СПИРИТ II (СИ)
* * *— Ничего ему не говори! — крикнула кемономими сзади меня, щёлкнув за спиной лучевой винтовкой. — Он — один из них!
Я был уверен, что она целится мне прямо в затылок, и помимо отражающего заклинания, которое стояло в моем поле, всегда ожидая случайного луча или запущенной ракеты, ударил иглами.
Лисодевочка могла выстрелилть, но промедлила какие-то секунды, а на войне это непростительно. Магические копья вмиг лишили её жизни.
Я был готов к какой угодно атаке, но только не к прыжку Чака. Тот мог ударить меня чарами, но вместо этого выбрал примитивную борцовскую технику.
Я пытался сопростивлятся, но на тупоголовом недочеловеке был экзоскелет. Наши ноги соскользнули с края платформы, на которой мы находились, и беспощадная гравитация Терры потянула нас в пропасть.
Это был очень медленный полёт, и я успел ударить перепадом, тем самым ослабив хватку мехкостюма, и добавить эффективной против белковых целей гнилью, получив в ответ какой-то болючий укол, пока нас обоих не поглотила кислотная вяжущая гладь Байкала.
О, это было больно — быть зажаренным концентрированной кислотной смесью…
* * *— Ничего ему не говори! — крикнула кемономими сзади меня, щёлкнув лучевой винтовкой. — Он — один из них!
— Что же ты не стреляешь Эйнилла? — улыбнувшись, спросил я, убирая от шеи кота стимпак.
— Только дай мне повод, тварь! — прорычала девушка.
— Сколько вариантов боя ты посмотрела? Два, три? И все не устраивают, да?
— Что тут происходит? — повысил голос маг.
— Происходит отсутствие паритета видящих при драке внутри системы. Как вы уже заметили, я — адепт Спирита. Вы, кстати, тоже. Даже если вы убьёте меня, вас могут отлучить от системы, а потом — почти неминуемая смерть от машин. Убью я вас — мне грозит тоже самое. — Я повернулся к раненому коту спиной, вглядываясь прямо в диоды лучевой винтовки.
— Он воевал за Тирипс! — прорычала девушка, делясь с Чаком скринами видений. Тут же её будто дернуло током.
— Так вы тоже воевали за Спирит. У всех вас троих лапы тоже по локоть в крови. — Я увидел вдруг, откуда они пришли и как сюда попали. Это было немыслимо: два почти одинаковых мира послали сюда почти одновременно две почти одинаковые боевые группы…
— Давайте все успокоимся! — заговорил Чак. — Эйни, опусти винтовку. Ты же видела: дальше нас всех убивают или кто-то обязательно гибнет.
— Я всегда говорил, что маги смышленее воинов, — улыбнулся я, примиряюще подняв ладони. — Поговорим о нашем совместном будущем? Мне почему-то кажется, что мы можем быть друг другу полезны.
— Этот мир скоро погибнет, сюда идёт Жатва! — закричал так и не пришедший в себя кот, именуемый в этой группе Мячом, а не Катаной.
Возможно, это было бы забавным, если бы перед моими глазами не пронеслась ещё пара сюжетов моей гибели при попытках Эйни или Чака всё-таки решить всё силой. На моё сомнительное счастье, я всегда успевал уничтожить кого-то из них, а бойцы Спирита — это не холодные и эгоистичные адепты Тирипса, готовые пожертвовать кем угодно. Положительные не жертвуют своими. По крайней мере эти так не умели.
Я буквально видел в глазах лисодевочки, что сюжеты нашего взаимного уничтожения тоже бегут перед её предвидением. Наконец она медленно опустила винтовку и положила ее туда, где я её оставил.
— Тем более есть о чём, — продолжал я, сохраняя улыбку. Внутри меня всё горело болью. Я чувствовал состояние Мяча и помнил те ощущения, которые переживал, пропуская сквозь себя предвидение. — А теперь, если вы не возражаете, я уколю вашему коту ещё одну микросхему?
Кот мотал головой, усаженный и прислоненный к трубе. Его глаза всё ещё были закрыты, а нос бледен. «Налицо кровопотеря, — подумал я. — Лечение лечением, стимпаки стимпаками, а кровь надо как-то восполнять». Мяч был поджар и жилист, без единой, вероятно, жиринки, а значит, организму просто нечего было превращать в воду.
— Если вы хотите, чтобы он выжил, вам как минимум надо не мешать мне трансформировать его, — бросил я через плечо горе-диверсантам.
— Кто тебе мешает⁈ — на повышенных тонах съязвила Эйни.
— Ты! Перебирая через предвидение, как меня уничтожить. А я трачу силы, чтобы выстроить вероятные контратаки, чтобы этого не произошло. Были бы вы из отрицательных, я б давно уже был мёртв, потому что вы, Спириты, не умеете жертвовать своими во имя цели. Вот зачем вы вернулись за котом и сказали ему, что он уничтожил маяк? Знали же, что маяк раскопировали?
Ответа не последовало, но предвидение перестало перезагружаться батальными сценами, а значит, и тратить мои силы на превентивные чары.
— Что ты делаешь Хеллклаус? — спросил из-за плеча подошедший ко мне Чак, специально закрыв меня от Эйни.
— Хелл — имя, Клаус — фамилия, выбранные после совершеннолетия, — поправил я его — В данный момент я преобразую кота, чтобы он мог дышать в нашей атмосфере. А также убираю основные маркеры в ДНК, за которые цепляется маяк отрицательных. По сути трансформирую его полностью.
— У вас не атмосфера, а дрянь! — рявкнула лисодевочка.
— Не буду спорить, Терра пошла по иному пути развития, — буркнул я, целиком погружаясь в магию.
То заклинание, что позволяло создавать кислород из аммиака, теперь работало на производство натрий хлорида из воздуха, вкачивая его прямо в кровеносную систему. Регенераторы стимпака и остатки заклинательного цикла Чака великолепно справились с кровотечениями, мне же теперь нужно было тщательно следить за своей магической цепью, чтобы не превысить дозировку и вовремя остановить производство вещества.
— Мяч, — позвал я, — мне нужен доступ к твоим биозапросам по витаминам и минералам, чтобы запустить восполнение твоих ресурсов.
— Он же тебя не слышит, — поравнялся со мной Чак. Маг пристально смотрел иным зрением на всё, что я делаю, копируя себе в память. Он учился.
— Помимо сознания есть подсознание, помимо подсознания есть еще и душа, — пояснил я. Мне достаточно было согласия от чего угодно, и в тот момент, когда я рассказывал Чаку основы биохаккинга, оно было дано.
Я выпрямился. Кот спал, подрагивая лапами. Теперь его жизни ничего не угрожало, однако всё еще угрожало моей.
— У вас и у меня есть вопросы. Так как мы все видящие и так случилось, что еще и на одной стороне, давайте говорить честно, забыв старые обиды, которые были и которые будут. Как сказал Катана… простите, Мяч… мой мир скоро постигнет Жатва, однако, боюсь, понимают это лишь я, вы и пара кровожадных ублюдков в правительстве Терры. Моя задача проста: остановить Жатву или переселиться на другую, альтернативную версию Терры.
Неожиданно меня дёрнуло энергией. Боль, словно кровь, разнеслась по всем клеточкам тела, однако я постарался не показать виду этим двоим фанатикам Спирита. Посыл системы был недвусмысленно четок: нет, Хелл Клаус, тебя приняли в Спирит не для того, чтобы ты валил с Терры, а как раз для того, чтобы ты исправил всё то, что нагородили твои товарищи по Тирипсу.
«Ха, как Спирит это себе видит? Маг десятого ранга против целой планеты салютующих и писающих кипятком от маршей и парадов автократов…»
Однако у меня не было здравого смысла, чтобы спросить у него: «Как?», и я продолжал:
— Но, похоже, переселение отменяется, и мой дом или же крематорий найдёт меня тут. А вас что сюда занесло?
Эйни молчала, как партизан, до побеления стиснув губы, которые превратились в тонкую белую линию. Тогда заговорил Чак.
— У меня тут бабушка, то есть, её альтернативная положительная версия. Нам надо её отсюда забрать, поменяв местами с отрицательной. — Он говорил, но в его глазах я видел, что он сам не особо уверен в этой идее.
— Если она жива и не в лагерях, то она видящая и, думаю, скрывается где то в подземных руинах старого мира. — Увидев непонимание на лицах собеседников, я пояснил: — Того, что осталось после последней войны.