Пожиратель (СИ)
За последние дни в беседах с Путилиным я всё глубже начал разбираться в подобных делах. Я с тех пор, как оказался в этом мире, регулярно сталкиваюсь с нефами, и у меня даже сложилось мнение, что их довольно много. Но это не так. Нефилимы составляют доли процента от населения империи, а уж сильные боевые нефы — хотя бы моего уровня — вообще штучный товар. Поэтому заполучить такого, как я, под своё начало — это мощный пиар. Всё равно что для какой-нибудь частной военной компании закупить новейший навороченный истребитель.
Ох, не зря Вяземский с ходу осыпал меня подарками. Заманивает. Но я до сих пор не решил, стоит ли поддаваться.
— Что касается целевой учебной программы… — продолжил Прокопович. — Изыскатели нам нужны, но Сергей Александрович предлагает вам подумать о другой карьере. Он довольно высоко оценивает ваш боевой потенциал, поэтому считает, что вы могли бы быть полезнее в его личной дружине.
— При всём уважении к Сергею Александровичу — мне не очень-то хочется быть рядовым дуболомом. Я ведь не зря пошёл учиться на изыскателя. Мой интерес — там, на востоке. При первой же возможности хочу записаться в экспедицию в Сайберию. А со временем, когда наберусь опыта — организовать и свою.
— Что ж, подобного ответа мы ожидали, — натянуто улыбнулся Прокопович. — Но это как раз вопрос, наоборот, не терпящий спешки. В вашем возрасте свойственно романтизировать все эти походы в тайгу, охоту на чудовищ…
Он скользнул взглядом по значку Священной Дружины, который я специально перед разговором нацепил на студенческий китель слева.
— Что ж, это полезный опыт, и мы не будем мешать вашим увлечениям. Мало того — окажем содействие. В конце ноября планируется экспедиция на восток, вдоль Чулыма. Повезём большой груз для Ачинского острога, обратно тоже не с пустыми руками. В общей сложности вёрст семьсот по тайге намотать придётся. Если пожелаете — обеспечим вам в этом походе место и соответствующую оплату. Хороший повод убедиться, насколько это тяжкий труд. И вообще, нужно ли вам это.
— Хм, заманчиво… И сколько он продлится по времени? Получится ли обернуться за каникулы?
— Вряд ли. Часть экзаменов придётся сдать досрочно, часть — наоборот, отложить на весну. Но всё это вопрос решаемый. Обучение по губернаторской программе даёт множество преимуществ. Как и в целом губернаторская служба.
Да понял я уже, понял, куда ты клонишь…
— К слову, о службе, — как бы невзначай заметил Прокопович. — Что слышно по расследованию убийства Барсенева? Сергей Александрович очень озабочен этим делом…
Сергей Александрович мог бы и сам поинтересоваться у Путилина, мысленно продолжил я. Но наводит справки именно через меня, чтобы убедиться в моей лояльности.
Что ж… Это можно повернуть и в мою пользу, при этом не разболтав лишнего.
— Я этим делом не занимаюсь. Аркадий Францевич вообще привлекает меня эпизодически — когда нужны мои… таланты. Но кое-какие подробности я мельком слышал. Он связывает это убийство со Стаей. И считает, что и сам Барсенев был вампиром. Известным в Стае под прозвищем Барсук.
— Нелепость какая-то! — фыркнул Прокопович, причём его возмущение и удивление были очень правдоподобными. Если бы я параллельно не наблюдал изменения в его эмоциональном фоне. Новость эта его действительно удивила и испугала. — Филипп Александрович давно занимал пост обер-полицмейстера, и показал себя человеком верным и толковым…
— Да, ситуация неприятная. И тут два варианта. Либо губернатор не догадывался о том, кем на самом деле являлся Барсенев. Либо знал об этом, но его это не смущало. Оба варианта, сами понимаете, не добавляют Вяземскому очков.
Прокопович снова недовольно поморщился.
— Но… какие у Путилина доказательства? Есть официальное заключение Службы Экспертизы?
— Это лишь формальности. Аркадий Францевич очень опытный Охотник. Распознать упыря он смог во время предварительного осмотра, без всякой экспертизы. И соответственно, теперь ведёт расследование, опираясь на эти данные. К тому же, Стая в Томске в последние недели проявляет небывалую активность. Тот инцидент в «Громовских банях» — не единственный.
— Да, конечно, бойня в ресторане Хаймовича прогремела ещё громче. Да и вчера ночью, насколько мне известно, вы с Путилиным за кем-то гонялись. Неужто снова за упырями?
— Да, — будничным тоном отозвался я. — Я убил одного. Но думаю, это далеко не последний инцидент. Такое впечатление, что в Томск съезжаются упыри со всей империи. Тоже, кстати, неловкий момент для губернатора в преддверии визита Романова…
— Но не считает же Путилин, что… — не выдержал чиновник, но вовремя оборвал фразу. — Что ж, ценные замечания, Богдан. Мы примем их к сведению. Однако ваш начальник ошибается, если думает, что здесь, в Томской губернии, отношение к Стае как-то отличается от столичного. Мы в меру своих сил тоже выявляем и уничтожаем упырей. Просто местное отделение Священной Дружины в последнее время было не в лучшем состоянии…
— Да, он об этом тоже упоминал. И надеется в скором времени восстановить здесь Дружину. Но пока людей катастрофически не хватает.
— Ну, людей обещать не могу, — развёл руками Прокопович. — Однако личная дружина самого губернатора тоже на многое способна. И не думайте, что она сидит сложа руки. Мы тоже выслеживаем упырей и, уверен, в ближайшее время вобьём кое-кому в сердце несколько осиновых кольев.
Эх, хорошо бы. Если бы люди губернатора оттянули на себя хотя бы часть свиты Сумарокова — это облегчило бы нам с Демьяном задачу. Сомневаюсь, конечно, что они успеют это сделать. Хотя… ещё не вечер. А уж до полуночи и вовсе времени полно.
Вслух я ничего не сказал, лишь покивал. Прокопович же первым поднялся с кресла, давая понять, что разговор окончен.
— Жду вашего решения по поводу учёбы и участия в декабрьской экспедиции. И, кстати, ещё один небольшой презент от Сергея Александровича…
В руке моей оказалось лаконичное кольцо-печатка. Серебряное, с рельефным гербом Вяземского вместо камня.
— Носить постоянно не обязательно. Однако в некоторых ситуациях наличие подобного отличительного знака бывает очень полезно.
Хм… Почти то же самое говорил мне Путилин и о знаке Священной Дружины. Я учтиво склонил голову, принимая подарок, и проводил помощника губернатора взглядом до двери. Тот не оборачивался, а заодно окончательно сбросил маску вежливости — это было заметно по эмоциональному фону.
Что ты меня так не любишь-то, Викентий Палыч?
Хотелось переговорить с Кабановым, уточнить некоторые моменты по поводу губернаторской учебной программы. Но ректора в приёмной не оказалось — куда-то вышел по делам. Ждать его не стал — нужно было возвращаться домой, готовиться к ночной вылазке. Из-за этого даже решил поймать извозчика, хотя последнее время в любую погоду предпочитал добираться до университета и обратно пешком. На ходу отлично думалось, да и эдру по дороге пылесосил в максимально доступном мне радиусе.
Сейчас было не до сбора эдры, в Средоточии был хороший запас. А погода за то время, что я провёл в кабинете ректора, нисколько не улучшилась — ветер, колючий снег, холодрыга. Так что предаваться раздумьям я решил в коляске извозчика. Большинство из них, к слову, до сих пор предпочитали лошадей, а не автомобили. Хотя может быть, существовало в Томске и моторизированное такси, но мне оно на глаза не попадалось. Помнится, я даже как-то поинтересовался этим обстоятельством у кого-то из местных ребят. Они пояснили, что в Томске лошадиные повозки надёжнее, особенно зимой. Машины из-за морозов слишком часто ломаются. Те, что с бензиновыми двигателями, и вовсе используются только в тёплый сезон.
Я сунул извозчику пятак, завалился на продавленное сиденье коляски, поправил развернутый над головой брезентовый полог, укрываясь от снега. И погрузился внутренним взором в Сердечник.
Обновлённый Аспект Зверя выделялся среди остальных и размером, и интенсивностью свечения эдры. Да и при переключении на него по телу пробежала заметная дрожь. Я обхватил себя руками за плечи, словно спасаясь от холода, плотнее забился в угол коляски, прислушиваясь к ощущениям.