Между этажами (ЛП)

В доме было темно и прохладно. Нас окружало ощущение Между: лёгкое предчувствие опасности, которое сейчас, как ни странно, успокаивало.
— Не честно, — сказала я. Подбородок дрожал. — Я уже умерла разок.
— Сядь, — для пущей убедительности Зеро посадил меня ровно, — Ещё не время засыпать снова.
— Ага, — сказала я и широко зевнула, — Но я офигеть как устала, и вот-вот вырублюсь.
— Встань. Свари кофе или что-нибудь приготовь.
— Блинчики, — сказала я. Часы показывали два ночи. Считай раннее утро.
Поплелась на кухню. Долго шаталась, зевала и пыталась найти подходящую сковородку. Когда же, наконец, нашла, дом окутало Между — Джин Ён вернулся. Я пошла обратно в гостиную. Его одеколон вплыл раньше него несомым ветерком из Между, которого не должно быть не то что в доме, а даже и в человеческом мире.
И без Между-перевода всё стало ясно по его лицу, но я всё равно опёрлась о дверной косяк, чтобы не качаться, и внимательно прислушалась.
Он сказал что-то вроде: Песочный человек был там. Пришлось уйти. Не мог рисковать.
— Ничего, завтра поищем. — сказала я вместо того, чтобы наорать на него, что было моим первым желанием.
Ведь даже таким занудам, как Джин Ён, живётся нелегко, если Атилас рассказал правду.
Джин Ён подозрительно зыркнул на меня, а когда я спросила: — Кофе будешь? — прищурился сильнее.
— Кофе, — сказала я и пошла на кухню. Одно точно: пока не буду готова заново уснуть, на этот диван ни за что не сяду.
Глава 10
Пока Зеро с Джин Ёном вовсю спорили в гостиной, я пекла блинчики для Зеро, потом принялась за яблочный пирог, а выпитым мною кофе можно было заполнить целый детский бассейн. Может из-за недосыпа, а может из-за магии Зеро я ни слова из их обсуждения не понимала.
Пару раз я всё же попробовала, ведь нельзя же просто так сдаваться, а потом бросила и полностью погрузилась в готовку. Поставила пирог в духовку и отдраила всю кухню, а затем занялась ванной.
В шесть принялась готовить кимчи с жареным рисом, из-за запаха которого Джин Ён то и дело поглядывал в сторону кухни. Аромат еды слегка пригасил и их препирания. Всё это время они невнятно и ожесточённо по поводу чего-то ругались, если судить по яростному зырканию Джин Ёна и его оскаленным клыкам.
А когда же я поставила тарелку с кимчи перед Джин Ёном он выглядел скорее озадаченным, чем разъярённым.
— Wae? — спросил он.
— Для тебя готовила, — зевнула я. — Только не забудь потом зубы почистить: чеснока там немерено.
— Noh mwohya? Mwoh haesso?
— Ничего туда не добавляла, — сказала я и пошаркала в сторону кухни, — Подозрительный же ты вампирёныш!
Наверное, решили, что я подслушивать пытаюсь, потому что, когда я принесла Джин Ёну стакан, менее подозрительным его взгляд не стал.
— И кровушки тебе принесла, — сказала я и снова пошла на кухню, чтобы не думали там всякое. Через плечо кинула, — Пей и не наезжай на Зеро, ладно?
Но чья-то рука цапнула меня за шиворот, и в следующее мгновение я уже стояла лицом к лицу с Джин Ёном. Он недоверчиво прищурился:
— Noh mwohya?
— Ничего не понимаю. Говори уже по-английски, — возмутилась я, — И не мог бы ты руку отпустить? Мне ещё готовить, а если не отпустишь, она отвалится из-за недостаточного кровообращения.
Зеро удивлённо спросил:
— Ты что-то добавила в кровь Джин Ёна?
— Не-а. Просто пытаюсь не заснуть.
— Nomu soosanghae, — буркнул Джин Ён, но пригубил из стакана.
— Иди погуляй, — Сказал Зеро. Хм, подозрительно. — Нам с Джин Ёном нужно обсудить дела. Не засыпай. Внимательно смотри по сторонам.
Хотела было заспорить, но засыпать пока что действительно не стоило, да и Моргану навестить неплохо бы. И узнать, как там детектив Туату, тоже. Каким бы сильным ни было моё желание помочь Атиласу, снова умирать я ещё не была готова.
— Ладно, — согласилась я, — Вернусь через пару часиков.
Пусть развлекаются. А уж я занятие найду.
Я вышла в начале седьмого и в смске спросила у детектива Туату, как там дела с опрыскиванием жучков. Десять минут спустя пришёл ответ.
 
Не хочу с тобой говорить. Всё из-за тебя. До встречи с тобой у меня не было ни дриады, ни нашествия насекомых.
Я ухмыльнулась телефону, напечатала «всегда пожалуйста», и вошла в дом Морганы. Ожидала, что столкнусь с детьми, о которых она говорила, но, наверное, они в школе. Никогда толком не могла запомнить, когда начинаются и кончаются четверти.
Ни в коридорах, ни на ступеньках тоже никого не встретила. А Моргана довольно крикнула: «Входи!», когда я постучалась.
Она расплылась в довольной улыбке, всё так же полулёжа на кровати. Уже привычная чёрная пижама и чёрный макияж совсем не подходили к её радости.
— Ты как раз вовремя! — улыбнулась она.
— Да ну?
— Ага. Обычно в это время его кормят. Если еда ему не по вкусу, начинается веселье.
Я хмыкнула:
— На него похоже. Кофе хочешь? Я да.
— Будь как дома, — кивнула она на открытую дверь в кухню. Она снова опёрлась на гору подушек, что только подтвердило моё подозрение, что дальше кровати она не ходит. Я поставила чайник и не удержалась:
— Ты болеешь, что ли?
— Ага, — на удивление живо ответила она, — В основном я в кровати. Иногда получается ходить, но не часто. Если бы делала упражнения, могла бы больше. Наверное.
— Врачи говорят?
— Ага, правда толку от них особого нет. Только устаю.
Хотела спросить, как же она до туалета добирается, но передумала, ведь такие вопросы новым знакомым задавать некрасиво. Вообще, никаких признаков других людей в доме я не заметила, хотя может родители её живут в комнатах напротив. Готовят еду у себя и приносят ей.
Странно, но такие семьи, поди, тоже есть.
Принесла Моргане её кофе, она отхлебнула, но судя по тому, как уголки её чёрных губ слегка дрогнули, второй глоток она сделала только из вежливости.
— Чай любишь? — спросила я. Блин, если бы не этот дурацкий недосып, сначала спросила бы.
— Мне и то, и то нравится, — ответила она, — Но с сахаром и капелькой молока, пожалуй.
— Оу, извини, — брякнула я. — Сейчас принесу.
— Молока нет, — призналась она, — Да и сахара. Кроме полиции ко мне никто особо и не заходит, а они обычно пьют чёрный кофе и чай. Попрошу как-нибудь детей купить.
Попивая кофе, я устроилась у окна, и вскоре действительно Дэниел запустил в кого-то супом. Полетела миска, потом осколок чего-то ещё, а мужик у окна даже не шелохнулся.
Я улыбнулась. Бедняга Дэниел.
— Кто он? — поинтересовалась Моргана, — Он сделал что-то совсем плохое?
Я повернулась к ней, но она смотрела в большое зеркало, прямо напротив кровати. Во дела. Странно ставить здоровенное зеркало перед кроватью, ведь это неудобно, однако она смотрела не на себя: зеркало было повёрнуто так, чтобы смотреть на улицу. На что спорим, оно специально стояло, чтобы Моргана видела то, чего не видно из окон?
Вспомнила, как впервые увидела её лицо в зеркальце внизу. Интересно, сколько у неё подобных зеркальных систем повсюду расставлено? Скорее всего дофига. Но как?
Я пересела на её кровать и снова увидела его. Дэниел скалился в потолок, щерился на охранников. Обычное для него состояние. На меня он тоже частенько волком поглядывал. Понятное дело, я его сильно доставала, но это можно считать чертой его характера.
— А это чья работа? — мотнула я подбородком на зеркало.
— Детей подкупила, — ответила она, и её почти чёрные карие глаза заблестели, — Всё утро делали дыры в стенах, протаскивали проволоку и шнуры, из окон вылазили.
— А из окон-то зачем?
 
— Думаю незачем, но они знают, что запретить им я не могу, а взрослые сюда не поднимаются, вот и решили, что можно.
Я хмыкнула:
— И поделом, если бы грохнулись. Хотя всё равно не высоко, да и зелени в саду много — падать мягко. А чем взятку давала?
— В основном леденцами. Большинство родителей в округе пичкают детишек капустой да овощными коктейлями.