Ад, или Александр Данилов (СИ)
— Она часто тебе звонит? — враз став серьёзной, спросила Дина.
— Нет, только если надо через меня что-нибудь донести до Серёжи.
— Так позвони, спроси, что случилось. Саша, речь о твоём ребёнке.
Данилов прочитал непонимание во взгляде Дины. Сам же просто не хотел причинять ей боль, бередить старые раны. Он налил Дине горячего чая и набрал вызов Лены.
— Ну наконец-то! — послышался возмущённый голос. — Данилов, где тебя носит?
— Я обязан отвечать?
— Сыном ты заниматься обязан, раз отцом назвался, — почти кричала она.
— Лена, сбавь обороты, в таком тоне разговаривать я с тобой не намерен. Давай коротко и по существу.
— Ну конечно, когда у тебя на важное время было?! Сын тебя никогда не интересовал, я-то знаю!
Данилов убрал смартфон от уха и с кислым выражением лица смотрел на экран с фотографией очень интересной внешне женщины, извергающей громкие претензии и обвинения. Когда ему это всё надоело, он сбросил вызов, но убрать телефон в карман не успел — она перезвонила.
— Перестань бросать трубку! Ведёшь себя, как баба-истеричка.
Данилов выразительно закатил глаза, а Дина прикрыла рот руками, потому что укатывалась со смеху.
— Лена! Либо ты меня наконец посвящаешь в свои проблемы, либо мы прекращаем разговор. Выслушивать твои претензии я не намерен, ты немножко забыла, что ты мне никто. Вопи на своего Олафа.
— Хам! — крикнула она. — И так нервы на пределе!
— Ближе к делу, — совершенно спокойно ответил Данилов.
Глянул на любимую женщину и, заметив, что Дина замёрзла, усадил её в машину и включил печку. Сам же отправился собирать продукты обратно в сумку и складывать провизию в багажник.
— Твой сын потерял всякие берега, — продолжала возмущаться Лена. — Он Олафа довёл чуть ли не до сердечного приступа.
— И чем это, интересно? Они же практически не общаются.
— Олаф вырастил твоего сына! Он его кормит, поит и одевает, в отличие от тебя. — Данилов хмыкнул, но возражать не стал, надеясь, что бывшая жена наконец дойдёт до сути вопроса. — Так вот, Серж написал заявление в полицию, указал, что мы над ним издеваемся, пытаемся подавить его морально, что он не хочет жить с нами. Ты представляешь?
— Что я должен сделать, чтобы забрать от вас сына? — жёстко спросил Данилов.
— Ты идиот! Сержу лучше в Германии, не ломай ему жизнь. Просто поговори, объясни, что мы ему добра хотим. А то он отнесёт своё дурацкое заявление… Саша, он всего лишь подросток, и это чисто гормональные всплески. Он ещё и замок в своей комнате в двери врезал, теперь ни я, ни Олаф не можем к нему войти.
— Представляю, как вы его достали. Кстати, что Олафу делать в комнате моего сына? Он что, спальни попутал? — Данилов вышел из себя. Невольно вспомнил ссоры с Леной, пока они ещё были женаты. Она всегда доводила его долго и методично, пока он, не выдержав, не срывался сам. Потом она замолкала и подлизывалась, пытаясь помириться в постели.
— Что ты такое говоришь?! Олаф очень порядочный человек. Поговори с Сержем. Я не знаю почему, но ты для него авторитет.
— Хорошо, доеду до города и позвоню Серёже.
Данилов сел в машину и взял Дину за руку.
— Прости, что пришлось всё это выслушать. Серёжа мой сын. Я люблю его.
Дина улыбнулась.
— В этом я даже не сомневаюсь. Сашенька, ты расскажешь ему о нас?
— Конечно, как только доберёмся до города и снимем квартиру. Жить под одной крышей с мамой мне больше не хочется, но нам нужно где-то остановиться на несколько дней, так как время на твоё обследование и моё увольнение с работы просто необходимо. Расскажешь, что было дальше, после того как ты с поезда сошла?
— Конечно, Сашенька, только давай мы уже поедем, нам ведь ещё квартиру снимать и детям позвонить надо.
Саша нажал на педаль газа, и машина тронулась. Думал про сына, совсем уйдя в себя. А когда глянул на Дину, удивившись тишине в салоне автомобиля, то увидел, что она спит. Разбудил её Данилов только подъехав к одному из лучших ресторанов города. Помог выбраться из машины, и они вместе вошли в зал. Обед к тому времени уже закончился, а до ужина ещё было далеко. Данилов обрадовался отсутствию народа — можно и пообедать, и выяснить ситуацию с квартирами, и найти что-нибудь подходящее, а потом, на сытый желудок, ехать смотреть временное пристанище.
Пока ждали заказ, Данилов листал страничку объявлений, пару раз позвонил, но варианты не подходили: то далеко, то слишком дорого. Квартира нашлась сразу, как Саша с Диной пообедали. Посмотрели, оплатили три дня пребывания, и как только за хозяйкой закрылась дверь, завалились на кровать и уснули.
Разбудил Сашу звонок смартфона. Дины рядом не оказалось, но где она, можно было определить по журчанию воды, доносившемуся с кухни. Данилов нажал на соединение и услышал голос сына.
— Hallo, Papi! Hast du Zeit?
— И тебе привет, Данилов-младший. Ты немножко запамятовал, что я не шпрехаю от слова совсем.
— Да я специально, пап. Шучу типа. Рад тебя слышать, вчера ещё звонить собирался, но тут дома разборки были. Только с бабулей поговорил.
Данилов усмехнулся, а сам думал о том, что Серёжка пусть и далеко, а всё равно самый родной. Может, и свидятся когда-нибудь. Вот станет сын совершеннолетним… Недолго уже ждать осталось.
— Так что там у вас случилось? Мать звонила, но я ничего не понял.
— Да поругались, ничего особенного. Она ко мне в шкаф влезла и в рюкзак, нашла в кармашке презики — устроила скандал. Этот её муж начал меня воспитывать, мать так разошлась, что влепила мне пощёчину, на щеке ладонь осталась, ну я предупредил их, что сейчас пойду, сниму побои, напишу заявление и сказал ей с Олафом, что смогу себя защитить от их произвола. Ах да, ещё замок врезал в свою комнату. Так что, считай, обезопасился. Ну, этот индюк кричал, что я его хлеб ем. А я напомнил, сколько мама вложила в покупку этой квартиры и взяла не где-то, а у тебя. Он изобразил сердечный приступ. До больницы не дошло — быстро пришёл в себя, когда мать ему в лицо холодной воды плеснула. Вот я ржал!
Данилов представил всю эту картину и не смог удержаться от хохота.
— Серёж, может, ко мне переедешь?
— Нет, пап, я возьму с Германии всё, что смогу. Вот окончу школу, потом университет, и встретимся мы с тобой за одним операционным столом. Вот такая у меня мечта. Одобряешь?
— А ты совсем взрослый, сынок…
Александр замолчал, переваривая услышанное.
— Пап, бабуля говорит, что у меня сестра старшая объявилась. Правда, что ль?
— Правда. Её зовут Катя. Но это ещё не всё. Я женился на её матери, и у тебя теперь есть ещё два брата. Младшего я собираюсь усыновить. Его зовут Мишка, ему два года.
— А как зовут его старшего брата, да и твою жену?
— Георгий — Гоша или Жора сокращённо, в переводе «земледелец», ему десять. И если честно, он принял меня примерно так же, как ты Олафа. А жену зовут Дина.
Данилову показалось, что он чувствует, как Серёжа улыбается.
— Та самая Дина, о которой ты мне сказки на ночь рассказывал? Ну ты даёшь, отец! Поздравляю! Встретиться бы с ними со всеми.
— Надеюсь, что встретишься. Только я теперь не в городе жить буду, увольняться приехал.
— Да какая разница где, главное, чтоб добраться можно было без скафандра. Я рад за тебя.
Они ещё немножко поговорили о всяких мелочах, а потом распрощались. Вот и всё, он сказал о своих переменах в жизни самому дорогому для него человеку. И сын понял. Вот оно счастье.
Часть 14
После того как Дина сдала кровь в лаборатории родной клиники, Данилов отвёз её на съёмную квартиру, а сам поехал заниматься делами. В первую очередь написал заявление на увольнение и отнёс главврачу. Разговор вышел тяжёлый, но конструктивный. Заявление главный подписал и отрабатывать положенные две недели не заставил. На прощание похлопал по плечу, пожелал удачи и пообещал взять обратно, если на новом месте что-то не срастётся. Данилов поблагодарил, а сам подумал, что нет пока никакого нового места. И если в Александровке должности хирурга не найдётся, то с медициной ему придётся распрощаться. В груди всё сжалось. Не представлял он себя вне стен больницы. Они все эти годы были для него роднее дома, а коллеги — ближе родных людей. Расставание оказалось мучительнее, чем он себе предполагал. Уйти не попрощавшись с коллективом он не мог, а потому заглянул в ближайшую кондитерскую, купил большой торт и коробку различных пирожных. Передал с санитаркой в отделение и попросил всем коллективом пожелать ему удачи. Встретиться с коллегами лично оказалось выше его сил.