Самый лучший брат (СИ)

— Сайто, — окликнул меня знакомый голос, и, обернувшись, я увидел Саске.
Почему-то был уверен, что если меня кто-то и побежит догонять, то это будет онии-сан. Так что уж от кого не ожидал душевной теплоты и поддержки, так это от Саске. Нет, он, конечно, парень хороший, его головных тараканов немного распугать, так вообще замечательный, да и брат, а братьев не выбирают, пусть я и сам на него согласился. Саске подошёл ко мне и сел рядом на ступеньку храма, прижимаясь плечом.
— Ты хотел… Ты хотел побывать внутри, аники? — тихо спросил Саске.
— Не знаю… — ответил я.
— Итачи сказал… Он сказал, что после гибели клана кто-то позаботился о том, чтобы всё было как положено, — кашлянул Саске. — Чтобы их похоронили, как принято у нас… В смысле, сожгли.
— Да, я знаю про такую традицию клана, — кивнул я. — Мне Шикару говорила.
Подозреваю, что насчёт похорон позаботился Обито, а может, это был Тэнджи… Он, должно быть, был силён. Всё же в пророческой технике у него точно была другая маска. Как сложно-то! Но исключать и такой вероятности нельзя, пока не доказано обратное.
Тот, кто помог Итачи с расправой, ещё должен был выковырять шаринганы у всех, кого можно. И он передал часть глаз Данзо. Возможно, что его «ценой» за это было соблюдение клановых традиций и того, чтобы Учиха похоронили, как должно, по их вере и традициям. Скорее всего, поэтому Кабуто не смог воскресить ни одного Учиха, кроме Мадары и Итачи. Иначе ход войны трудно было бы предсказать.
Вряд ли, если бы Данзо не получил подобную «взятку», он бы возился с «кланом предателей». Не знаю…
— Я думал, что ты мой дальний родственник, — сказал Саске. — А получается, что мы кузены…
— Ага…
— Когда ты ушёл, Хокаге-сама отдала распоряжение провести расследование по этому делу. Я просто хотел тебе это сказать, — снова подал голос он.
— Да? Ясно…
— Ну… Ты чего такой?.. — замялся Саске. — Ничего же не изменилось. Это же не будет стоять между нами? Мы же братья, помнишь, как ты сказал: «один за всех и все за одного»?
— Да… Было такое, — сквозь навалившуюся на меня апатию начало пробиваться удивление.
Итачи, конечно, говорил, что если Саске кого-то принимает, то он «ого-го»: горы свернёт, но всё равно такое небезразличие здорово подкупало.
— Сайто, а я знаю, чьи цурисё Цунаде-сама Итачи подсунуть хотела, — пихнул меня в плечо Саске, заговорщицки понизив голос. — Давай его уговорим тоже пригласить «невесту», чтобы пообщаться и познакомиться поближе? Всё равно ещё команду будут собирать, и в крайнем случае нас на миссию отправят только завтра. А сегодня фестиваль.
— Да… Я и забыл почти, — хмыкнул я, посмотрев в блестящие чёрные глаза Саске.
На самом деле как в зеркало смотришься. Найти бы фотку Обито, чтобы посмотреть, каким он был… Какаши благоволил ко мне, но вроде бы говорил, что со старшим братцем мы не слишком похожи.
— Не одним же нам страдать, — ухмыльнулся Саске, возвращая меня к реальности.
— Тоже мне страдалец, — повторил его ухмылку я. — Тебе, может, после фестиваля что-нибудь обломится.
Саске отвёл взгляд и шумно выдохнул.
— Не знаю… Сакура сейчас, конечно, вроде бы изменилась, но когда я смотрю на неё, то вижу ту надоедливую девчонку, которая бегала за мной в Академии. И эти волосы… Я поговорил с ней. Честно сказал, что… Э… Ну что для того, чтобы начать восстановление клана Учиха, мне нужно жениться после восемнадцати и мои братья выбрали её. И что я Наруто сказал раньше, чтобы этот придурок тоже себе нашёл кого-то, а не сох по ней ещё два года, ну и готов был, что мы с ней всё равно поженимся.
Н-да, вот такая она — забота от Саске.
— А она что?! — чуть не схватился за сердце я второй раз за утро.
— Она?.. Она сказала, что постарается заслужить мою любовь, — уныло пробормотал Саске. — Даже обрадовалась, что у неё есть шанс.
— М-дя… Можно я тоже буду называть тебя «мой глупый младший брат»?
  
Глава 10. Доверчивая
 
Похоже, что Саске сам чувствовал некоторую неуверенность в отношении Сакуры в том плане, что поступал с ней не слишком правильно. Всё же, если она его невеста и он сам так решил или согласился с мнением своей семьи, что, в принципе, одно и то же, то это обязывает. Так что за «обзывательства» мне не влетело, хотя младший недовольно посопел для порядка. Амаэ — наше всё. Потребность и зависимость от любви, прощение и принятие. До сих пор врубаюсь в это понятие…
 
Впрочем, это самое амаэ заставляло и меня поднапрячься и переживать за брата. Конечно, здесь, да и в Японии техники пророчеств, нередки браки по договору и есть своя вариация поговорки «стерпится — слюбится». Но, как по мне, такой вариант всё равно не слишком хороший. Саске столько пережил в своей короткой жизни, а ему ещё только шестнадцать будет через пару месяцев… Он заслуживал нормальной семьи. Не только таких замечательных братьев, как мы с Итачи, но и любви, взаимности с девушкой.
Просто вся ситуация заставила меня вспомнить несколько случаев из того времени, когда я по работе бывал в Японии и общался там с деловыми партнёрами. Другая страна, другие порядки, конечно, но некоторые вещи мне показались совсем уж дикими.
Японский мужчина «женат на работе» и видится с супругой и детьми лишь поздно вечером. По сути, они вроде соседей с общими отпрысками. Испытывают друг к другу симпатию и уважение, особенно, видимо, если женились не сами, а по договору. После свадьбы практически ни одна из японок не работает, они занимаются хозяйством и детьми: учат вместе уроки, даже ходят на занятия вместо ребёнка, если тот заболел. А ещё в ходу всякие вышивания-вязания и творчество, вроде даже какая-то ассоциация есть японских рукодельниц, которые за очень дорого свои поделки по миру продают.
В общем, у каждого супруга вроде как своя жизнь с редкими пересечениями. Помню, я был несколько удивлён, когда слышал всякие хохмы в офисе партнёров о женских трусиках, которые сорокалетний женатый мужик видел в метро у молоденькой девчонки. Я спросил об этом напрямую у японца, которого ко мне приставили, но тогда он мне не ответил. Точнее выдал что-то велеречивое, во что я вообще не врубился. Знание языка было не то, да и они, как никто, умеют так сказануть, что нифига непонятно. Впрочем, ответ я всё же получил через некоторое время, когда этот же японец приехал в наш Челябинск и я провёл его по всем «злачным местам», памятуя об их национальной озабоченности и какой-то неудовлетворённости. В итоге после трёх дней «обмена опытом» и энной выпитой рюмки он всё же разродился ответом на мои недопонимания. Пожаловался, что жена не даёт. В смысле, что браки у них заключаются типа для того, чтобы сделать детей, и в этом смысле после беременности и рождения нового винтика японской машины большинство японок считают, что свой супружеский долг отработали сполна.
Так что женатые мужики часто ходят там с квадратными яйцами, а так как по борделям ходить особо некогда, вот и приходят в экстаз оттого, что видят чьи-то там трусы или могут потереться об какую-нибудь тётку в метро. Кроме работы, там ещё за «сплочение», и после трудового дня сотрудники нередко тусят по барам и караоке, в общем, всё печально. Секс-заведений в Японии много, но ещё надо выкроить на это время и деньги из бюджета семьи. Сплошная засада.
Я не знаю, как там у Саске с Сакурой получилось в том витке реальности, который описал Кишимото, но мне совершенно не хотелось, чтобы они были просто соседями с общим ребёнком и виделись когда Саске выкраивал минутку после миссии. Или просто уходил в свою комнату, спал, ел, а после покидал дом. У брата и так всё огнём Аматэрасу было выжжено после гибели клана, и «привязываться» — это вроде как не слишком хорошо, но любовь, хотя бы влюблённость, банальное влечение испытывать — это правильно. Да, Сакура вроде как любит моего брата, но на сколько хватит такой «любви» без взаимности? Как мой отец говорил, женщина — двигатель семьи, она должна быть счастлива, чтобы в семье всё было хорошо. У них с матерью, кстати, всё нормально было: они любили друг друга.