Фарцовщик: все деньги мира. Том 2 (СИ)
Мы продавали их, как бешеные. Парни в курсе про условия сделки с Косым. Понимали, что в случае выигрыша мы можем ухватить жирный кусок. Сметали товар, быстро продавали, брали новый. Все бегали со спущенными языками.
Тем более, что я, Паша и Ракета учились в автошколе. Мы договорились на ускоренное обучение.
Выбили письмо через Коренева о сдаче почти экстерном. Два раза в неделю по три часа. Через полгода тоже получим права.
В последний день навалилось много всего. Как раз приехали сразу три спортивные команды.
Из Южной Кореи, Португалии и Бразилии. По бегу с препятствиями, фехтованию и теннису. Товару они тоже привезли много. Я был уверен, что мы с лихвой отобьем всю сумму.
Еще два дня мы работали почти без перерыва. В гостинице меня уже знали, как облупленного. И персонал, и постояльцы.
Дипломаты пожимали руку. Я пытался к ним подкатить, но пока что они сторонились контактов.
А захомутать дипломата было бы мега круто. Возить товары дипломатической почтой, без досмотра. О чем еще можно мечтать?
На следующий день надо рассчитываться с Косым. Я сел подводить баланс. Счастливый и расслабленный.
Каково же было мое удивление, когда я обнаружил, что не хватает еще пятидесяти тысяч рублей. Это даже с учетом той скидки в тридцать косарей. Которую я получил за взятую Бульдозером партию.
Что делать? Пари проиграно?
Глава 3
Пустите, мне в уборную надо
Может, расчеты неправильные? Я еще раз все проверил. Пересчитал деньги. Нет, все верно.
Не хватает тридцать две тысячи. С хвостиком. Чтобы дотянуть до ста семидесяти тысяч. Мда уж.
Я встал, посмотрел в окно. Сегодня весь день погода хмурая. Вечером пошел дождь. Капли барабанили по стеклу. Как бы и самому тут слезу не пустить.
Так, не время скулить. Я стремительно вышел из кухни, где сидел. В спальню.
Тут тишина. Парни спят. Храп стоит оглушительный. Ракета и Пашка на кровати. Алекс на диване.
Я подскочил к Ракете. Наклонился. Даже присел рядом на корточки. Тряхнул за грудки. Приподнял.
— Вставай, слышишь? Вставай, срочно!
Ракета открыл сонные глаза. Причмокнул.
— Что такое? Клиенты пришли?
Я снова тряхнул его.
— Очнись, Ракета. Нужно, чтобы ты набрал космическую скорость. Нам срочно нужны грины. Рублики. Наши, советские.
Ракета захлопал веками. Уставился на меня.
— А что такое? Зачем? Опять закуп?
Я помотал головой.
— Нам не хватает. Для расчета с Косым. Тридцать штук.
Ракета мигом проснулся.
— Ты что такое спикаешь? Ты совсем крейзи? Как тридцать штук? Гринов? Ну все, мы пропали. Косой выпнет нас из «Интуриста». А у нас там долгов на сотни тысяч!
Он обхватил голову руками. Закачался на диване.
— С чего это выпнет? — подозрительно спросил Паша. Он широко открыл глаза. Как будто и не спал. — Вы с дуба рухнули, что ли? Какие такие грины? О чем базар?
Я встал. Друзья сели на кровати. Хмуро смотрели на меня.
— Не хватает, — я смотрел на друзей. — Тридцать тысяч не хватает. Для окончательного расчета с Косым. Надо найти деньги. Срочно. Утром встреча.
Ракета и Паша ошарашенно переглянулись. Алекс как лежал, так и продолжал валяться. Храпел во все горло. Как ребенок.
— Да ты с ума сошел! — заревел Паша. — Как тридцать штук? Откуда я тебе возьму? Из кармана выложу? У меня всего там тридцать копеек.
Я поднял руку.
— Спокойно, Паша. Как там говорит Карлсон? Невозмутимость, только невозмутимость. Надо просто достать гринчики. Хоба! Чтобы сразу в дамки. Быстренько. Где бы только взять? Кого вы знаете? Людей с деньгами?
Я прошелся туда-сюда. Щелкнул пальцами.
— На самом деле такие деньги есть. И кто-то с удовольствием отдал бы нам их. Вот только кто это?
Ракета взъерошил волосы. Думал. Даже Паша напрягся. Но они ничего не могли сообразить. Как ни старались.
— Я могу позвонить друзьям. О, надо с Окунем поговорить! — закричал Ракета. Бросился к телефону. Чуть не упал на лакированных досках пола. От спешки. — Слышишь, Одиссей? Поговори с Окунем. Может, у него есть капуста?
Да, я уже думал об этом. Как раз собирался идти. Но Окунь — некрупная рыба. У него таких сумм нет. Поэтому надо думать, где еще взять.
— А у него нету? — я указал на Алекса. — Или он знает, у кого может быть?
Паша скривил губы.
— Какой там. У него даже сотни не наберется. И знакомые у него все такие. Пусть спит. Бедолажка.
Да, есть такое. Я не стал трогать Алекса.
— У кого бы еще спросить? — я лихорадочно перебирал варианты. — Где такие люди? Кто может вытащить тридцать штук? Сразу?
Паша покачал головой.
— Не знаю, Витя. Это не мой уровень. Может, в «Интуристе» пошаришься? Или в «Березке»?
Я почесал небритый подбородок. Кивнул.
— Да, точно. Поеду я туда. Сидя здесь, в четырех комнатах, деньги не нароешь. Надо двигаться. Шевелить задницей. Где-нибудь, что-нибудь найдется.
Я указал на Пашу.
— А вы тоже ищите. Найдите, сколько можете. Хоть пару тысяч. Может, твой дядька геолог поможет? Или родители?
Паша подумал.
— Я поговорю с ними. Но вряд ли. Такие деньжищи!
Я оставил парней в раздумье. Ракета сидел у телефона. Паша пошел заваривать кофе. А я сам полетел к «Березке».
В гостиницу заглядывать не стал. Там знают про мое пари. И вряд ли помогут. Я должен сам выкарабкаться из этого дерьма.
На улице лил дождь. Несильно. Мелкие капли брызгали в лицо.
Уже стемнело. Машины проезжали по лужам на асфальте, окатывали прохожих грязным холодным душем. В свете фар и фонарей виднелись косые капли, летящие в черном воздухе.
Я хотел поймать такси. Но как раз к остановке подъехал попутный автобус. Я забрался внутрь.
Всю дорогу сидел и думал. Кто бы там, в «Березке» сможет помочь?
Когда приехал, чуть не застонал от разочарования. Народу самая малость.
Проклятый дождь разогнал покупателей. И моих коллег тоже нет. «Березка» еще открыта. Но уже готовится захлопнуть двери.
Люди перед магазином — это просто прохожие. Я побежал туда-сюда, никого не нашел. Забежал за маркет, тоже никого. Все свалили. Как будто сговорились.
Я сунулся в саму «Березку».
— Купоны есть? — строго спросил дежурный мужик на входе. — Ну-ка, покажи.
У меня, само собой, не было. И на улице не у кого купить.
— Давай, канай отсюда, шалопай, — мужик чуть ли не вытолкал меня за дверь. — Магазин уже закрыт. Нечего тут шляться.
Да что же такое-то. Полный пипец. Сговорились они все, что ли? Я опять бросился искать коллег.
Наверняка, кто-то знает, у кого можно найти бабосики. Не должно быть такого, что все денежные тузы куда-то подевались. Испарились.
Но утюжники виновато качали головами.
— Не, Одиссей, не знаем, — говорили они. Разводили руками. — Ты не обессудь. Нет таких денег. Да и у самих у нас туго с капустой. Если бы были деньги, мы бы тут сейчас не стояли. В такую мерзкую погоду. Мы бы сейчас в кафешке зависали. И гуляли с девочками.
Я обошел всех. Никто не знал, куда уплыл Окунь. Вот дерьмо. Полная куча дерьма. И я в ней тону.
Я уже хотел уехать, как вдруг меня окликнули:
— Витя? Это ты?
Голос женский. Знакомый. Я обернулся и увидел неподалеку от обочины человеческие силуэты. Двое больших и трое маленьких.
Одна из фигур держала в руках зонтик. Мужчина, кстати. Я сделал к ним пару шагов. Знакомые силуэты, знакомый голос. Это же…
— Витенька, сынок! — снова закричала женщина. — Иди сюда, миленький!
Ох ты, емае. Это же мои родители. И как же они здесь очутились? Откуда взялись?
Я подошел ближе. А фигуры бросились навстречу. Вмиг подбежали. Окружили. Мать бросилась на шею. Отец похлопал по спине. А трое детишек, две сестренки и братишка, бегали вокруг.
— Куда же ты пропал, Витенька! — причитала мать, обнимая меня. — Мы тебя потеряли. Весь город обыскали. Прежде чем нашли.