Царство воров (СИ)
- Любил, возможно. По-своему, как умел. Просто власть он любил намного больше. Вот смерть матери далась тяжело всем. Мне ее очень не хватало. Она всегда говорила, что я особенный. Пусть даже я трижды был обычным ребенком - мне было так приятно слышать это от нее. Она находила ласковое слово для каждого. - Адара вдруг резко повернулся к ней, спохватился, чуть смутившись. - Прости, тебе, должно быть, тяжело слушать, я никогда не отличался тактичностью. Ты ведь росла сиротой...
- Да нет, - торопливо махнула рукой Эми, хоть и сильно удивилась. - Мне привычно, что я без родителей, я даже не могу представить свое детство по-другому. К тому же, в монастыре у меня было много сестер. Не родные, но все равно. Ближе друг друга у нас никого не было. Мы никогда не ждали "маму", из монастыря никого не забирали. Опорой для всех являлись мы сами.
- Здорово, что вы выросли такими дружными. Мои братья мне родные, но мы все равно что чужие.
- Наверное, это потому что между вами корона, - несмело предположила Эмеральд.
- Возможно. Я ведь понимаю, что я третий, и трон полагается мне в последнюю очередь. Учитывая возраст братьев, можно сказать, и не полагается вовсе. Но...
Он замолчал, обдумывая что-то в своей голове. На лице его читалось смятение, словно принц запутался.
Странный это был разговор. Они вдруг совсем внезапно открыли друг другу души. Логично, наверное, принимая в расчет совместные перепитии, что сильно сблизили их. Врагом он для нее уже точно не был. Но для нее их откровенность еще непривычна.
И все же, не смотря на замешательство и незнакомые смешанные чувства, хочется говорить, говорить... И много слушать. Наблюдать за его жестами, выражениями лица, которое больше не было холодным и отстраненным.
Трепетно чувствовать, как осторожно и доверительно открывается его сердце. Эми могла поклясться, что Адара редко мог позволить себе так открыться.
И с волнением осознавать, что принц становится для нее важным человеком. Самым важным.
Ее это пугало, расстраивало, дарило глупую девичью надежду, от которой хотелось стыдливо провалиться сквозь землю. Но Эмеральд Стоун уже не могла остановить то, что рвалось ему навстречу из груди, и даже не пыталась. Она была слишком растеряна от собственного раздрая в душе.
- Ты хочешь править? - голос Эми был еле слышен.
Было страшно выдать себя, ляпнуть что-то лишнее, глупое.
Святая Анхелика, она попала в сети, которые он даже не расставлял...
- Не знаю уже, Святоша, - вздохнул ничего не подозревающий Фрэнсис, глядя на нее слишком серьезно. - Раньше хотел. Только об этом и думал, целыми днями. Считал, что только я достоин. Торли слабый, им управляет Расс. Старый генерал будет править вместо него, а меня он так бесит, что я не могу этого допустить. Освальд... Прежде я был уверен, что он переживает только о своей прическе. Но перед тем, как я уехал, он рассказал мне кое-что интересное. Он совершенно точно думает о будущем Кальдеррана. А я, получается, нет. Я ведь грезил о короне, но даже не представлял как смогу изменить будущее королевства. Я не думал наперед. Просто хотелось утереть всем носы, надеть корону и взглянуть на всех сверху вниз. Смешно, да? - Она промолчала, и принц продолжил: - Но выяснилось, что существует шанс спасти Кальдерран. Аскон искал артефакт у вашей монахини, но не нашел, а Освальд украл бумаги отца.
Принц рассказал Эми все, что знал о Стеклянном Сердце. Она не сильно удивилась.
- Но в монастыре что-то точно прятали. Я получила скверну, когда открыла ларец! Зачем им ставить такой в подземелье?
- Отвлечь внимание от настоящего? - предположил принц. - Но где искать Источник? Либо он хорошо спрятан в монастыре, либо его там вовсе нет, а твоя Аспра хочет, чтобы мы думали, что есть. Вариантов масса, к сожалению. Да и вообще, для начала нам нужно выбраться отсюда. А потом уже искать...
- Ты веришь, что у нас получится выбраться? - Ее голос прозвучал слишком жалко.
На фоне того, как она выглядела, искалеченная и грязная, даже бродяжка смотрелась бы выигрышней.
- Верю. Приходится верить, у нас нет выбора. - Его голос, и впрямь, звучал твердо.
Если бы не целеустремленность и настойчивость принца, она бы давно сдалась.
- Я уже не могу... Порой хочется сказать тебе, чтобы ты шел вперед. Не задерживался, если я остановлюсь, не оглядывался проверить иду ли. Без меня тебе было бы намного легче...
Ну вот. И сказала.
Принц не съязвил. Не возмутился.
Светлые глаза, точно прозрачный кварц, смотрели на нее, проникали в самую душу. Голос был серьезен.
- Я все сделаю, чтобы вытащить тебя отсюда.
Эми закусила губу. Даже его часто обнаженный торс уже не смущал ее так, как этот пробирающий взгляд.
- Ты и так много для меня сделал, - сглотнула она. Поджала пальцы на босых ступнях. Всегда так делала, когда нервничала.
Его взгляд упал на ее исцарапанные ноги, принц тяжело вздохнул.
- Вряд ли. Ведь это по моей вине мы оказались здесь. Если бы я не потащил тебя в ту сторону...
- Думаю, тогда портал бы появился перед нами в другом месте. В таких глухих местах у портала работает привязка к человеку. Мы изначально оказались в чьей-то ловушке.
- Возможно и так, - растерянно согласился принц. - Но все равно... Заболтался я совсем.
Он внезапно вспомнил про тушку птицы и начал ее разделывать. Теперь тишина оказалась непривычной, гнетущей. Столько недосказанности повисло в воздухе. Принц принялся насаживать мясо на палочки, губы больше не улыбались. Наоборот, были сжаты в тонкую линию.
Груда хвороста, что он собрал по пути, уже была выложена горкой и ждала огня из пальцев Эми. Девушка с сожалением подумала, что откровенный разговор окончен, но принц удивил.
- Знаешь, Святоша, я бы в жизни не подумал, что мне придется проводить столько времени с девчонкой.
- Ты что, не планировал в будущем жениться? - съехидничала она.
- Понимал, что однажды придется. Но пока не планировал.
- У вас... кхм... до сих пор приветствуются договорные браки? - Откуда в груди эта нелепая ревность?!
От собственных мыслей на щеках заалел румянец.
- Да, - уныло произнес принц, и, отложив палочки в сторону, принялся споласкивать руки. - Отец каждому подобрал партию из знатных родов, едва мы только родились.
- Так у тебя есть невеста? - севшим голосом спросила девушка. Он посмотрел на нее странно.
- Есть.
Сердце рухнуло вниз. В груди отчаянно запекло, закорябало острыми когтями грудину. Из-за неприятного комка в горле она сглотнула с болью. Точно пачку игл проглотила.
- Ты ее любишь?
Вопрос слишком откровенный, вызывающий подозрения, но... она опять не смогла удержаться. И лучше бы о таком не спрашивать, но Эми уже неумолимо засасывало в водоворот чувств и глупых фантазий.
Неожиданно Фрэнсис расхохотался, глядя на нее почти с нежностью.
- Что? - смутилась она.
- Я ее в глаза не видел.
- Ого... - пробормотала девушка. Она радовалась, что спутанные волосы прикрывали хотя бы половину красного лица. - Брак настолько договорной... Но как же... любовь?
Сказала и закусила губу. Ну вот, сейчас опять засмеет ее.
Улыбка принца была мягкой, хоть и в то же время насмешливой. Он промолчал, продолжая улыбаться и смотреть на нее, как на умалишенную.
- Что? - вспыхнула Эми. - Смейся сколько влезет, но я верю в любовь.
- Думаешь, она осчастливит тебя?
- Не знаю. Но без любви жить с человеком... брр... Так себе перспектива.
- Ты выйдешь замуж только по любви? - поинтересовался принц.
Серые глаза, не отрываясь, смотрели на ее порозовевшее лицо. И зачем она только завела эту тему?
- Я... вряд ли выйду замуж, - еле слышно пробормотала под нос девушка.
- Почему? - нахмурился принц. - Ты же так рьяно говорила про любовь.
- Я из монастыря, Фрэнсис, - напомнила она ему. - У меня нет приданного, у меня вообще ни единой монетки. Даже крестьянин не пожелает взять себе в жены нищенку, ну или если только он не ищет лишние руки для работы в своем хозяйстве. Все выпускницы монастыря без перспектив на собственную семью. Большой удачей считается попасть в личные служанки какой-нибудь знатной дамы, а иначе придется сводить концы концами.