Измена. Простить нельзя забыть (СИ)

— Не надоело валяться?
— Не остро. Не до твоих шуток.
— Да, ладно, Покровский. Что за упаднический тон, дружище? И не из таких передряг выбирались. Операцию сделают, будешь бегать лучше, чем раньше.
Некрасов подходит ближе и с силой пожимает мою руку
— Рад, что ты снова с нами. Напугал ты нас, Саня. Врачи никаких шансов не давали. Я чуть собственными руками эту суку не придушил.
— Оставь это для меня. Как только выберусь отсюда, первым делом навещу Лину в СИЗО.
— Поверь мне, ей итак устроили охеренный прием. Лина во всём созналась. И в организации покушения на тебя, и в махинациях на пару с Порошиным. Прикинь, он её кинуть решил. За границу сбежать. Успели в аэропорту в Минске задержать.
— Значит с Марины сняли всё обвинения?
— Ага. Бельский лично перед ней извинился и просил вернуться на работу.
Хоть одна хорошая новость.
Главное у Марины всё хорошо, а я… Я как нибудь справлюсь.
Некрасов прав: и не из таких передряг выбирались.
— Хорошо. Ты видел её? Она знает, где я?
— Не знает. В тот день, когда тебя избили, Лина прислала Марине фото: ты с ней в кровати.
Марина перенервничала и у неё открылось кровотечение.
— Что? — приподнимаюсь на локтях и хватаю Диму за руку.
— Какого хрена? Я не был с Линой. Марина что была..? — не могу произнести это слова.
— Не была. Она и сейчас беременна. На сохранении лежит.
Беременна. Моя бывшая жена беременна. Этот ребёнок… Мой? Мы ведь не предохранялись с ней. А, что, если это ребёнок Порошина? Что, если их отношения зашли так далеко, что Марина решила родить от него?
— Мы с Светой решили не сообщать Марине, что тебя избили. Ей волноваться нельзя, а с новостью, что ты с Линой она уже, Как-то смирилась.
— Правильно. Не надо говорить, — поджав губы, киваю.
Зная Марину, она точно с ума сойдёт от беспокойства и из больницы сбежит. Мне её жертвы не нужны.
Марина мечтала о ребёнке и даже если это ребёнок Порошина- он должен родиться.
Глава 37
— Привет. Ну, как ты тут? — Ксюша опускается на стул рядом с кроватью и берёт меня за руку.
Она, пожалуй, единственная, кто постоянно навещает меня в больнице, не считая, конечно, Костика.
Как у меня дела?
Меня второй раз обманул один и тот же мужчина, которого я люблю. Он предал, ушёл, бросил, но сделал мне самый ценный подарок… Так, что я… Счастлива.
Кладу руку на живот и мечтательно улыбаюсь.
Дочка. Вчера на УЗИ я узнала, что у меня будет девочка. Пусть позади только первый триместр, пусть меня мучает токсикоз и отёки, врачи не дают никаких прогнозов. Пусть мне приходится, практически, жить в больнице, я всё равно счастлива и верю, что всё будет хорошо.
Я обязательно выношу и рожу этого ребёнка.
Всё мои беды, невзгоды и разочарования перекрываются одним простым осознанием- я стану мамой.
— Нормально. Завтра результаты анализов придут. Если всё хорошо, домой отпустят.
В этот раз в больнице мне пришлось провести семь дней и, если честно, очень хотелось домой.
После всего произошедшего, мы ни разу с Сашей не виделись, но он помог мне с Порошиным. Уж не знаю почему, но Порошин сам во всём сознался. И его, и Лину судили, а я проходила по делу свидетелем.
Ещё Саша оплатил мою ипотеку и открыл счёт на моё имя.
Раньше я бы отказалась из-за гордости, но сейчас, у меня будет ребёнок и мне о нём надо думать, а не о ущемленной гордости.
Деньги от бывшего мужа я приняла и вполне себе прекрасно на них жила. Покупала для дочери вещи, сдавала платные анализы. В конце концов это же и Сашин ребёнок.
— Ты мне обязательно позвони или Косте. Мы тебя заберём, — Ксюша вздохнула
— А, я тебе тут вкусностей принесла. Может с собой завтра заберешь?
— Ксюша, ну, зачем, — улыбаюсь я.
— У меня итак тумбочка завалена.
— Это для моей крестницы. Ей хорошо питаться нужно.
Ещё некоторое время болтаем с Ксюшей. Когда она уходит, я сначала принимаю душ, а потом зависаю за прочтением книги.
На следующий день, на обходе меня ждёт неприятный сюрприз.
— Ну, как вы себя чувствуете, милочка? — спрашивает мой лечащий врач.
 
— Отлично. Сегодня даже не тошнило и отеков нет.
Я не врала. Если бы плохо себя чувствовала, осталась бы в больнице ещё, потому что здоровье моей малышки для меня на первом месте.
— Пришли результаты ваших анализов.
Тон врача, кажется мне, слишком настороженным. Нервное напряжение нарастает.
Я сжимаю простынь в кулаки и плохо скрываемым ужасом, смотрю на доктора.
— Что-то не так, Жанна Геннадьевна? — шепчу, внезапно охрипшим голосом.
Нервы натягиваются в канаты. Я боюсь, услышать, что с моим ребёнком что-то не так. Этого не может быть. Не может.
— Нет. Нет, — улыбается доктор, а я шумно выдыхаю.
Нельзя же так пугать людей.
— Сегодня вас выпишут. Будете выполнять всё рекомендации и всё у вас будет хорошо
— Спасибо, доктор.
Я собиралась ехать домой на такси, чтобы не напрягать Ксюшу, но у той видимо чуйка.
Едва мои пальцы касаются экрана, чтобы вызвать машину, звонит Ксюша.
— Привет. Обход закончился? Что врач сказал? — тараторит она
— Ага. Собираюсь потихоньку.
— Я же просила позвонить, Мариш.
— Ксюш, я прекрасно, на такси доеду. Не переживай.
— Буду через сорок минут.
Вздохнув, откладываю телефон и смотрю в окно. Рука ложится на живот и я чувствую неуверенные толчки своей дочери. Самые непередаваемые ощущения. Как-будто рыбка порхает в животе.
Интересно, на кого она будет похожа? На меня? Или на Сашу?
Хотя это неважно. Главное, чтобы была здоровой.
Через полчаса я выхожу из больницы с небольшой сумкой и оглядываюсь по сторонам.
Машины Ксюши нигде нет. Сажусь на лавочку и открываю сайт детского магазина. Я в приметы особо не верю, да и не могу удержаться от выбора маленьких вещичек. Там столько всего, что я готова скупить весь магазин.
Я настолько увлекаюсь просмотром вещей, что не сразу замечаю чёрный внедорожник, остановившийся в паре метров от меня. Я скорее чувствую. Сердце ускоряет ход, по телу проносится дрожь. Так всегда происходит в присутствии Саши.
Отрываюсь от телефона и натыкаюсь на изучающий взгляд.
Я, кажется, задыхаюсь. Лёгкие сжимаются от нехватки кислорода.
Что он здесь делает? Зачем приехал?
Неужели, Саше мало того, что он наделал с нами? Неужели, ему так нравится издеваться надо мной?
Глава 38
— С возвращением, — Дима, усмехнувшись, хлопает меня по спине.
— Ну, как ощущения на своих двоих?
Ощущения ох*енные. Честно я до последнего не верил, что операция может помочь. Врачи не давали никаких прогнозов, но, видимо, удача оказалась на моей стороне.
Два месяца в больнице после аварии, ещё два месяца за границей, операция и реабилитация. И, вот я стою в аэропорту на своих ногах, с тростью правда, но всё же.
— Как видишь, почти, здорово, — ухмыляюсь, показывая трость.
— Только на трёх ногах.
Выхожу из аэропорта и вдыхаю полной грудью. Холодно сегодня. В Германии намного теплее.
Садимся в машину. Отворачиваюсь к окну и прикрываю глаза.
Тут же мысли перетекают в другое русло.
Марина. Марина. Марина.
Как она?
Я, принципиально, не узнавал, как живёт моя бывшая жена, пока, не встану на ноги. Она беременна. Ей нельзя нервничать, а я не хотел становиться обузой для неё.
— О чем задумался?
— Всё о том же.
Дима криво улыбается
— Так может сразу к Марине?
Я думал об этом. Хотел после аэропорта поехать сразу к ней, но не знал с чего начать разговор.
Поймёт ли Марина моё неожиданное исчезновение? Примет ли меня? Любит ли она меня ещё?
А, ребёнок?
Я готов его принять, даже если он от Порошина, но готова ли Марина?
— Она, кстати, сейчас в больнице. — продолжает Дима.
— Что с ней?
— Беременность сложно протекает. Марина почти всё время в больнице.