в потолок комнаты тугим, как смерч, водоворотом.
Это же комната Рады! У неё опять приступ!
Глава 10
Честно говоря, за всей это свистопляской, преследующей нас в последние недели, мы успели позабыть о странном недуге Рады. Серьёзных приступов не было уже около месяца, девушка спокойно ходила в гимназию, вечерами мы частенько общались своей молодёжной компанией, собираясь вчетвером за столом в кухне. Демьян первое время зыркал на нас с подозрительным недовольством и старался держаться рядом. Но потом, поняв, что его приёмной дочери ничего не угрожает, смягчился и даже в итоге согласился, чтобы Рада жила рядом с нами, в особняке, а не во флигеле, куда вернулся он сам. С нами девушке было явно веселее.
Но болезнь никуда не отступила. Она лишь затаилась и будто только и ждала самого неподходящего момента, чтобы снова проявить себя.
Я со всех ног бросился в дом. Каждая дверь, каждый поворот, каждая ступенька казались досадными преградами, мешающими разогнаться как следует. Впрочем, когда я оказался в коридоре, ведущем в комнату Рады, появилось препятствие посерьёзнее.
Дверь в комнату трещала и хлопала в стену, будто трепещущая на ветру тряпка, чудом не срываясь с петель. В воздухе мельтешил мелкий мусор — какие-то щепки, обломки. Звенела осколками стекла оконная рама — одна из внутренних фрамуг разбилась. Удивительно, как всё окно не разлетелось — внутри комнаты словно бушевал невидимый ураган, расшвыривающий вещи и не дающий даже приблизиться к комнате.
Для обычных людей невидимый. Но для меня это было целое светопреставление. Пожалуй, я ещё ни разу не видел настолько мощный выброс сырой эдры, способный проявлять себя даже на физическом уровне. Шум при этом стоял соответствующий — низкий вибрирующий гул, от которого быстро начинала болеть голова, слезиться глаза, ныть зубы и суставы. По штукатурке то тут, то там змеились трещины, стеклянные плафоны светильников дребезжали, один вдруг лопнул, взорвавшись на мелкие осколки.
Демьян, рыча и цепляясь когтями за стену, пытался пересилить это давление, но единственное, на что его хватило — это добраться до дверного проёма и вцепиться в косяк, чтобы его не сорвало с места и не отшвырнуло в коридор. Варя и Полиньяк укрывались за углом и лишь время от времени высовывались, чтобы хоть что-то разглядеть. Но сделать они тоже ничего не могли. Варя к тому же с трудом сдерживала собственный Дар — под влиянием бушующих потоков эдры её звериная сущность рвалась наружу, будто перепуганный волк, так и норовящий перемахнуть через красные флажки.
Впрочем, Демьяну приходилось куда хуже. Когда я, с трудом продвинувшись по коридору, окликнул его, он мимолётно обернулся, и я разглядел выпученные от отчаяния и ужаса жёлтые глазищи и оскаленную морду, в которой было мало человеческого. Однако он всё-таки рвался дальше, оскальзываясь сапогами по паркету и отчаянно цепляясь за проём.
Казалось, нужно просто переждать, и натиск магической бури должен постепенно ослабнуть. Но не тут-то было! Похоже, наоборот, он только набирал силу, и страшно было представить, что будет дальше. Весь дом по кирпичику разнесёт!
Албыс, без спроса вырвавшись наружу, повисла рядом со мной, оскалившись и вытаращив глаза. Потоки эдры трепали её волосы и рубаху, как разорванный флаг, искажали очертания, размывали, будто размазывая по воздуху.
— Быстрее! Нужен Ткач! — проскрежетала она голосом, лишь едва напоминающим человеческий. — Сотвори преграду!
— Что?
— Преграду, глупец! Преграду! — она взмахивала рукой раз за разом, рисуя в воздухе примитивный символ — ломаная линия, сворачивающаяся в спираль.
Идея заниматься сейчас экспериментами с эдрой мне показалась не очень уместной, но иного выбора, похоже, не было. Я поначалу даже постарался поглотить часть хлещущего из комнаты Рады потока, но это было всё равно, что пытаться напиться из направленного в лицо брандспойта. Не просто неприятно, но даже небезопасно. Эдра эта выглядела нейтральной, без какого-то явно выраженного Аспекта, но сама плотность её и количество были такими, что она буквально сбивала с ног. А тонкое тело под таким напором трепетало, едва не отделяясь от физического. Выражение «душу вытрясти» сейчас заиграло новыми красками.
Переключился на Аспект Конструктора. Как же хорошо, что я хоть немного поупражнялся с ним в парке! Благодаря этому опыту я хотя бы понимал, как быстро сформировать энергетический конструкт по готовому лекалу, подсказанному ведьмой. А уж в самой энергии недостатка не было — я черпал её из воздуха, щедро напитывая созданную конструкцию и масштабируя её. Угловатые спирали, будто множащиеся на глазах бактерии, заполонили всё пространство передо мной, быстро сцепляясь между собой и образуя этакий выпуклый щит, прозрачный, как мыльный пузырь.