Сводная сестра мажора (СИ)

— Двигайся.
Переползаю, отдавая ему его вещи. Анна Семеновна начинает лекцию, я записываю конспект, то и дело кидая взгляд на Славу. Он даже не делает вид, что слушает. Хмуро пялится перед собой, иногда крутя по столу телефон. В какой-то момент ловит меня за подглядыванием. Я, конечно, тушуюсь, но все же одними губами спрашиваю:
— Все в порядке?
Поглазев, он отворачивается, качая головой. Это не ответ на мой вопрос, скорее, обреченность от того, что приходится иметь со мной дело. По крайней мере, так я читаю по глазам.
Когда заканчивается пара, Богдан пулей вылетает из аудитории, бросив на ходу Славе:
— Я тебе этого не забуду, Яров.
Тот ничего не отвечает, закидывая вещи в рюкзак. Даже не взглянув в мою сторону, идет из аудитории, не выдержав, я ловлю его в коридоре.
— Поговорим? – спрашиваю, схватив за локоть. Я должна понимать, во что оказалась вовлечена.
— Пошли в кафе, – он мягко, но уверенно забирает локоть из захвата.
Взяв себе поесть и два кофе, от обеда я отказалась, Слава располагается за последним свободным столиком, сейчас большая перемена, и народу много. Не самое лучшее место для разговоров, наверное, но мне плевать.
— Спасибо, что заступился, – говорю ему, – хотя не стоило устраивать драку.
Яров только криво усмехается, видимо, я должна принять это за ответ.
— Что у вас с Богданом за разборки? – спрашиваю, пару минут посмотрев за тем, как Слава ест и поняв, что первым он не заговорит.
— Он просто придурок.
Информативно. Но я почему-то не верю, что все так просто.
— Хорошо, он придурок, не спорю, но все-таки, откуда такая вражда?
— Какое тебе дело? – грубо отвечает Слава. Я растерянно моргаю.
— Может, такое, что он пытается задеть меня? Как считаешь?
Слава молчит, отвернувшись, смотрит на снующих студентов.
— Вы что, не поделили девушку? – спрашиваю я, скрепя сердце.
Слава перестает жевать, на меня так и не смотрит. Я попала в точку. И судя по тому, что Богдан плюется ядом, не повезло именно ему. И что это было за девушка, интересно? Кто-то с их курса?
Я сама не замечаю, как сжимаю под столом кулаки. Меня злит уже то, что я просто думаю об этом. И что он мог спать со многими девчонками, окружающими меня на занятиях. Что так же наваливался сверху, прижимал своим телом, сводил с ума, целовал, касался.
Воспоминания ночи и сегодняшнего утра мешаются в голове в один коктейль, разнося по телу истому. Я наблюдаю за тем, как Слава, сделав глоток кофе, облизывает губы. И вспоминаю, как его язык ворвался в мой рот, как хозяйничал там, ласкал, исследовал. Я и не думала, что поцелуй может быть настолько возбуждающим.
— О чем ты думаешь, Регина?
Я даже не поняла, что выпала из реальности. Слава рассматривает меня, подавшись вперед и поставив локти на стол. Я краснею, так что если он еще не догадался, то теперь уж точно поймет.
Слава мажет взглядом по моим ключицам, торчащим из разреза кофты, и я совершенно теряю нить разговора. Усмехнувшись, он делает глоток кофе.
— Тебе нужно устроить фотосессию, – произносит вдруг, полностью дезориентируя. Мы же говорили о Богдане. Или это такой способ перевести тему? – Лучше сразу в нескольких стилях, чтобы разбавлять картинки в ленте. Хочешь, я договорюсь с фотографом?
— У меня нет на это денег, – на его вздернутые брови поясняю. – Я не беру сейчас ничего у мамы, а зарплату тратить на фотосессию не хочу.
— Я договорюсь, – кидает он, вставая. Схватив свой стаканчик с нетронутым кофе, поднимаюсь следом. – У меня много знакомых, сделают бесплатно.
— Ты пытаешься сменить тему, – не удерживаюсь, когда мы вышагиваем по коридору в сторону лестницы.
— Я просто не хочу говорить о Зацепине, ясно?
— А если он наедет на меня, когда тебя не будет рядом?
— Не переживай об этом, ничего прямо плохого он тебе не сделает.
— Откуда такая уверенность?
Слава молча поднимается по лестнице. Нет, как же мне надоело, что я должна вытягивать из него информацию. Схватив за руку, толкаю его в угол в пролете. Поставив свой кофе на подоконник, наседаю на парня.
 
— Если бы это было не мое дело, ты бы не велел мне сесть с тобой, – припечатываю его, устав слушать отговорки. – Я вижу, что у вас свои разборки, ладно, не хочешь говорить, что произошло, не надо. Но я хочу понимать, что от него ждать? Вдруг он подкараулит меня после занятий? Или придумает какую-нибудь гадость на перемене, чтобы опозорить перед всеми? Поверь, если тебя не будет рядом, за меня никто не заступится, а я хочу быть готовой, ясно, если надо мной опять начнут измываться.
— Опять? – хмурится Слава, и я понимаю, что в запале ляпнула, не подумав.
— Что может мне сделать Богдан?
— Над тобой издевались? – пропускает он мимо ушей мой вопрос.
— Тебе какое дело? – также грубо возвращаю ему его слова.
— Буллинг в школе? – вот ведь настырный, и смотрит так в упор, словно дыру прожечь собрался.
— Да! – сознаюсь я, лишь бы он отстал. – Меня булили в школе, полегчало? Теперь говори, что мне ждать от Зацепина?
Слава задумчиво рассматривает меня под звонок с большой перемены.
— Идем на пару, – кивает в сторону лестницы, я успеваю схватить свой кофе, когда он тянет меня за руку наверх. Как только мы оказываемся в коридоре, негромко говорит: – Пока я буду тебя возить в универ и обратно.
— Я вообще-то работаю, – ворчу я, стараясь не думать, что моя ладонь так и зажата в его.
И о том, что это очень приятно. Ловлю взгляд пробегающей мимо девчонки постарше, он направлен на наши руки. Слава кивает ей в знак приветствия, но она только тупо нас рассматривает. Интересно, с ней у него тоже что-то было?
— С Зацепиным я разберусь, – Слава не замечает моего пристального внимания к девушке. – Надеюсь, он остынет и не будет срываться на тебе. Вообще-то он нормальный парень, когда-то мы с ним даже дружили.
— И что случилось? – спрашиваю я, но Слава не отвечает, открыв дверь в аудиторию, тащит меня к своему месту.
На нас опять все смотрят, и я не могу понять, как относятся. Для всех я теперь девушка Славы, все на это намекает, включая поведение самого парня. И если мужской половине это фиолетово, то вот женской определенно нет. Слова Богдана снова вспыхивают в голове, от них неприятно жжет в груди. Кто из девчонок мог быть со Славой?
Мы садимся за парту, не удержавшись, я оглядываюсь, а потом шепотом спрашиваю парня:
— На нашем курсе ты… Ты со многими встречался?
Слава смотрит как обычно непроницаемым взглядом, хотя в глубине мне мерещится насмешка. Я чувствую, как неуместно прозвучал вопрос. Как будто я имею право лезть в его личную жизнь… Если он меня сейчас пошлет, я даже не обижусь. Но вместо этого Слава говорит:
— Не надо думать обо мне хуже, чем я есть.
Я смущенно отвожу взгляд:
— Просто Зацепин сказал…
— А, ну если Зацепин сказал, тогда конечно, – в его голосе откровенный смех, и смотрит Слава доброжелательно. Это почему-то тоже бесит.
— Ничего смешного не вижу, – отрезаю я. Он тихо смеется.
— А я вижу.
— Не просветишь?
Вошедший в аудиторию преподаватель лишает возможности продолжить разговор, но настроение у Славы явно поднялось, неужели мой вопрос так его развеселил? Правда, когда ему кто-то пишет, он хмурится и становится задумчивым. Несколько раз открывает сообщение и ничего не пишет, пока не гаснет экран. Интересно, кто его так обескуражил?
Написав в ответ что-то короткое, наконец откладывает телефон, но до конца пары остается задумчивым. Я бы даже сказала, до конца дня. Вопросами больше не докучаю, понятно, что Слава не собирается отвечать ни на один из них, смысл сотрясать воздух впустую? Остается надеяться, что Зацепин с дружками действительно не будут меня доставать. Остальное – не мое дело.
До конца рабочего дня я делаю кофе. На самом деле это даже медитативно, если нет суеты. Размеренные движения, знакомые действия, говорить не обязательно, можно думать о своем и не париться. Этим я и занимаюсь. Кручу в голове все случившееся сегодня.