Неожиданный наследник (СИ)

— Не надо. Мне так хорошо! — томно произносит графиня, меня же охватывает нешуточная дрожь.
Догадавшись о моих чувствах, Анна ловко переворачивается, напомнив кошку, с которой ей сравнил Панин. Лёжа на боку уже, она начала водить пальчиком по моей груди. При этом, не позволяя убрать ладонь, сжав её бёдрами.
— А вы делаете невероятные успехи, Ваше Высочество, — шёпот прямо в ухо буквально пробирает до мурашек, которыми прикрылось моё тело.
Что же она со мной делает? Осознаю, что попал в её сети, но ничего не могу с собой поделать. Вернее, не хочу.
— Ну что же ты застыл? Действуй, я ведь сама с трудом сдерживаюсь.
Под хохот довольной Анны я жадно начинаю целовать её тело и затем вхожу в горячее от предвкушения лоно. Боже, какое это наслаждение!
Отдышавшись и немного успокоившись, я просто лежу, разглядывая искусную резьбу, украшающую огромную кровать. Да, теперь вместо лавки и неудобной койки, я сплю просто на роскошном ложе. Но сейчас речь не о нём. Наша первая встреча с Анной наедине, оставила совершенно иные ощущения, и я, грешным делом, подумал, что более их не будет.
Выезд у меня непростой и по настоянию испанца состоит из двух саней. В первых едет охрана, а во втором я с Пафнутием. Камердинер должен постоянно сопровождать меня в поездках, к чему надо относиться с пониманием.
— Вас ждут!
Произнёс разряженный дворецкий, наблюдая, как у меня принимают шубу, а мальчик-слуга стягивает галоши с моих сапог. Поднимаюсь по лестнице на второй этаж и иду по красиво расписанной анфиладе. Около одной из дверей стояла немолодая служанка, сделавшая книксен и открывшая створку.
Захожу в комнату, и меня сразу бросает в жар. И дело не в тёплом воздухе, а понимании, что я оказался в женской спальне. Кровать под балдахином, два резных шкафа и туалетный стол со стоящим перед ним стулом, не оставляли иных версий. А раздавшийся из-за балдахина звонкий голос с толикой насмешки, убедил бы даже дубину. Именно её я сейчас и напоминал, застыв аки столб.
— Ваше Высочество, проходите. Поверьте, я не кусаюсь.
Делаю первый неуверенный шажок, затем второй и подхожу к кровати.
— Ну что же вы? Смелее?
Какой же у неё красивый смех!
Отодвигаю тонкую ткань и наблюдаю божественную картину. Графиня лежала на белоснежной простыне, прикрывшись тонким одеялом. Далее я весьма смутно помню происходящее.
Вот изящная рука приближается к моему камзолу и тянет на себя. Я падаю рядом с дамой и совершенно не знаю, что делать далее. Нет, иногда Майор рассказывал мне про своих женщин и даже с некоторыми подробностями. Иногда излишне откровенными, что я осознал немного позже. Но в тот момент тело будто одеревенело.
Далее помню, как тонкие руки ласково гладили моё лицо и затем стянули камзол с рубахой. Чуть позже я догадался стянуть неудобные кюлоты, подштанники и запутался в чулках. Новое журчание, коим являлся смех графини.
— Ваше Высочество, чулки можно не снимать.
Далее меня тянут на постель и за последующие действа мне просто стыдно. Сначала я умело направляемый Анной проник в её лоно, а потом, после нескольких толчков, умудрился измазать простынь. Затем, успокоившись после слов женщины, спокойно наблюдал, как вызванная служанка сменила бельё и обтёрла меня влажной тканью. А далее, всё. Моё тело одеревенело по-настоящему и никак не реагировало на ласки красивой женщины.
— Не переживайте, — попытались меня успокоить, но безуспешно.
Всеми мыслями я уже был дома и хотел зарыться под одеяло, дабы никто не видел моих пылающих щёк. Какой позор! Так оконфузиться!
Через какое-то время графиня поняла моё состояние или просто проявила должный такт. В общем, меня отпустили. Одевался я с невиданной скоростью, также быстро и выскочил из дворца. Далее была дорога, когда меня одолели тяжёлые думы. Не могу себе простить подобного происшествия.
Повезло, что дома не оказалось Панина, который мог заметить моё смущение и переживания. А вот появившийся ближе к вечеру Румовский, едва поздоровавшись, бросился обсуждать моё предложение. Суть его проста — в России нет обыкновенного учебника по арифметике. Есть немецкие книги, но их обычно используют профессора. Студентам и учителям попроще банально негде знакомиться со знаниями. Для меня подобная ситуация оказалась непонятной. Ведь Майор точно давал мне задачки, прочитанные в особой книге.
 
Потому Степан Яковлевич воспылал желанием как можно скорее заняться новым делом. При этом он не забывал об уроках, которые становились всё более насыщенными. Касаемо учебника, то здесь я действительно мог помочь, так как помнил о заданиях, расположенных по возрастающей. Заодно мне удалось отвлечься и хоть немного не думать о графине.
Далее последовала вечерняя тренировка. Алонсо, будто узнав о произошедшем, решил вытрясти из меня душу. Давненько меня так не гоняли. Ужин я проглотил, не ощущая еды, и сразу лёг спать. Сон пришёл мгновенно.
Утром тело ломило после вчерашних упражнений. Но коварный испанец, явно получавший удовольствие от моих мучений, продолжал издевательства. Приехавшие часам к одиннадцати Панин со Щербатовым были заняты спором. Поэтому они не обратили на меня внимания, сразу засыпав множеством сведений и начав сразу спрашивать моё мнение. До обеда мне просто не дали возможности выдохнуть. Здесь уже не до переживаний и графини. После еды наступил черёд Сигоньяка. Такое ощущение, что его подговорил испанец. Месье зверствовал не меньше. Всё это происходило под одобрительные возгласы вельмож, любивших наблюдать за моими потугами, освоить новый пирует.
До кровати меня буквально донесли, а на следующее утро случилась новая тренировка и поездка к семье. В Шушарах я почти забыл о произошедшем конфузе. Только по возвращении домой меня ждал сюрприз.
Войдя в дом, сразу натыкаюсь на смущённого дворецкого. Сначала я не обратил на него внимание.
— Простите, Ваше Высочество. Но я ничего не смог поделать. Вас ждут, — наконец пробормотал слуга.
Не ожидая подвоха, захожу в гостиную, но там никого не оказалась. А вот в моих собственных комнатах оказался самый настоящий подарок. Вернее, сначала я был готов бежать сломя голову куда подальше. Но увидев два изумруда, наполненных слезами снова превратился в столб.
— Неужели я чем-то вас обидела? Прошу меня простить, если это так. Я два дня не нахожу себе места. Наверное, мне лучше уйти коли вам неприятно?
Анна, одетая в халат, буквально струящийся по её телу, подошла ко мне. Притягиваю к себе всхлипывающую женщину и понимаю, что никуда её не отпущу.
А затем было какое-то безумие, наполненное нежностью и страстью. Мы оторвались друг от друга только на приём пищи, ибо оба жутко проголодались.
— Мне пора, — тихо произнесла Анна, — Надо звать служанку и одеваться.
Поворачиваюсь набок и снова тону в изумрудных омутах.
— А ты разве приехала со служанкой? — я вдруг вспомнил, что платья у женщин весьма громоздки и сложны.
— Какой ты милый и наивный, — последовавший за словами поцелуй снова лишил меня способности думать и сопротивляться, — Я же не крестьянка, которой просто надо задрать подол. Благородной женщине надо готовиться даже к любви.
Снова она надо мной шутит. Но за подаренную улыбку и произошедшее сегодня я готов стерпеть любые подтрунивания.
— Мы увидимся завтра? — севшая на краешек кровати Анна обернулась и посмотрела на меня сквозь полуприкрытые веки.
Увидев моё возмущение от подобного вопроса, чаровница рассмеялась и вскочила на пол. Явив мне свою красоту, она снова улыбнулась и пошла к туалетному столику, где лежали её гребни. Я же начал быстро обдумывать, от каких занятий можно отказаться, лишь бы выкроить лишнее время на встречи с прекрасной графиней.
Глава 13 
Март 1765 года, Санкт-Петербург, Российская империя.