Отражения свободы (СИ)
Саша неплохо видела в темноте даже без всяких фонариков, и телефон доставать не стала. Пока, несмотря на затянутое облаками небо, ориентироваться в окружающем мире она могла вполне пристойно. Да и в одном из дальних административных домиков горел свет, освещавший большую часть поляны. Но все же, когда около колонки с водой рядом с чьей-то палаткой из кустов резко вылезло что-то яркое, она едва не заорала от ужаса. «Что-то» же заорало. Детским голосом.
— Я тебя напугала? — Саша взяла себя в руки первой. Она присмотрелась. «Что-то» на проверку оказалось девочкой лет семи на вид в разноцветном парео и с покрашенными в яркие цвета косичками. — Извини, я не хотела.
— Я от неожиданности, — тряхнула головой девочка. — Слышала что кто-то ходит, подумала — вдруг Барсик нашелся?
— Барсик? — ей просто не могло так повезти.
— Ага, кот мой. Рыжий, большущий и умный. Все команды знал. Подумала — может кто нашел и принес.
Вряд ли сбежавшие туристы испугались бы кота.
— Если я увижу, то обязательно поймаю его и отдам тебе, — улыбнулась Саша
— Не поймаете, — погрустнела девочка. — Барсик в отцовом ошейнике был. Он только ко мне шел, только меня понимал. Вот только, — она понизила голос до шепота, — чудовище его съело…
— Чудовище?
— Да, самое натуральное. Глаза огромные, шкура темная, рычит…
— Мария, не пугай гостей, — женщина средних лет шла от домика администрации, подсвечивая себе путь мощным фонариком. — Нет никаких монстров, у тебя просто хорошая фантазия.
— Но Барсика же кто-то съел! А кто, если не чудовище?
— Твой кот сбежал в лес, доченька. Простите ее.
— Ничего страшного, — Саша качает головой и мельком кидает углубленное сканирование вокруг.
И замирает, всматриваясь и прислушиваясь к ответу. Ни мать, ни дочь Затронутыми не были. Но странное, словно бы смазанное, присутствие Отражения вокруг них было ощутимо. Раньше такого Саша не ощущала никогда от людей.
— Пойдем, Мария. Простите еще раз. Удачного отдыха. Вы ведь только приехали и поставили палатку в кемпинге?
— Верно.
— Меня Елена зовут, если что понадобиться или захотите узнать, где тут лучший клев и лучшие достопримечательности в окрестностях, то все расскажу и покажу.
— Наверное, лучше при свете дня.
— Безусловно, — женщина потянула за собой ребенка, оставив очень, очень задумчивую Сашу около колонки с водой.
Что-то она нашла. Только что?
— Это артефакт, — Аня слушала подругу, сидя в палатке и подсвечивая себе телефоном какую-то пухлую записную книжку, которую листала. — Я такое видела уже. У нас… В общем, я видела такое. Так на людей может артефакт подействовать. Ты говоришь, они не Затронутые?
— Совершенно точно, — Саша после разговора с девочкой не поленилась, сходила к административным вагончикам поближе и все там осмотрела.
— Конечно, замаскироваться могли. Мы-то не слишком опытные. Но разве что если это маги или колдуны, вампирам или оборотням такое не под силу. Какой-то артефакт на оборот, что бы человеку зверем стать? Но я такого не слышала никогда.
— А все эти «прыгнуть через воткнутый топор»?
— Это проклятие ликантропии, оно по-другому ощущается. Мерзкая, кстати, вещь, прилепляется и к Затронутому, и к человеку, и делает его псевдо-оборотнем, потом проблем не оберешься. И снимать тяжело. Но артефакт…
— Может, утром с девочкой поговорим еще раз, Ань? Что сейчас гадать? Или Олегу Васильевичу расскажем.
— А что рассказывать? Что ты пообщалась с местными, и эти местные подозрительные? Да ну — он и сам заметит. Но поговорить с девочкой стоит. Она первая про чудовище речь завела. Да и если обычный лесной зверь сожрал ее кота, то тогда странно это все.
— Странно?
— Ну сама посуди, Саш. Какой хищник будет пугать людей — и задерет кота? Волки — тут нет их, одни шакалы, но они к людям не сунутся, трусливые больно. Медведь? А кот ему зачем тогда? Разве что домашний пес какой, натренированный.
— Мало ли что пьяным почудилось. И к тому же… ты книги читаешь?
— Бывает, — Аня морщится. — К чему ты клонишь?
— Да есть одна книга. Там человек выдрессировал крупную псину, мазал ее фосфором чтобы напугать одного джентльмена.
— Интересная теория. Прирученное животное. Если это и правда артефакт… Думаешь, он связан со зверем?
— Не знаю, — Саша покачала головой. — Но рассказать надо сейчас. Нечего время терять.
— Эй, Саш, не гони коней. Мы ничего с тобой пока не видели. Ни артефакт, ни зверя. Может тебе и показалось что — я вон вообще ничего не почувствовала, признаюсь. Но у тебя такие вещи лучше получаются. Завтра расскажем, сейчас спят там все поди, — Аня указала головой на палатку мужчин, где уже не горел свет. — Утро вечера мудренее. Да — нам нужно вести себя как туристы, а не как следователи-новички, читающие много книг, помнишь?
— Ладно, — Саша поморщилась. — Твоя правда. Завтра тогда поговорим.
Но разговора не удалось. Утро Саша банально проспала, а Аня без нее ни о чем сообщать не стала. И выбравшись из палатки, Саша обнаружила, что, наскоро перекусив, мужчины отправились куда-то «изучать окрестности», а девушкам Олег Васильевич поручил остаться на базе и присмотреть за происходящим.
Аня, чуть подумав и поковырявшись в наскоро сваренной на общем костре каше, предложила отправиться на самостоятельную «разведку», не то из стремления произвести впечатление на оперативника-куратора, не то просто не желая сидеть на базе.
— А зачем, Ань? — Саша с недоумением уставилась на подругу.
— Ну сама посуди — если есть зверь, то будет и логово. Найдем — и дело с концом.
— Но нас Олег Васильевич здесь оставил.
— Ага, чтобы Азамат все раскрыл под его чутким руководством и получил зачет, а нас опять опустили на его фоне. Ты что, не знаешь, что Хачатряну будущее оперативника пророчат? Его папаша-то руководит оперотделом в Ордене. Вот и натаскивают. А на нас плевать. Сидите на месте и скучайте.
— Да ну, — поморщилась Саша. Подругу иногда заносило. — Просто кто-то должен следить за тем, как здесь дела обстоят. Да и это искажение ауры…
— Пф. Скучно, как в могиле. Ничего здесь не измениться. Пустая трата времени. Посмотрела я на этих мать с дочкой — ничего не вижу. Или не дано, или привиделось тебе вчера.
— Да нет же, — что-то подсказывала Саше, что стоит остаться. — Что-то есть. Ты ведь сама уверена, что артефакт это, с ними связанный.
— И? Уверенности моей мало. Надо логово найти. Артефакт если где и есть, то не здесь — я бы его точно почувствовала. А без него это все — ощущения да предчувствия. Как у гадалки, знаешь. Нам доказательства нужны. И их надо найти, если хотим Азамата уделать с его папашей.
— Слушай, Ань. Я понимаю твое рвение, но хочу остаться здесь. Куратор дал задание и я остаюсь. Хочешь — иди, я тебя прикрою, без проблем. Но пока я — пас. Возможно, это — проверка и мой реальный шанс избавиться от браслетов.
— Или проверка того, будем ли мы как дуры сидеть здесь или сделаем что-то стоящее.
После короткого колебания Саша только покачала головой.
Одна из вещей, которую повторял Серафим почти каждый раз, когда они встречались на «дополнительных занятиях», как сама Саша окрестила пространные разговоры, и не только разговоры, о магии и жизни, было «доверяй предчувствиям».
— Что ты такая упрямая стала? Я не видела в тебе этой покорности авторитетом весь год учебный, и за это ты мне и нравишься. А теперь что?
— Не в покорности дело. Предчувствие.
Теперь Аня качает головой.
— А у меня нет никого предчувствия. Но если ты хочешь, чтобы я с тобой осталась…
— Не нужно, — обременять кого-то Саше точно не хотелось. — Поступай как знаешь, я прикрою тебя, если понадобится.
— Да нет, я тут посижу с тобой.
— Как хочешь.
Правда, хватает Аню примерно на час — она проходит по территории базы два широких круга и возвращается к Саше, сидящей около палатки.
— Слушай, я так не могу. Хочу что-то делать. У нас бы… В общем, я не привыкла сидеть сложа руки.