Девять жизней (СИ)

Потом подумав, решила проверить предложение Нафани, просто сказать, чтобы свет загорелся.
— Свет, гори! Ух ты, и вправду горит, — восхищенно произнесла я.
Люстра, висевшая на довольно высоком, потолке, загорелась ослепительно ярким светом. Интересно, потушить можно подобным образом?
— Свет, потухни! О прикольно, выключился!
Продолжая разговаривать то ли с собой, то и с осветительным прибором, развлеклась подобным образом с минуту, под неодобрительное бормотание домовенка, что-то насчет неразумных Хозяек.
Я сама понимала, что веду себя глупо и это ребячество, скорее напоминало тихую истерику. И это абсолютно не удивительно в моей странной жизни, больше похожей на бред сумасшедшего. Жизнь, в которой реальность туманна и переменчива, а сны наполнены яркими красками, громкими звуками и даже запахами….
Додумать мысль не удалось — дверь без стука открылась, и вошел мой давешний провожатый.
— Вас стучаться не учили? — возмутилась я, — Все-таки в комнату девушки входите, я могла быть не одета…
Мое праведное и справедливое возмущение никого не заинтересовало. Мужчина с непроницаемым лицом заявил, что через двадцать минут ждет меня за дверью, что бы проводить в столовую на ужин.
Собравшись выходить за дверь, внезапно остановился и добавил:
— И наденьте, что-нибудь приличное, — при этом с сомнением посмотрев на мои потертые джинсы.
"Дедуля" решил меня, наконец, накормить за целый день? Надо же, какой заботливый. Я, конечно, проспала большую часть времени, но он то, об этом не знал? Или знал?
Интересная мысль пришла мне в голову…. Надо, кое, что проверить.
— Нафаня! — кликнула я домовенка.
— Да, тута я…чаво надобно? — как всегда недовольно проворчал мой подопечный.
— Не «чаво», а «чего», учись говорить правильно, — автоматически поправила Нафаню, — А вообще, у меня к тебе партийное задание.
— Какое, какое?
— Партийное. Так, слушай, пока я отужинаю с родственником, ты, — начала раздавать распоряжения я, для полной убедительности показывая на него пальцем, — Обыщешь все помещение, включая ванную комнату. Особенно ванную комнату, на предмет обнаружения следящего устройства. Видеокамер, микрофонов, там, не знаю, что еще может быть.
— Акулий глаз, может быть, — произнес домовенок.
Что заставило посмотреть на него с удивлением.
— Это, что еще за штуковина?
— Следящий амулет, что же еще, — и посмотрев на меня, как на дурочку, добавил, — Вот, деревня…
Собственно, я себя пока так и ощущала. Ничего не помня, и не понимая, постоянно видя какие-то странные варианты жизней, причем с собой в главной роли — все это вовсе не добавляло мне никакой уверенности в том, что я нормальна. Еще и домовые, амулеты и дед, который выглядит так, что в пору, искать себе молодую жену, а не больную на всю голову внучку.
Ну, все хватит забивать себе голову.
— В общем, задание получил? — спросила я домового.
— Да, хозяюшка….
— Вот и исполняй! Ты, только ничего не трогай, найди и все. Понятно?
Нафаня лишь тяжко вздохнул и поплелся в ванную. Правильно, вот пусть оттуда и начнет. А я пока переоденусь во «что-нибудь приличное».
— Вы готовы? — раздался неожиданный голос от двери.
— Господи! — воскликнула испугано, подскочив, я как раз застегивала молнию на брюках — Вы меня напугали!
— Время вышло, Князь ждет, — с упреком проговорил мне мужчина.
— Князь? — я ведь не могу знать, что это дед.
— Валерия Павловна, прошу следовать за мной, — проигнорировав мой вопрос, и рукой показывая направление, мужчина развернулся и вышел в коридор.
Ничего не сказал по поводу внешнего вида, значит, брючный костюм его устроил, уже хорошо.
Мне ничего ни оставалось делать, как следовать за ним. Все равно дорогу сама не найду. В этом лабиринте из поворотов и множества дверей легко заблудиться.
Шли мы не долго. Через метров десять по коридору свернули на лестницу, ведущую вниз. Как же так, ведь в выделенную мне комнату шли, сворачивая направо, два раза?! Еще одна странность, над которой нужно подумать или поинтересоваться у Нафани.
 
Холл выглядел все так же помпезно и богато. Мраморные полы имели, какой-то, сюрреалистический, но очень интересный рисунок, который я не успела рассмотреть утром.
Мы подошли к большим резным двухстворчатым дверям, которые при нашем приближении раскрылись.
От увиденного в комнате, а если быть точнее, то в огромной столовой зале, я замерла на пороге и не могла себя заставить двинуться с места.
— Ну, что же ты, Валерия! Проходи к нам, — мой родственник, стоявший в окружении множества мужчин, нетерпеливо махнул мне рукой, — Ждем только тебя, — добавил дедуля.
Было очень сложно сделать первый шаг. Несколько десятков глаз внимательно следили за каждым моим движением. Я словно внезапно оказалась закрытой в клетке с голодными тиграми. Жуткие ощущения, я вам скажу. Сердце испуганно сжалось и сбилось с ритма. А в голове билась одна мысль — бежать!
Я даже сделала шаг назад, но наткнулась на своего немногословного сопровождающего. А этот гад бесцеремонно пихнул меня внутрь, да так, что я едва не упала!
— Давай, Валерия, присаживайся — как ни в чем не бывало, отодвигая для меня стул, произнес дед, и уже обращаясь к остальным, — Прошу к столу, господа, — дождавшись, когда я усядусь, прошел на противоположный край стола и сел во главе.
Мужчины уселись, но приступать к еде не тропились — все без исключения, абсолютно бесцеремонно рассматривали меня, как кобылу на рынке! Может им еще и зубы показать? Или лучше раздеться?
Внимательно оглядела каждого и посчитала. Четырнадцать человек. Или кто там они? Я старалась выглядеть невозмутимо, но внутри дрожала как испуганный заяц.
Я не смогла проглотить и кусочка из предложенной еды. А вы, пробовали есть, когда вам чуть ли не в рот заглядывают столько незнакомых мужиков?
Интересно, а почему мне их не представляют? Очень это странно. Хотя, чего я удивляюсь, ведь дедуля тоже не представился, и я до сих пор не знаю, как его зовут….
Вот лохушка ты, Валерия! Если, конечно это и вправду твое имя… Пошла, за каким-то посторонним мужиком, от которого у тебя руки трясутся и в холодный пот бросает, даже не узнав, как его зовут и куда он тебя везет! Теперь сидишь в окружении непонятных типов, правда, одетых очень дорого, в костюмах известных брендов, в этом я разбираюсь хорошо. Только чем это мне может помочь? Богатые и влиятельные как никто другой развращены и способны на нечеловеческую жестокость!
И только подобная мысль пронеслась в моей голове, как перед глазами очень четко встала картина.
* * *
Я сидела в гостиной и вышивала очередной шелковый платок, для своего «любимого» мужа. В комнате было довольно уютно, на полу постелен теплый шерстяной ковер, горел небольшой камин.
На улице же бушевала настоящая буря, шел ледяной дождь со снегом, дул, пронизывающим до самых костей ветер. Почему, я знаю, что ветер пронизывающий? Да потому, что уже раза три выходила на двор и всматривалась в непроглядную ночь. Но все безрезультатно. Его все не было.
Вот так, перед камином я сидела уже пятый час и постоянно подскакивала с места, как только мне покажется, что кто-то идет.
Я ждала Андрея. Да, Андрюшей, я больше его не называла.
Во-первых, он запретил мне это уже на второй день после свадьбы.
Во-вторых, как-то странно называть ласковым именем мужчину, который истязает тебя почти каждую ночь.
Я понимала, что участь всех жен, во всем удовлетворять потребности своих мужей. Поэтому безропотно подчинялась, молча терпела и считала своим долгом выполнять прихоти, приказы и… извращения супруга. Сжав зубы. Превозмогая отвращение и боль. Глотая слезы.
Но да, что уж теперь? Если любишь человека, то прощаешь и принимаешь его со всеми недостатками. Так меня всегда учил отец, Антон Анатольевич Мищереков.
Сегодня же Андрей, очередной раз ушел, пообещав отнести карточный долг и больше не ходить в это странное новое заведение, куда приличным девушкам лучше не показываться. Так заявил мне муж, когда я попросилась сходить туда с ним.