Тени Лавуара (СИ)

Нужно было поставить эту чертовку в известность, что он отыскал ниточку и временно уезжает из города. Что-то подсказывало ему, что без этого блондинка его из-под земли достанет. Хотя с другой стороны он прекрасно понимал, что прыгает из огня да в полымя. Но там хоть на перфектуме можно будет сорваться.
— Да? — искренне удивился перфектум. — Не замечал за бабочкой каких-то особых проявлений мерзости. Впрочем, поезжай, долго это тянуться не может. Единственное что, оставь в замке кого-то из своих, кто напоминал бы нашим гостям о том, с чего это вдруг им нельзя шариться по моему замку.
— О, не беспокойся, там сторожевая герцогиня? — усмехнулся Эдмон и все же притянул к себе второй лист, чтобы написать уже одному из своих людей.
Закончив, он решительно поднялся с места.
— Отправь это в замок с кем-то из своих и… — прищурившись, Эдмон подозрительно взглянул на друга. — Бабочка? Мы об одной и той же говорим? Мелкая вездесущая блондинка, которая не стесняется шпынять даже принца? Да, законно, но черт!.. Если это бабочка, то исключительно бражник.
— Изыди уже, — раздраженно скривился Аделар, отмахнувшись от мужчины, словно от надоедливой мухи. — В тебе от принца сейчас — только название. И вообще, привези мне Мерседес, черт!
В сердцах ударив кулаком по столу, Аделар глубоко вздохнул, успокаиваясь.
Одно дело — сражаться с отребьем, пусть и с пришедшим из иного мира, другое — плести интриги и пытаться самому не запутаться. И второе перфектум терпеть не мог. А когда одно накладывается на другое… тут нервы не выдерживали даже у самого Аделара де Маркеля.
— Ты ранил меня в самое сердце, — патетично воскликнул принц, но уже секундой позже посерьезнел, будто вся мишура осыпалась с него разом.
— Раньше, чем через четыре дня вернуться не выйдет, постараюсь сделать все, чтобы не позже.
Таким принц бывал редко, по большей части паясничая и шутя. Сперва это была защита, а после маска приросла, став половиной лица. Кивнув напоследок другу, Эдмон поднялся с кресла, стремительным шагом покинув дом.
Медленно сосчитав до десяти, Аделар устало опустился в кресло. Не было ничего хуже, чем ждать. Бездействие убивало и заставляло прокручивать в голове сотни вариантов ошибок, которые он может совершить.
Прикрыв глаза, мужчина лишь покачал головой, а затем усмехнулся.
— Бражник… — тихо хмыкнул он, поднимаясь с места. Нужно было отправить письмо.
  
Глава 5. Сжечь ведьму!
 
Тратить зря время Эдмон не стал. Он прекрасно знал, где обитает зеленоглазая змея и направился к пограничью по бездорожью. После, правда, попытался выехал на тракт, но в Лирии, в отличие от Кастимонии, и тракт казался бездорожьем. Несколько рад смерив лошадей, принц прибыл к месту к полудню второго дня. Уставший и чертовски голодный. Впрочем, даже это не отняло у него природной осторожности. Сперва он вовсе хотел незаметно умыкнуть Мерседес, не афишируя себя. Ни к чему это было, а одернуть перфектума Лирии можно было и позже с глазу на глаз. Увы, но планы так и остались планами.
Что что-то не так Эдмон понял едва спешился во внутреннем дворе, прямо посреди которого валялась корзинка с рассыпавшийся картошкой. Нахмурившись, мужчина спешно направился к особняку, взбежав по лестнице, чтобы на миг застыть сперва от изумления, а после от ярости.
В малом зале находилось трое слуг: молодой худощавый мужчина, старик и румяная пухленькая девчонка в компании двух солдат. И явился принц аккурат в момент, когда один из солдат решил, что имеет право схватить девчонку за волосы с вполне определенными намерениями. Поглощённый этим, он не успел и заметить, откуда налетел черным вороном человек в плаще. Одно движение и обезглавленное тело рухнуло, а принц резко развернулся к уцелевшему везунчику.
— Где перфектум? — неожиданно сильным и властным голосом бросил он.
Насилие! На земле его семьи! От ярости даже в глазах потемнело.
Впрочем, где перфектум стало ясно по яростному реву, раздавшемуся откуда-то со второго этажа. Там же оказалась и Мерседес. Растрепанная, в порванном платье, в руках она сжимала какой-то предмет.
 
— Ах ты сука! — перфектум Леон де Картье, наотмашь ударил женщину и схватился руками за лицо.
Холеное лицо, которое теперь, от виска до подбородка, пересекала кровоточащая рана от, смешно сказать, ножа для конвертов.
— Дрянь! — снова взревел мужчина, хватая женщину за волосы и рывком поднимая на ноги. — Ну ты у меня сейчас попляшешь!
— А со мной поплясать не хочешь? — неожиданно раздался вкрадчивый мужской голос так не похожий на тот который уже слышала Мерседес.
Взлетев по лестнице, Эдмон не посчитал за нужное даже убрать меч. Зачем, если сейчас было самое время пустить его в ход.
Куда и девался лукавый насмешник. Человек, замерший в двери, был страшен, как демон мщения, с горящими синими огнями взглядом и окровавленным мечом.
Резко разжав руки, перфектум обернулся к смельчаку и замер, как вкопанный.
— Ваше высочество! Эта дрянь занимается колдовством, а когда я пришел арестовать ее, она напала на меня! — зачастил он, указывая рукой на женщину.
Подняв голову, с трудом приподнимаясь на руках, Мерседес только хрипло рассмеялась.
На то, чтобы убрать волосы с лица, сил уже не хватило.
В глазах все плыло, едва удавалось удерживать себя не совсем в лежачем положении.
— Трус… — короткое слово далось ей с трудом и отдалось колокольным набатом в больной голове.
— Как ты смеешь оскорблять меня! — лицо Леона перекосила гримаса злобы, но тронуть женщину при принце он не посмел, хотя очень хотел. — Ведьма!
— Да, ведьма? — как-то странно и совсем недобро улыбнулся принц. — Так ты решил сперва ее предупредительно отжарить, а уже потом сжечь? Какой молодец!
Сделав вид, что умилился, Эдмон выждал мгновение, прежде чем резким броском оказаться рядом с мужчиной, заломив его руку.
— Ану вперёд, нечего покои леди кровью пачкать, — бросил он, без особенного труда выпроваживая мужчину, чтобы просто спустить его с лестницы.
Впрочем, на этом Эдмон останавливаться не собирался. Нет, убить было бы слишком мягко…
Скатившись с лестницы, перфектум Лирии растерял все аргументы в свою пользу.
— Так, околдовала, ваше высочество! — предпринял последнюю жалкую попытку оправдаться он, пятясь к выходу.
— Колдовала? Чудесно, сейчас буду отколдовывать, — щедро пообещал он. — Эй ты, связать.
Дернув головой в сторону солдата, скомандовал он, достав из-за пояса хлыст, которым погонял лошадь.
— Не волшебная палочка, но ничего… — ухмыльнулся Эдмон. Никто не смел так поступать во владениях его семьи. Ни слуга, ни купец, ни перфектум. Собственно, это он от всей души постарался вколотить в голову подлеца, отсыпав ему тридцатку ударов, после чего снова кивнул солдату.
— Вези его милость домой. Я скоро загляну для продолжения разговора и пусть даже не думает потеряться.
Слегка запыхавшись, Эдмон резко развернулся, поднимая полой плаща вихрь пылинок с земли.
— Благородно, — едва картинка перед глазами прояснилась, Мерседес тут же поспешила выйти, хотя сама особо не понимала, зачем. — Надо было отравить его к чертям собачим, когда была возможность, — морщась от боли в разбитой губе, с досадой произнесла она.
И, хотя ее все еще потряхивало, женщина держалась ровно, как и всегда. А вот пухлая служанка, от пережитого ужаса всхлипывала на плече у старика, который успокаивал и гладил ее по голове.
Подавив приступ тошноты, Мерседес лишь на секунду прикрыла глаза, пытаясь окончательно успокоится, а затем осторожно спустилась вниз.
— Отведите ее на кухню, я сейчас приду, — понимая, что служанку нужно приводить в чувство, распорядилась она и только после этого обернулась к принцу. — В этот раз успел.
Криво усмехнулась она и внутренне содрогнулась, стоило только представить, что было бы, если бы принц не приехал.
Оглянувшись, мужчина взглянул на нее. Необычно серьезно без привычной усмешки.