Золушка для инквизитора (СИ)
Возницу по имени Жак я нашел сразу. Он был единственный, кто продолжал что-то пьяно объяснять своему собутыльнику, когда я вошел в кабак. Остальные посетители сего злачного места при виде меня заткнулись моментально, кто-то подавился горячительными напитками и теперь откашливался, в ужасе таращась в мою сторону. Морозные тени черной магии увязались за мной, клубясь у моих ног зловещим туманом и придавая непередаваемый шарм моей персоне.
— Ты — Жак? — прямо спросил я, подойдя к столику и остановившись перед возницей. — Куда ты отвез сегодня мою невесту?
Узнал его по синему берету со специфичной красной клетчатой заплаткой, которую мне описали мальчишки. Мужчина был пьян и не сразу меня заметил, так что мне пришлось набалдашником своей трости развернуть мужчину к себе за подбородок и повторить вопрос, описав внешность Кэти.
Жак сначала, кажется, вообще не понимал ни слова, но при описании Кэти немного оживился.
— Де-е-евушка... Ик! — душераздирающе икнул он на весь кабак, в полнейшей тишине. — Прекра-а-асная такая... Была сегодня... Да-а-а... Щедро заплатила! Ик...
Он расплылся в счастливой улыбке и упал лицом прямо в тарелку с сырной нарезкой, явно намереваясь как следует поспать.
Я не стал церемониться, поднял возницу за шкирку и встряхнул его как следует.
— Адрес! — рявкнул я. — Куда ты ее отвез?
— Сначала — нале-е-ево... Потом — напра-а-аво... Потом — дюжину вечностей прямо, направо и... Ик!
Я громко стукнул тростью по полу, со злостью сжал в руках набалдашник в виде головы дракона, из пасти которого тут же густым клубом вырвался розовый туман. Не любил использовать это заклинание, потому что магический резерв оно пожирало неимоверно быстро, да и плохо работало с пьяными людьми, но времени возиться больше не было. Я чувствовал, что сейчас каждая минута может быть на счету.
Повинуясь моему ментальному приказу, туман искрящейся дымкой окутал голову несчастного пьянчуги, и я словно бы внутренним взором увидел ускоренно в его воспоминаниях, как Кэти подошла к вознице, протянула ему бумажку, на которой был написан нужный ей адрес...
Я постарался мысленно задержаться на этом моменте, чтобы разглядеть написанное, это было очень трудно, потому что воспоминания пьяного возницы все время расплывались, размазывались цветными пятнами, и буквы тоже плыли перед глазами. Но в конце концов я все-таки смог сосредоточиться на буквах, и...
Сердце ухнуло в пятки, когда я понял, что именно было написано на клочке бумаги.
Это был адрес моего заклятого врага...
Вайлинар Дилахорский был худшим человеком, с которым только могла бы пересечься Кэти. Какую чушь он ей там наплел, что заставил поверить ему? Хотел бы я знать...
Меня кинуло в холодный озноб при мыслях о том, что этот ублюдок мог сделать с моей Кэти. Если я правильно сделал выводы, и в крови Кэти действительно течет кровь гидры... Боги... Этот чокнутый Дилахорский выжмет ее до последней капли...
Вот, значит, каким грязным методом он решил взойти на престол... Имея при себе большой запас яда гидры это можно будет сделать очень быстро, даже не дожидаясь официальной смены императорской власти. Попросту уничтожив императора и всю его свиту абсолютным оружием.
Но черт с ним, с императором. А вот Кэти, моя Кэти...
Нужно было поторопиться.
Я отпустил возницу, который тут же захрапел лицом в тарелке, и поспешил покинуть кабак. От моей ярости и мощной магической вспышки столы и стены помещения покрылись изморозью, так что из холодного помещения на жаркую улицу я вышел как в баню.
— Сейтан, ко мне!
Мой верный конь появился рядом тут как тут, и я, немедля, ловко запрыгнул на него, склонился к уху.
— Нам нужно нагрянуть в гости к Вайлинару, ты знаешь, где это. Держим путь через кладбище.
Конь громко фыркнул и мотнул головой, словно бы кивая и подтверждая, что всё понял, а я обернулся к своему малому инквизиционному отряду.
— Собирайте большой отряд и выезжайте в особняк харнайна Дилахорского в Рейтане.
— А вы, храэн Лоренсо?
— А я поеду вперед. Сейтан в десять раз быстрее любой обычной лошади, мы с ним прибудем на место раньше и будем ждать подкрепления. Попробую успеть остановить одного безумного ученого...
«...и спасти свою любимую женщину», — закончил я мысленно, уже на всей возможной скорости мчась в Рейтан.
***
Кладбище делилось на две части: новую, где захоранивали по сей день, и старую, обветшалую, с перекошенными надгробиями и треснутыми плитами. Имена давно стерлись, могилы заросли зеленой травой. Границы кладбища разделял кованая ограда, и мало кто рисковал просто так ступить туда, где хоронили много столетий назад. Все боялись потревожить спящих.
Сейтан спокойно вошел на территорию древнего кладбище, ускорился, едва копыта его почувствовали твердый камень старинных дорожек. За нашими спинами ввысь взмывала пыль, скрывая следы.
Здешняя сила подчинилась моему призыву. Спящая, темная магия подняла своё нутро, вдохнула беззубым ртом, осмотрелась пустыми глазницами. Наружу полезла нежить. Мертвецы, истлевшие, разложившиеся до костей, поднимались из своих могил, и земля разъезжалась под их телами, точно по приказу.
Они чувствовали во мне хозяина. Пусть недолго, но я буду управлять ими — до тех пор, пока не иссякнет сила призывного заклятья. Они вставали и шли за мной следом. Сейтан водил ноздрями, довольно фырчал — признавал ту магию, которая однажды породила его самого. Только вот конь мой был сотворен из магии, огня и пепла, а трупы просто поднимались, чтобы понести последнюю службу и рухнуть обратно, сраженные вражеским ударом.
Я мчал вперед, и мое молчаливое войско тянулось следом. Вскоре оно растворилось за очередным поворотом — но я знал, что верные подданные дойдут до Рейтана и, если понадобится, разнесут его в щепки.
Но я не мог ждать. Некогда было формировать силы, обдумывать построение войск. Кэти в плену у Дилахорского, а значит, каждая минута на счету.
— Держись, — шептал я, будто она могла меня услышать. — Дождись меня.
...Я примчал к его особняку, что стоял обособленно, у реки, в отдалении от остальных домов. Вайлинар любил уединение. Погода окончательно испортилась, дождь молотил весь день, размывая дороги, превращая их в сплошное болото. Но, не считая шума капель и завывания ветра, здесь было тихо.
«Пока тихо», — подметил я про себя, понимая, что как только люди Дилахорского забьют тревогу, сюда потянутся его собственные воины. Побоище обязательно случится. Иного и быть не может. Дилахорский не позволит мне забрать Кэти и просто уйти, да и я сам не допущу, чтобы он остался безнаказанным.
В моих интересах вытащить Кэти до того, как начнется основная потасовка, потому что надежд на человеколюбие Вайлинара я не питал. С него станется убить её, только бы не отдавать мне.
В общем, действовать следовало бесшумно. Дать себе небольшую фору перед тем, как заявятся инквизиторы с мертвецами, и завяжется бойня.
Я смотрел на пригорок, на котором мрачной громадой возвышался дом, и думал: как бы незаметно туда попасть.
— Мне понадобится твоя помощь, — я потрепал Сейтана по гриве. — Нужно отвлечь внимание прислуги. Да и вообще навести шуму. Ни в чем себе не отказывай, только постарайся без членовредительства.
Мой верный спутник ничего не ответил, но вздохнул очень уж понимающе. Я слез с него, примерно представил, как можно влезть в особняк незамеченным (лучше всего через кухню, окна которой сейчас были открыты нараспашку, и воздух пропитался ароматом сдобы).
— Давай, — легонько стукнул Сейтана по боку, и тот сорвался в галоп.
А дальше я мог только наблюдать, как придурковатого вида конь с громогласным ржачем ворвался на территорию Дилахорского, снеся своим весом массивные ворота. Он совершенно без зазрения совести цапнул за хвост сторожевую собаку, дремавшую у входа. Та от возмущения даже лаять не смогла — просто попыталась вцепиться в его ногу зубами. Стоит ли говорить, что пес был бойцовым, специальной агрессивной породы, выведенной для того, чтобы защищать дом от любого недоброжелателя?