Ночь без звезд

— Что-то… — раздалось из громкоговорителя.
— Марко, Маар… Уракус побери! Они сгорели! Ничего не осталось!
— Эвелина. Эвелина погибла!
— Взрывы! Они взорвались!
— Троих потеряли.
— Командир, мы попали под обстрел!
— Чем они стреляют? Чем…
— Ничего! Там ничего нет.
Лора смотрела на девять длинных светящихся инверсионных следов, которые струились сквозь стратосферу.
— Лучевое оружие, — сказала она. Потом добавила громче, стараясь, чтобы никто не заметил боли в голосе: — Они стреляют по вам из лучевого оружия. Рентгеновские лучи или мазеры. Постарайтесь подобраться к ним снизу!
Офицер, сидевший у края стола, писал на доске цифры, ведя подсчет потерянных самолетов. Когда их число достигло двадцати семи, Лора отвернулась. IA-505 еще даже не успели приблизиться к вторженцам на расстояние дальнобойности пулеметов.
— Эскадрильи Портлинна и Зигена окружают седьмой корабль снизу, — сообщил связист.
Из громкоговорителей доносился шквал воплей. Из-за криков невозможно было расслышать приказы. Да и помехи становились все сильнее.
Модели эскадрилий Гретца и Вурцена, стоявшие на столе, наконец-то подобрались к третьему кораблю.
Юз-дубль Лоры приказал терминусу опуститься. Панорамный вид стал еще более размытым, поскольку они быстро теряли высоту. Затем изображение стабилизировалось, остановившись в ста десяти километрах над Фанритом, позволив им рассмотреть самую окраину пустыни. Облаков нет. Единственный минус — мелкие отблески искаженного воздуха, раздираемого космическими кораблями.
— Высота девятнадцать километров, — сообщила Лора. — Берегитесь ракетных выхлопов. Они так же опасны, как и любое оружие.
Не успела она произнести это, как появились белые копья радиоактивной плазмы. Из громкоговорителей снова послышались крики и неразбериха.
— Подтверждена потеря тридцати двух самолетов, — объявил офицер связи.
В крипте никто не проронил ни слова.
— Используйте снаряды, — сказала Лора, понимая, что все бесполезно.
Снаряды неуправляемые (электроника Бьенвенидо еще не достигла должного уровня), да к тому же созданы для стрельбы по яйцам паданцев прямо в воздухе: сразу несколько снарядов вылетали из отсеков, находившихся под крыльями самолета. Тридцать IA-505 спешно переоборудовали для вертикальной стрельбы. Лора не питала иллюзий, понимала: снаряды не смогут поразить космические корабли, — но оставался шанс хоть частично отвлечь выстрелы лучевого оружия.
— Начать обстрел снарядами, — приказал маршал авиации.
Выхлопы космических кораблей теперь представляли собой раскаленные полосы длиной в несколько километров. Они спускались очень быстро. Юз-дубль Лоры, активировав фильтры сетчатки, позволил ей увидеть крошечные искры скопления снарядов, обрушившиеся на семь из девяти вторженцев. Лоре показалось, будто вопли ярости и боли, рвущиеся из громкоговорителей, слегка затихли.
— Второй, третий и восьмой вторженцы спускаются на вашу высоту и замедляют ход, — сказала Лора. — Четвертый и шестой приближаются к высоте атаки.
— Идите на сближение, — приказал маршал.
— Да благословит вас Джу, — сказал Слваста сильным четким голосом. — Идите и задайте им жару!
— Первый и седьмой, — сказала Лора. Затем добавила: — Пятый и девятый. Теперь все.
Больше ничего тут не сделаешь, остается лишь молиться.
Громкоговорители едва не взрывались от непрерывных криков, предупреждений и проклятий, смешанных с пронзительным воем вращающихся стволов с пневматическим приводом. Лора закрыла глаза, но продолжала видеть, как хлипкие винтовые самолеты кренятся, поворачиваясь к монстрам-вторженцам, и подныривают, яростно расстреливая их из пулеметов. Хорошее оружие получилось, пулеметы ее разработки делали пять с половиной тысяч выстрелов в минуту, выпуская стограммовые снаряды с начальной скоростью около девятисот метров в секунду. Сама по себе очередь снарядов казалась пустячной для космических кораблей такого размера, но IA-505 все-таки пробивали металлическую стену, превращая корпус и внешние системы в труху. Самолеты причиняли вред космическим кораблям, пока те находились в воздухе в трех километрах над землей. Эх, если бы еще что-нибудь могло повредить ракеты…
 
Когда корабль вторженцев под номером семь вышел из строя, крипта наполнилась ликующими криками. Космический корабль, кувыркаясь, ринулся вниз, навстречу непреклонной пустыне.
— Семьдесят три процента погибших среди тех, кто атаковал седьмой корабль, — объявил связист.
— Вот же хрень, — простонала Лора.
Она отказывалась смотреть на доску, на которой велись подсчеты. В любом случае они неточны; самолеты гибли слишком быстро, делая точную статистику невозможной. Сквозь червоточину она видела это: маленькие огненные шары мерцали и исчезали в горячем воздухе высоко над пустыней.
На столе с картами шест торжественно опрокинул деревянную ракету, которая представляла седьмой корабль вторженцев. Выхлоп третьего корабля потускнел и исчез. Пятый начал раскачиваться, расплескивая плазму огромными дугами.
— Мы уничтожаем их, — удовлетворенно сказал Слваста.
— Этого мало, — отрезала Лора и подумала: «Ты не понимаешь. Если хоть один из этих ублюдков приземлится…»
— Атака второго корабля закончена, — объявил офицер связи.
— Закончена? — спросил Хавьер. — Что вы имеете в виду? Он же пока в воздухе. Отправьте самолеты назад.
— Это невозможно, — мрачно ответил офицер.
— Почему?
— Их больше нет. Мы их потеряли.
— Уракус побери!
Лора попыталась отгородиться от страданий и смертей, подавить в себе эмоции, делавшие ее человеком, и сконцентрироваться на фактах. Третий корабль захватчиков падал, дико вращаясь, его неустойчивые ракеты разносили смертоносный выхлоп по всему небу. Первый корабль резко отбросило в сторону, когда что-то взорвалось, и облака вспыхнули огнем. Затем он начал крениться менее чем в километре от земли, тупой нос конуса развернулся вниз, смотря прямо на пустыню, заросшую кустарником. Ракеты продолжали стрелять, придавая ему ускорение.
Космический корабль рухнул наземь и взорвался, превратившись в гигантский бурлящий гриб из пламени и дыма. Взрывной волной накрыло самолеты, которые возвращались назад. Лора видела, как смялись крылья, полетели вниз искореженные фюзеляжи.
Громкоговорители затихли.
— Второй, четвертый, восьмой и девятый вторженцы приземлились, — сказал главнокомандующий. — С остальными мы расправились. Их гибель подтверждена.
— Выводите эскадрильи оттуда, — настойчиво сказала Лора. — Пусть летят низко, но быстро. В воздухе они легкая мишень для лучевого оружия.
— Еще один последний удар…
— Станет самоубийством. Вы ничего не добьетесь и потеряете оставшиеся самолеты.
Слваста обернулся и смерил взглядом большие атомные бомбы, лежавшие на тележках, затем поглядел на червоточину, в которой виднелся край пустыни, где приземлились вторженцы. На несколько километров вокруг них землю покрывали горящие обломки.
— Нужно сбросить на них бомбу.
— Нельзя, — устало ответила Лора. — У нас их всего три, а скоро семь кораблей начнут вторую фазу вторжения на Тотленде. Если они пролетят достаточно близко и если мы сможем открыть червоточину там, где надо, три бомбы уничтожат их еще в воздухе.
— Но… — Слваста указал на червоточину, которая открывала вид на край пустыни, где приземлились вторженцы. — Вы же сказали, мы не сможем их остановить, если они приземлятся!
— Знаю. — Она глубоко вздохнула, приказала юз-дублю установить связь и отправила сообщение: «Вы мне нужны».
— У вас есть силовое поле Содружества, — заметил Хавьер. — Вы можете уничтожить их?
— Мне придется тогда истребить всю планету, — ответила Лора, радуясь, что смогла спокойно отреагировать на такое чудовищное предложение. — Я и с четырьмя кораблями тоже не смогу справиться.
— Значит, нашим полкам снова придется нас защищать, — мрачно подытожил Слваста. — Я прикажу главнокомандующему Дойлу начать всеобщую мобилизацию.