Обещание сердца

– Черт, – пробормотала Дейзи, обхватив себя руками, и посмотрела на зловещее небо. – Я читала о надвигающейся буре, но надеялась, что она пройдет стороной.
Я хотел было пошутить, но на ее прекрасном лице отразилось беспокойство.
– Все хорошо, – поспешил успокоить Дейзи. – Бури приходят и уходят. Нечего бояться.
Она посмотрела на меня бронзовыми глазами и опустила голову.
– Верно. Может, вернемся? Если начнется гроза, хочу быть рядом с Киану, чтобы он не взбесился.
– Конечно. Только смою подарок, оставленный партнером по йоге.
Дейзи даже не улыбнулась.
Я подошел к шлангу, висевшему возле дома, ополоснул коврик, а потом направился за ней к джипу.
– Вы в порядке? – спросил я, прежде чем сесть в машину.
Нахмурившись и покусывая губу, она не отводила взгляда от телефона.
– Порой бури приводят к перебоям с электричеством, а в метеослужбе сообщают, что эта обещает быть хуже, чем казалось вначале. – Дейзи посмотрела на меня. – В гостевом доме, случайно, нет резервного генератора?
– Точно не скажу. Но в главном доме есть. – Я склонил голову набок. – Неужели вас пугают бури? В таком случае вы переехали не на те острова. – Заметив ее мрачный взгляд, я примирительно вскинул руки. – Просто говорю…
– Дело не в буре, а в темноте, – пробормотала она. Затем, когда с неба упали первые капли дождя, встряхнулась. – Не берите в голову. Считайте, я ничего не говорила.
Не сказав больше ни слова, Дейзи забралась на пассажирское сиденье, и мы поехали обратно в Лахайну. В салоне машины висела напряженная тишина, какая бывает перед вспышкой молнии. Снаружи в самом деле началась гроза, а буря разыгралась не на шутку. Дождь лил стеной, небо потемнело, будто ночь пришла раньше времени.
– С вами точно все будет в порядке? – спросил я, когда мы оказались на заднем дворе, на примыкающей к кухне веранде главного дома.
– Ага. Отлично, – коротко отозвалась Дейзи. – Мне нужно к Киану. Он, наверное, напуган.
И припустила к гостевому дому, не оглядываясь.
«Что, черт возьми, это было?»
Да уж, веселье и легкость, охватившие меня во время йоги с козами, продлились совсем недолго. Я почувствовал разочарование, но тут же поспешил напомнить себе, что все хорошее всегда быстро кончается.
Буря не собиралась затихать. Дождь безостановочно шел вот уже три дня, и сеансы рэйки пришлось проводить в тренажерном зале главного дома. Мне не хотелось в этом признаваться – и даже самому себе, – но локоть больше не болел, а бушевавший внутри ураган скорби, казалось бы, унесся в какое-то другое место. По крайней мере сейчас.
На четвертый день буря нанесла последний сокрушительный удар, и около девяти вечера отключилось электричество, что и следовало ожидать. Я просматривал нарезки теннисных матчей, когда экран телевизора внезапно погас, и все вокруг погрузилось в темноту. Потом включился резервный генератор, и загорелось несколько лампочек.
Я направился на пустовавшую в это время кухню, потому что Лана ушла домой несколько часов назад. Взгляд упал на гостевой дом по ту сторону бассейна, где царила кромешная тьма, и я вспомнил потрясение на лице Дейзи, когда та узнала о возможном отключении электричества. Она по-настоящему испугалась. Ей, возможно, нужна помощь, а я стою здесь как полный дурак.
«Успокойся, приятель. Ты не герой».
И все же…
Дизайнер, украшавший этот дом, видимо, тяготел к свечам и подсвечникам. Пробежавшись по просторной гостиной, я собрал столько свечей, сколько смог удержать, и бросился к задней двери, которая вела во двор. На ощупь распахнул ее и чуть не подпрыгнул, увидев на пороге Дейзи, застывшую с поднятой рукой и уже готовую постучать. Рядом с ней стоял Киану.
– О, привет, – выдохнул я.
– Привет. – Обняв себя руками, Дейзи нервно взглянула на охапку свечей в моих руках. На ее волосах сверкали капли дождя точно бриллианты. – Что вы делаете?
 
– Я был… – Я слегка поправил свечи. – Я подумал…
– Это для меня?
– Вы сказали, что не любите темноту.
На ее губах мелькнула слабая улыбка.
– Мило с вашей стороны. – Дейзи еще крепче обхватила себя руками и бросила взгляд мне через плечо на освещенную гостиную.
– О-о… конечно… э-э… входите, – предложил я, отступая в сторону. – Ну, если хотите…
– Было бы здорово, – тихо согласилась она. Ее обычно уверенный голос сейчас дрожал. – Если вы не против. Ненадолго.
Дейзи вошла внутрь, и Киану последовал за ней по пятам. Она присела на диван и облегченно вздохнула.
– Извините за вторжение, – произнесла она. – Наверняка вам нужно отдыхать.
– Все в порядке, – отозвался я, свалив свечи на обеденный стол. – Хотите чего-нибудь перекусить? Попить? Или… выпить?
– Нет, спасибо, – отказалась она, все еще обнимая себя руками.
Ее привычные спокойствие и умиротворение явно дали сбой, и я вдруг почувствовал, как что-то сжалось в груди. Я открыл рот, потом снова закрыл. Упер руки в бока, после вновь опустил.
– Я могу вам помочь? – наконец спросил я.
В невероятного цвета глазах Дейзи мелькнула мягкость, которой прежде я не видел.
– Все хорошо, – проговорила она. – Ну… или будет хорошо. Я просто… – Дейзи вздохнула, и Киану положил морду ей на бедро. Она рассеянно почесала его за ушами. – Думаю, вам хочется знать, в чем дело. Почему взрослая женщина боится темноты.
«Я хотел бы помочь».
При мысли об этом в груди потяжелело. Не стоит лезть в это дело. Нужно идти спать и перестать волноваться…
– Если хотите поговорить, – медленно произнес я, – я рядом.
Черт побери.
Дейзи широко распахнула глаза, теперь приобретшие цвет жидкой бронзы, и быстро отвела взгляд.
– Вы очень любезны, Кай, – заметила она, напустив на себя обычную браваду. – Сперва свечи, теперь готовность выслушать. В чем дело? Из-за дождя вы сделались сентиментальным?
– Возможно. – Я оперся ладонями о стол, одарив ее одной из своих фирменных улыбок – из тех, что так любила пресса и благодаря которым я попал на обложку «Спорт Иллюстрейтед». Но на Дейзи она не подействовала.
«Может, именно поэтому она мне чертовски нравится? Уже».
Да, Дейзи не стала терпеть мое хамство и не прыгнула ко мне в постель через пять минут после знакомства. Но разве это веская причина, чтобы так быстро ею увлечься? Глядя на потрясающе красивую девушку на огромном диване, испуганную до чертиков, но все еще пытающуюся храбриться, я мог бы придумать сотни более достойных причин.
Дейзи склонила голову набок.
– Кай! Да вы с меня глаз не сводите.
Я моргнул и попытался придумать, что сказать в свое оправдание.
Киану, зевнув, улегся у ног Дейзи.
– Как давно у вас эта страшная дворняжка?
Она рассмеялась.
– Эта страшная дворняжка – чистокровный сибирский хаски. Они произошли от волков. Ну, теоретически как и все собаки, но у хаски почти такой же геном.
– И как у вас оказался этот почти волк?
– Друг моих родителей взял Киану у заводчика, но потом ушел на пенсию и решил перебраться в Париж. А тамошние квартиры никак не предназначены для хаски. Поэтому теперь он мой.
– Как по мне, хаски и гавайская жара тоже не сильно сочетаются.
– Они легко приспосабливаются к климату, – пояснила Дейзи. – Но я подстригаю ему шерсть покороче и слежу за тем, чтобы он не перегревался. Я забочусь о нем, а он присматривает за мной.
– Как?
– Оберегает меня, – ответила она. – В целом, из него хороший сторож. Но по ночам… Киану защищает меня от незваных гостей. И это очень важно.
«С ней что-то случилось. Нечто плохое».
Вопрос вертелся на кончике моего языка, но я чувствовал, что ответ мне не понравится. Сильно. Возможно, даже захочется кого-нибудь убить. Даже услышав сейчас историю, я не смогу предотвратить того, что случилось в ее прошлом, и эта беспомощность сведет меня с ума. Ведь из-за этой девушки я уже начал терять голову. Дейзи Уотсон расшевелила мои эмоции, и теперь отринуть чувства казалось невозможным. Если я узнаю, что с ней произошло, то не смогу совладать с собой, а мне это ни к чему.