Белоснежка и команда мечты (СИ)
Порывшись в мешках и корзинах, Лиза нашла остатки меда, орехи и немного сухофруктов. Нужно бы придумать что-то на сладкое, жаль нет ни дрожжей, ни яиц…
— Давай попробуем сделать хворост или козинаки, — предложила она не очень уверенно. — Масла у нас достаточно, мед есть.
Она объяснила Юмсун, что такое хворост — ничего похожего в кухне гномов не было, и та немедленно загорелась идеей. Девушки принялись за дело. Пока одна бегала собирать пряные травки, вторая налепила что-то вроде конфет, отгоняя Жамьяна, который пытался украдкой стащить кусочек. Мясо заправили специями и вином и оставили мариноваться.
— А как вы на группы делились, чтобы в шахте работать? — осторожно спросила Лиза, размешивая воду в котле. — Сами договорились или вас Дара распределила?
— Они с Анпилом между собой договаривались, но если кто-то был не согласен, то в другую команду ушел, — Юмсун отщипывала кусочки теста и бросала в кипяток. — Меня-то вообще Тагар на лагере оставить хотел, как раньше, но я сама с Дарой попросилась. Надо же было на пещеру хоть одним глазком посмотреть. А что, ты не знаешь, к кому присоединиться? Оставайся со мной, у них и без того народу много.
— Если нужен помощник, останусь конечно! Я на ту пещеру вдоволь насмотрелась, — оглянувшись по сторонам, Лиза понизила голос почти до шепота. — Но мне интересно, почему Балсан к Анпилу не пошла? Они что, опять поссорились?
— При нас нет, я думала, они уже были в ссоре, когда мы сюда переехали, — девчушка приблизилась и зашептала, глядя подругу круглыми глазами: — Мне кажется, она его отвергла!
— С чего ты взяла? — от изумления та чуть не уронила поварешку в котел.
— Так он сам не свой ходит, разве не заметила? А Балсан лишний раз в его сторону не глядит, только фыркает и насмехается, все ей не так. Бедный Анпил! Измучает она его за эту экспедицию.
— Она всегда себя так ведет. И вообще, почему у тебя вечно Балсан крайняя, может это он виноват?
— В чем? — изумленно воскликнула Юмсун, всплеснув белыми от муки руками.
— Эй, сплетницы, у вас каша убегает! — крикнула Идама. Лиза ойкнула и бросилась помешивать бурлящее варево. — А можно мне конфетку за то, что за ужином помогаю следить?
— Возьми одну и уйди от стола! — грозно пискнула Юмсун. — И так уже растащили все что можно, как саранча.
Посмеиваясь, Идама стянула из-под салфетки кусочек и уселась неподалеку, жуя с видимым удовольствием. Разговор пришлось отложить, тем более что пришло время заняться тестом для хвороста.
В итоге с готовкой провозились до вечера, и ближе к закату накрыли к ужину. Получилось неплохо, а для полевых условий и вовсе роскошно: они даже успели набрать цветов и украсить стол букетами. Возвратившиеся к тому времени охотницы и Тагар пришли в восторг.
— Вот это да! У нас правда настоящий праздник! — завопила Аяна, подлетела к столу и схватила кусок мяса, не дожидаясь, пока все соберутся. — Я голодная, как вепрь.
— Сла-а-дости, — Тагар расплылся в улыбке. — Где вы все это взяли?
— Праздник так праздник, — сказал Анпил и поставил пузатую фляжку. — Только чтобы не буянил никто!
Обрадованные гномы сразу же разлили понемногу и предложили выпить за прииск Медвежий. Помня об адском пойле, которым Ган приводил ее в чувство, Лиза с опаской отпила крохотный глоточек. Оказалось, что это крепленое вино вроде портвейна, сладкое, пряное и не настолько крепкое, чтобы валить с ног.
— Заграничное, — с видом знатока смакуя напиток, прокомментировал Ган. — Шикарно ты в экспедицию собрался.
— Специально припас, чтобы удачу отпраздновать, — отозвался Анпил. — Не бражкой же вас по такому поводу поить.
Обильный ужин и алкоголь быстро развязали языки, и все расшумелись еще сильнее, чем обычно. Балсан с Удбалом даже исполнили дуэтом песенку, не очень приличную, но смешную. Пока никто не слышал, сидевшая рядом Идама тихонько призналась, что по возвращении в город их ждет неплохой выигрыш на тотализаторе.
— Мы же вроде хотели поставить на неудачу, — шепнула изумленная Лиза.
— Прости, я в последний момент передумала. Там и без того надо мной посмеивались, и получилось бы, будто сама в себя не верю. К тому же за такое Дара нас вообще прибила бы.
— А теперь прибьет наполовину, — хохотнула Лиза, но заметила, что Дара с любопытством смотрит в их сторону, и поспешила перевести разговор на безопасную тему. — И что мы дальше будем делать, золото ведь нашли?
Дара с Анпилом переглянулись. Все примолкли и посмотрели на них выжидающе. Похоже, этот вопрос так и не был решен окончательно.
— Мы думали обсудить все завтра, чтобы не портить праздник разговорами о делах, — сказала Дара. — Но раз ты спросила…
— Как можно что-то испортить, если говорить о золоте, — зажмурилась Идама мечтательно.
— Ну хорошо. Раз вы настаиваете… — Анпил вздохнул. — Когда мы получили добро на экспедицию, я так обрадовался, что забыл уточнить наш статус. Мы ведь не как наемные работники пошли, нас Хайдар едва ли не за свой счет отправил. И под свою ответственность. А по поводу команды Дары и вовсе не ясно: вы даже горняками не являетесь.
— И что? Нам теперь задание не зачтут? — насмешливо спросила Балсан.
Лиза пригляделась к ней, ища хоть малейший признак того, что они в ссоре, но, если даже Юмсун была права, красотка ничем себя не выдавала. Зубоскалила, кокетничала и подшучивала над Анпилом, так же как раньше.
— Не в этом дело. Непонятен статус прииска. Ведь если мы не заявлены от имени и за счет Цитадели официально, получается, что мы сейчас вольные старатели. И новый прииск властям не принадлежит.
Гномы притихли, переваривая эту информацию. Наконец Жамьян процедил сквозь зубы, что месторождение их по праву первооткрывателей, и отдавать свою долю бюрократам он не намерен. Несколько голосов поддержали его, жалуясь на насмешки, расходы и прочие тяготы, которые пришлось вынести ради золота Цагаана.
— Тихо! — перебил Анпил, дождался, когда все умолкнут, и продолжил. — Боюсь, моего опыта недостаточно, чтобы уладить дела с Советом. Вряд ли они сделают благородный жест и подарят нам хоть какую-то долю, кроме той, что положена наемным горнякам. Единственный выход — просить помощи у Хайдара.
— А он, стало быть, подарит, — проворчал Удбал.
— Если кто нам и поможет, то только он, — уверенно произнесла Дара, обведя всех серьезным взглядом. — Или есть еще кто-нибудь, к кому вы посоветуете обратиться?
Ей не ответили, и Анпил изложил свой план. Завтра утром Жамьян отправится в Цитадель с отчетом и образцами, которые передаст напрямую Хайдару. Никто больше не должен видеть золото, пока Великий Мастер не позволит. На все возможные вопросы Жамьян должен отвечать, что вернулся за помощью — при себе у него будет письмо.
— Нам и вправду не хватает снаряжения, почти не осталось припасов. Это не так важно, с голода не помрем, но с тем, что у нас сейчас есть, тяжело работать в таких условиях. Можем нарушить русло, жилу искать придется гораздо дольше… Неважно, я все в письме напишу. Ты главное передай. Справишься?
— Может лучше я? — предложил Ган. — Он все-таки не из наших, свое начальство имеется. И лес я лучше знаю, быстрей доберусь.
— Ты мне здесь нужен. Не могу никого из своей группы отпустить, пока жилу не найдем.
Жалостливая Юмсун сказала, что не стоило бы отправлять гонца одного через леса, кишащие зверьем и троллями. Жамьян обиженно возразил, что он прекрасно может за себя постоять. Анпил добавил, что они обязаны найти спрятанное в горе сокровище, и каждые руки важны.
— Отпустите меня с ним, — неожиданно попросила Аюна. — Письмо передать тоже важно, а если он не дойдет, вы и узнаете-то нескоро.
— Разумно, — согласился Анпил и посмотрел на Дару. Та кивнула. — Идите. Так действительно спокойней будет. Но давайте все-таки веселиться. О подробностях можно поговорить завтра.
Все словно ждали этой команды: разлили вино по кружкам, подняли тост за успех мероприятия. Несколько минут спустя вновь начались забавные байки, шутки и смех. Но Лиза больше не смогла расслабиться. Она переживала за ребят и жалела, что опять придется расставаться. Все думала, удастся ли друзьям добиться своего и получить прииск, ведь они это заслужили как никто другой. А еще то и дело посматривала на Балсан, но так и не замечала в ней перемен. Вместо веселья Лиза только маялась, потому посидела немного и ушла спать пораньше, сославшись на усталость.