Некромантки тоже любят (СИ)

  
15 глава. Тайна попадания и сюрприз в кулоне.
 
Боль, которую я так явно испытывала, испарилась. Я думала, что элементарно получила болевой шок и вырубилась, но поняла, что могу чётко мыслить. Я не сплю? Где я? Почему тут так темно?
Будто по команде над головой начали загораться огоньки — звёзды. Из кромешной темноты их свет превратил пустую темноту в полумрак, и я увидела свои руки. К ногам подползали клубы белого тумана, но меня всё ещё пугала тишина. Подул лёгкий ветерок, принося своими потоками белоснежные хлопья-снежинки. Словно из неоткуда появились пушистые ёлки. Снег падал и падал, припорашивая всё вокруг, и вскоре, огоньки заставили сверкать белоснежное покрывало.
— Здравствуй, дочь моя! — женский голос прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула.
— Кто здесь? — спросила я.
Из-за одной из пушистых ёлочек вышла красивая женщина и остановилась в шаге от меня. Волосы её были длинные аж до середины бедра и чёрные как воронье крыло. Кожа идеальная будто у фарфоровой куклы и белоснежная, словно это лицо никогда не видело солнечный свет. Огромные синие глаза смотрели на меня с нежностью, а пухлые идеальные губы были чуть изогнуты в улыбке. На женщине длинная накидка с меховым воротником, а украшали ткань настоящие драгоценные камни.
— Кто вы?
— Я — Матерь всех ведьм. — отозвалась она мелодичным голосом.
— Мара? Вы богиня Мара? — захлопала я глазами, сама, не веря своему счастью. Это правда? Я действительно вижу настоящую богиню? Как же я этого хотела!
— Да. — ответила она и я улыбнулась. Как ещё не бросилась на шею на радостях, не знаю. — Но… — начала она и улыбка тут же сошла с моего лица, исчезая без следа.
— Вы здесь не, чтобы отправить меня домой. Верно?
— Верно.
— А как же тогда… Что же мне делать? — слова будто застревали в горле и вырываются болезненно, царапая. На глаза наворачиваются слёзы.
— Я лишь помогла исполнить твою волю. Твой суженый находится в этом мире. — поясняют мне, а щёки уже жгут горячие дорожки слёз. Я же уже знала, что так будет, но всё равно наваливается этот камень на грудь придавливая — не вздохнуть. — Ты не одна, Ариадна. Ты никогда не была одна.
Сама не замечаю, как женщина обнимает меня и утешающе поглаживает по волосам. Шепчет как любят меня родители, бабушка. Говорит про то, что я могу стать спасением этого мира и освободить множество заблудших душ. Они бродят среди живых и не могут найти дороги в Навь, которую здесь называют Гранью.
— Почему так? Разве это не работа некромантов? Я слышала…
— Некромантов в этом мире осталось только два, Ариадна. Ты и тот, кого тебе назначили учителем. — от слов богини у меня вмиг высыхают слёзы.
— Как два?
— Поведаю я тебе легенду, милая. — взяла она мою руку и повела тропою между ёлками в темноту. Стоило углубиться, как мы оказались на полуразрушенном мосту у обрыва, а на другой стороне возвышался мрачный и заброшенный замок. — Этот мир пережил много зла, а сколько ему ещё уготовано. И больше всего это вина богини Арханы, которой было уверенно следить за душами и миром мёртвых. Годы шли, превращаясь в века и тысячелетия. Архана одарила своими дарами многих смертных, целуя их в минуту смерти, тем самым, превращая их в своих жнецов. Вот только дар этот магический со временем убивал в них живое и человечное. Она хотела, чтобы её дети были сильнее. Чтобы все признали её и молились только в её храмах, потому отправляла к своим жнецам пауков. Яд пауков правда сделал их сильнее — стали они не живыми и не мёртвыми. Алчность богини очернила сердца несчастных и свои обязанности они перестали выполнять. Вместо заслуженного покоя умерших поднимали на войны против живых, а души скитались, мечтая о перерождении. Вскоре забывали кто они такие и становились «пустыми». Этих существ собралось столько, что вскоре они восстанут против живых, Ариадна.
— Некроманты? Стать некромантом можно умерев? А как же тогда я? — вскинула я свой взгляд на богиню Мару.
 
— Ты родилась мёртвой, дитя моё. Врачи сделали просто невероятное и твоё крохотное сердце снова забилось в груди. Твоя мама назвала тебя Ариадной, что в переводе значит «непорочная», «чистая», «священная» и тем же самым подписала тебе жизненный путь очень сложный и тернист. — богиня перевела свой взгляд на замок, пока я обескураженная новостью смотрела на неё не моргая.
«Я родилась мёртвой!» — громыхало в голове раз за разом.
— Что случилось с Арханой? — решила дослушать историю.
— На каждое зло — найдётся добро, а для каждой Тёмной — суждено встретить Светлого. Богиня была убита.
— Светлым богом? — спросила я, на что мне лишь уклончиво кивнули.
— Не хочу ещё больше обременять тебя знаниями о строении бытия, потому перейду к самому главному. Мне был доверен этот мир, как владычице потустороннего мира. Вот только нет в нём у меня силы. Ни одной ведьмы, дочери моей верной, здесь не было до тебя. — я застыла, глядя на то, как молодая кожа богини на глазах стала увидать и покрываться морщинами. Глаза будто опустели и потеряли прежде живой блеск. — Мне нужна жрица. Нужна та, кто возложит на себя обязанности управления моим храмом, кто будет переправлять души и поможет выполнить их последнюю волю, чтобы они ушли в Навь. Владения мёртвых разрушены. — указала она на мост и замок. — Баланс этого мира разрушен и чаша склоняется на скорейшее его вымирание. Представь себе мир, где бродят Пустые оболочки, которые словно стервятники бросаются на живых, на ростки и живность. Ничего не останется и поглотит этот мир Тьма.
— Тьма благоволит магам этого мира. — возразила я, вспоминая на какой собственно факультет поступила.
— Но не та, что привела в этот мир Архана. — возразила Мара-старушка. Что-то в её словах меня сбивало с толку. Что-то мне не договаривали, потому я спросила:
— Почему я? — может передо мной и богиня, но мимика выдала женщину, и я продолжила. — Потому что я родилась мёртвой, а потом реанимирована? Я близка к потустороннему? К смерти? Тьме? Я та, Грань между живыми и мёртвыми? — Мара молчала, но я по глазам вижу, что каждое слово попадает в корень. — Вы исковеркали моё заклинание, чтобы я попала сюда, потому что не такая, как все Тёмные ведьмы. Я нужна вам как рабочая сила для работы, которую самой выполнить не получается.
— Соглашайся!
— Нет! — так же порывисто выкрикиваю. — У меня всё только забирают и забирают. Осталась только собственная жизнь и ту, хотят превратить в рабскую. Ведьму нельзя заставить делать что-то, если она этого не хочет! Я права? — в глазах богини заклубилась Тьма.
— Не время ещё… — ухмыльнулась Мара и меня будто порывом ветра начало куда-то утаскивать. — Но, время придёт… И я снова спрошу, Ариадна! — последние слова слышались уже издали, а потом и вовсе богиня зашлась жутким смехом. Наступила спокойная желанная темнота и я провалилась в сон.
  
15.2
 
— Ари, вставай! Да что ж такое-то? — проснулась я от того, что меня кто-то тормошит за плечи. — Давай, соня, настал день наших мучений!
— Каких ещё мучений? — сонно спрашиваю, приоткрывая один глаз на Эдриану.
— Учёба!
После её слов, я быстро всклочила, вырываясь из последних пут, которыми удерживал меня сон. На мне было вчерашнее платье, только изрядно помятое. Волосы превратились в воронье гнездо, а на щеке засохла слюна, обозначающая, что спала я «без задних ног» фигурально выражаясь. Кстати о ногах… Я резко задрала подол и увидела тоненькую вязь синего узора на своей щиколотке. Он будто змейка обвивал её по кругу.
— Ты за десять минут справишься? На завтрак опаздываем! — отвлекла меня соседка от рассматривания конечности. — И я жду подробностей, что случилось, когда вы с Айсбергом покинули бал. — щёки сразу же опалил румянец от воспоминаний, но некогда витать в облаках.
— Пятнадцать минут. Поговорим вечером. — отрезала я, распахивая дверцы шкафа. Бельё, форменное платье, чулки, обувь… Вроде бы всё взяла!