Ад, или Александр Данилов (СИ)
А его страх, что Ася захочет своего ребёнка?! Идиот! Это же здорово, когда в доме звучат детские голоса! Не так уж он и стар, чтобы не справиться. Выдюжит. Всё дело в нём самом. Потому что если он не сможет сделать Асю счастливой — никогда себе этого не простит. Да и дети не простят.
Надо прямо сейчас решаться, ведь время не ждёт — утекает сквозь пальцы, как песок. Кто знает, не устанет ли ждать Ася…
***
Ася подошла к Данилову, как только он спустился с крыльца.
— Саша, мне нужно уйти. Прости, но разделить с вами праздник я сегодня не могу.
Она была грустной, просто убитой. Конечно, Данилов не мог её отпустить, не узнав, что вдруг случилось. Хотя, что бы ни случилось, он всё равно будет с ней и одна Ася никуда не уйдёт.
— Рассказывай. — Он обнял её за плечи и отвёл в сторону.
— Мама звонила, они почти выехали, настроены очень решительно. — Ася закрыла лицо руками и расплакалась. — Она считает, что я должна вернуться домой, помочь семье, потому что сейчас от меня зависит их будущее. Там какой-то проект. Я не вникала, мы поругались, но она настаивает, угрожает отречься от меня, если я предам их интересы. Они едут собирать мои вещи и продавать дом. — В Асиных глазах была тоска. — Если бы ты знал, как я не хочу. Если бы ты только знал, но у меня никого нет кроме мамы… Я не могу потерять её.
Саша привлёк Асю к себе, обнял и поцеловал. А она обхватила его руками и щекой прижалась к груди.
— Ася, ты способна на отчаянные поступки? Я знаю, как сделать так, чтобы ты никуда не уехала и не поругалась с матерью окончательно.
Она посмотрела ему в глаза и спросила:
— Что ты предлагаешь?
Данилов пожал плечами.
— Я предлагаю стать моей женой до их приезда. Уверяю тебя, мы всё успеем.
Ася стукнула его кулаком в грудь.
— Сумасшедший, как ты можешь так шутить?! Если б ты знал, как мне больно, а от твоих слов ещё больнее. Саша, я же…
Она не договорила, резко развернулась и попыталась уйти, но Саша поймал её за руку, развернул к себе лицом.
— Асенька, я серьёзен как никогда. Наверно, я должен был это сказать раньше, но всё тянул, думал после отъезда сына поговорить с тобой. Но человек предполагает, а Он — Саша показал рукой на небо, — располагает. Выходи за меня. Я очень постараюсь быть приличным мужем, не разочаровать тебя.
Ася что-то пыталась показать ему руками, покачала головой из стороны в сторону, как бы отгоняя наваждение.
— То есть ты сейчас предлагаешь мне фиктивный брак? Для того, чтобы я осталась здесь и в глазах матери была замужней женщиной? Саша, я не знаю. Это обман, хотя, может быть, и выход. Глупей ситуации у меня никогда не было. Спасибо за заботу, но я…
Он не дал ей сказать что-то ещё, просто обнял и поцеловал в губы по-настоящему, а она не сопротивлялась, даже наоборот, позволила углубить поцелуй, отвечала, обвивая его шею руками.
— А чего вы тут? — услышали они голос Гошки. — Свадьба вроде у дядьки, а вы целуетесь.
Саша прочитал сожаление в глазах Аси, когда оторвался от неё.
— Гоша, иди сюда, — подозвал Данилов сына. — Ты можешь быть партизаном? Мне помощь твоя нужна. Сейчас Ася даст тебе ключи от её дома и расскажет, где лежит паспорт. Ты сгоняешь, как пуля, туда и обратно. И никому не слова. Договорились?
— Мне нравятся твои мысли, Данилов, — Гошка подмигнул Саше. — Я весь в вашем с Асей распоряжении.
— Саша, но я ещё думаю!
— Зато я уже всё решил, — не отпуская её руки, произнёс он. — Гоша! Бегом! Пулей!
Ася действительно достала ключи из кармана платья и передала мальчишке.
— Господи, что мы делаем… Саша, мы же взрослые люди.
— Мы женимся, именно как взрослые люди. — Данилов улыбнулся. — Ну я же тебе нравлюсь, признайся хотя бы самой себе. План такой: я сейчас звоню одной моей пациентке, я её оперировал, и она обещала помощь, если мне понадобится. А по счастливой случайности именно ЗАГСом она и заведует. Я договариваюсь о регистрации, по дороге забежим в ювелирный, купим кольца, а потом встретим твоих родственников. Угощать есть чем, вон сколько всего наготовили. Дадим им возможность нас поздравить и за тебя порадоваться.
— А что потом? — спросила Ася.
Данилов видел, что Ася никак не может поверить в происходящее. Думал: «И ведь молчала о приезде родственников, хотя с самого утра знала, но не хотела расстраивать, сдала Дашеньку с рук на руки родителям и решила, что может уйти, а мы её отпустим. Размечталась! Асино место здесь, с нами, со мной».
— А что потом? — вслух произнёс он. — Будешь варить борщи и ждать с работы вечно оперирующего мужа. Как-то так. Не нравится перспектива?
Ася засмущалась, покачала головой, зажмурилась и выдала на одном дыхании:
— Нравится, Саша. Мне всё в тебе нравится, кроме холодности.
— Я такой, какой есть, не умею я иначе. Обещаю сделать всё, чтобы ты не пожалела… — Он прижал её к себе и прошептал на ухо: — Пойдём в дом, я возьму документы, смартфон и карточку, и надо Олега предупредить.
***
Когда вернулись, тихонечко вошли в калитку. Как ни странно, во дворе никого не было, зато из дома раздавались весёлые голоса.
— Интересно, Гошка не проболтался? — спросил теперь уже жену Саша. — Судя по тому, что нас не встречают, он таки умеет держать язык за зубами.
— А Олег? Думаешь, даже Татьяне не сказал? — вторила ему Ася. Казалось, что штамп в паспорте придал ей смелости, она ткнула ему пальчиком в грудь и заявила: — Данилов, ты диктатор! Вот знала бы раньше об этом — не пустилась бы в эту авантюру.
— Во как! — возмутился он. — Чем же я тебе не угодил в первые же часы брака?
— Булгакова Ася Николаевна звучало нормально, зачем ты настоял на смене моей фамилии? — Она пыталась говорить серьёзно, но глаза смеялись.
— Потому что я собственник, — парировал Саша. — Данилова Ася Николаевна звучит вполне сносно. Привыкнешь! Да ты особо и не сопротивлялась, не возразила ни словом, а как домой пришли — претензии предъявляешь. Так не пойдёт!
— Дай покапризничать! Нет чтобы обнять, поцеловать… — Ася не стала дожидаться, когда Данилов хотя бы попытается показать, что она ему не безразлична. Помня его слова о том, что он не умеет, сама прижалась к нему и обняла.
— Я не успел, — смущённо пробормотал Данилов, не привыкший к такому простому проявлению чувств. Но не растерялся, обнял Асю в ответ, поцеловал и шутливо заметил: — Мы были слишком заняты! Кольца, регистрация… И вообще, — он выпрямился и грозно свёл брови, — мы так и будем здесь стоять, или всё же пойдём в дом?
— Пойдём, — смеясь, потянула его за руку Ася. Сашина напускная суровость совсем её не испугала. — Но сначала… — И она сама потянулась к нему за поцелуем.
— Пап, ну вы скоро? Нашли время для поцелуев, — услышали они голос Кати. — Мы уже есть хотим, только вас ждём.
Как по команде, из дома стали выходить все члены семьи под Мишкиным предводительством.
— Сер-р-рёжа, вон папа, не потер-р-рялся. — Он бежал впереди брата и радостно приплясывал.
Сергей же подхватил мелкого на руки и шептал ему на ухо что-то такое, от чего Мишка заливисто смеялся.
— Да что ж это происходит? Одни целуются, другие секретничают, а еда стынет! — возмутилась Катя.
Все шумно начали усаживаться за стол. Данилов взял Асю за руку, и усадил рядом с собой, испугавшись, что она оставит его одного и займётся детьми, как обычно. Олег подмигнул им, показав одобрение лишь жестом, потом поднёс указательный палец к губам, призывая молчать до поры до времени.
Праздник начался.
Первый тост говорил Саша. Пожелал брату и его супруге здоровья, счастья, долгих лет жизни. А что ещё можно желать любимым людям? Кроме Олега и Гошки, судя по их довольным лицам, никто обручального кольца на его пальце не заметил. Но это нормально, люди, как правило, не замечают того, о чём им неизвестно. Или…
Додумать он не успел, потому что в калитку грубо постучали, скорее — пнули ногой несколько раз. Гошка подскочил со своего места, сделав удивлённую рожицу и руками показывая, что никто никого не ждёт. Ася же схватила Сашу за запястье левой руки, впилась ногтями в кожу и прошептала на ухо: