Тени Лавуара (СИ)

— Не вини себя, ты ничего не могла сделать. — сожалея о том, что эта девушка не переживает так о нем, как ее волнует этот мрачный герой хреновых женских романчиков, произнес Володя.
Некстати вспомнились и взгляды, которые Инга бросала на перфектума, когда тот еще был жив. Нет, на него она не смотрела с таким немым восторгом и обожанием. Вздохнув, парень лишь едва улыбнулся.
— Мы справимся, как всегда. — все же отпустив Ингу, парень заглянул в ее бездонные голубые глаза. — Веришь?
— Может быть да, а может нет… — опустив взгляд, Инга на миг прикрыла глаза, после чего все же взглянула на него, снова улыбнувшись. — Во всяком случае спасибо. Конечно же я тебе верю, ты мой самый близкий друг.
Подавшись к нему, девушка обняла его и все же отступила, чтобы снова обойти стол и опуститься в кресло.
— Но ты больше не рискуй, прошу. То, что я блондинка не означает, что мне пойдет седина, — пожурила его Инга, со вздохом притянув к себе стопку бумаг. — Будешь моим слушателем? Проговаривая вслух, лучше запоминаю.
Взглянув на четкие рукописные строчки, попросила Инга, взглянув на него.
— И тебе, кстати, полезно будет. Ты же у нас местный Ленин, отстаиваешь права простого люда, так что знание законов не помешает, — как-то незаметно для себя перейдя на привычный преподавательский тон, произнесла она.
Все же даже три года работы в ВУЗе даром не прошли.
— Да, конечно, — парень уселся поудобнее и весело улыбнулся, хотя, на деле, стало очень тошно. От одного только слова «друг». — Для этого и нужны друзья, читай давай.
Преувеличенно бодро поторопил он Ингу, подпирая голову руками.
Кивнув, Инга притянула к себе бумаги, взявшись за чтение, не заметив странности в поведении друга.
Возвращение в лесной домик было не очень удачным уже оттого, что происходило под проливным ливнем. Спешившись, принц грязно выругался и взял поводья своего коня и коня спутницы, чтобы отвести к коновязи. Именно поэтому в дом он вошел уже следом за Мерседес.
— Проклятье, ну и погодка… — протянул он, сбрасывая капюшон мокрого плаща.
Впрочем, снять и плащ Эдмон не успел. Взгляд, которым встретил его перфектум не предвещал ничего хорошего.
— У тебя есть пять секунд, чтобы сказать, что это сделал не ты, — прищурившись, Аделар шагнул к принцу, явно имея ввиду синяк и ссадину на лице женщины.
— Не я, — тотчас ответил Эдмон, до того, как понял, что дорой товарищ вообще имеет ввиду.
Когда же понял, принц вовсе скривился.
— Ты меня за кого держишь, Маркель? — уже куда более убедительно возмутился он.
Выразительно скривившись, Аделар только вздохнул.
— Ладно, нужно сделать то, что планировали. Я уже не могу здесь находиться, меня начинает тошнить от леса.
За то время, что он провел в домике в лесу, Аделар понял, что на пенсии ему будет совершенно нечем заняться. Понял и передумал уходить с поста. Если, конечно, после того, что они сейчас делают, король не попросит его освободить пост.
— Чудесно, Мерседес я доставил, как теперь доставить яд нашему товарищу и освободить пост еще в одной перфектуре? — усмехнувшись, поинтересовался Эдмон, окончательно стягивая плащ.
Собственно, он прекрасно понимал друга. Как-то ему тоже пришлось провести две недели в лесу и Эдмон едва не взвыл.
— Об этом не переживай, — подала голос Мерседес, греющая руки у камина. — Я все сделаю. Без синяка была бы краше, но, будем думать, что я — чертовски харизматична.
— Герцог падок на красивых женщин, — пояснил Аделар, едва заметно нахмурившись.
Эта идея ему не нравилась, но лезть через окно, чтобы подкинуть Дагону яд Аделар не собирался. Ровно, как и посвящать еще кого-то, кроме этих двоих в свои планы.
На мгновение так и замерев, Эдмон бросил быстрый взгляд в сторону женщины. Отчего-то, услышав это он ощутил острое желание сказать твердое авторитетное «нет»… Но проглотил его, не понимая, с чего такое желание вообще возникло.
Качнув головой, он чуть раздраженно встряхнул плащ.
— А если не удастся? — с какой-то даже надеждой уточнил он.
 
Тихо фыркнув, Мерседес закатила глаза, а Аделар лишь усмехнулся и покачал головой, мол, «ей-то не удастся»?
— Не выйдет у меня, так есть напитки, усиливающие желание до такой степени, что мужчины и женщины теряют над собой контроль, — все же ответила женщина, пожав плечами. — Всего-то.
Дернув плечом, Эдмон поморщился.
— А к черту усыпить его и подбросить яд разве нельзя? — предложил он, развешивая плащ.
Нет, Эдмон определенно не считал правильным попутно с подбрасыванием яда спать с этим уродом.
— У паршивца иммунитет. К ядам, к снотворным и всякой прочей ерунде, — ответил Аделар. Ему самому не нравилась эта затея, но другого выхода не было.
— Возможно, даже любовные напитки на него не действуют, — добавила Мерседес. — Так что, будем надеяться на то, что я в его вкусе.
— В его вкусе все, что движется, — скривившись, с досадой бросил Эдмон.
Дагона он знал. Не так хорошо, как Аделара, но достаточно, чтобы знать, насколько этот перфектум кобель. А здесь к нему придет красивая женщина, придет и предложит себя сама… Проклятье, да ведь, если бы такая женщина пришла к нему, Эдмон тоже не смог бы отказаться!
— Отлично, — фыркнул Аделар. — Тогда, при встрече с ним, постараюсь не двигаться.
— Вот-вот, — отозвался Эдмон и, чуть помедлив, снова набросил на плечи плащ. — Хорошо, тогда я возвращаюсь в замок.
Отчего-то оставаться здесь и видеть эту женщину, осознавать, что вот уже завтра она будет с этим… От досады, мужчина даже ругнулся, стремительным шагом покидая дом. Остыть не помогла ни дорога, ни дождь. Должен был быть другой вариант…
Хотя с другой стороны?.. Какая ему к черту разница!
Пробраться во дворец перфектума оказалось сложно, но возможно.
Уже через два дня Мерседес освоилась с ролью служанки, а на четвертый — начала активно завоевывать внимание северного перфектума. Что оказалось довольно легко, пара улыбок, чуть выше, чем положено задранная юбка, неосторожный наклон, интересный ракурс и вот, Дагон уже пытается усадить ее на колени.
Последний раз взглянув на себя в зеркало, Мерседес поправила волосы, подхватила поднос и направилась в комнату северного коллеги Аделара. Сегодня герцог пожелал, чтобы она принесла ему ужин в покои.
И Дагон ее ждал с нетерпением. Стоило этой прелестнице войти в комнату, как Дагон медленно поднялся с места. Холодный взгляд голубых скользнул по ней, задержавшись на груди. Губ коснулась улыбка.
— Тебя приходится долго ждать… — протянул он, жестом велев отставить прочь ужин.
О нет, начинать вечер он собирался с самого сладкого, поэтому тотчас притянул женщину к себе, нетерпеливо скользнув ладонями по прекрасному и такому доступному телу. Телу женщины, которая сейчас и здесь принадлежала только ему, а не изнывала от ревнивой, извращенной тоски по покойнику.
Про себя пожелав паршивцу падучей и чтобы у него руки отсохли, женщина всем телом прильнула к нему.
— А что же Ваша жена, милорд, не зайдет? — прошептала она ему на ухо, запуская руки в волосы мужчины.
— Жена дура, — припечатал он, нетерпеливо оттесняя ее к постели.
Руки нетерпеливо скользнули к ее бедрам, подтягивая юбку ее платья, желая как можно быстрее добраться до вожделенного тела. Шумно вдохнув, он впился губами в ее шею, целуя жадно и требовательно, почти кусая нежную кожу, будто ему было мало простой ласки.
— Ох, — вздрогнув, когда губы мужчины коснулись оголенной кожи, Мерседес закусила губу.
«Ну, Эллиа, ты за такое не расплатишься…» — подумала она.
Нетерпеливо скользнув ладонью уже под ее юбку, мужчина оттеснил женщину к постели, готовый окончательно разделаться с платьем, но не успел. В дверь требовательно постучали. Настолько требовательно, что едва не снесли дверь с петель.
— Да чтоб тебя, я занят! — раздраженно бросил он.
— Да, для меня тоже? — раздался вкрадчивый голос с той стороны двери.