Истории для любопытных. Из коллекции Альфреда Хичкока

После взаимных представлений Маркус сказал:
— Неприятное дело.
— Конечно, — согласился Гарланд, убирая свою руку после символического прикосновения к руке Маркуса. — «Саутуорту» это на пользу не пойдет, лейтенант. Куда там.
— Марку Дрейперу тоже не пошло.
— Ужасно. Просто ужасно. Кто мог сотворить такую жуткую вещь?
— Попробуем выяснить. Надеюсь, вы нам поможете.
— Разумеется, я сделаю все что смогу, но боюсь, это будет немного.
— Тогда расскажите мне о вашем участии в этом деле, — предложил Маркус.
— Пожалуйста. Я был здесь в кабинете, обсуждал кое-какие вопросы с Луисом Варной, старшим коридорным. Когда новость достигла вестибюля, один из коридорных передал ее дежурному, а тот сразу же мне.
— Когда это случилось?
— Точно не знаю. Я был настолько выбит из колеи, что не догадался посмотреть на часы. Это произошло после девяти. Но, думаю, до половины десятого. Где-нибудь между.
— Неважно. Продолжайте.
— Ну, мы с Луисом, конечно, побежали туда, я вошел в номер и убедился, что все это правда. — Гарланд подавил дрожь. — Столько крови! Это было ужасно. Просто ужасно.
— В какую комнату вы вошли?
— В какую? В ту, где закололи мистера Дрейпера, конечно.
— Я думал, вы могли войти в соседнюю.
— Нет-нет, я вошел из коридора прямо в спальню.
— Дверь была закрыта и заперта?
— Если бы ее закрыли, замок сработал бы автоматически. Но она была открыта. Бедная миссис Гримм, горничная, выбежала в коридор с криком и оставила дверь отворенной. Как она, должно быть, перепугалась, несчастная!
— Дрейпера, очевидно, зарезали во сне. Ваши горничные имеют обыкновение заходить к постояльцам, когда те спят?
— Ни в коем случае. Но примерно за полчаса до этого миссис Гримм встретила миссис Дрейпер этажом ниже, и миссис Дрейпер сказала миссис Гримм, что мистер Дрейпер еще спит, но она вполне может тихонько зайти и поменять полотенца. Да и вообще, мистер Дрейпер всегда поздно вставал, и подразумевалось, что горничной можно заглядывать в ванную, если возникнет необходимость. В конце концов, наши горничные должны выполнять свои обязанности.
— Куда направлялась миссис Дрейпер, когда горничная встретила ее этажом ниже? Вы знаете?
— Она была в сопровождении миссис Брайан Ланкастер, которая занимает там вместе с мужем двухкомнатный номер. Миссис Дрейпер и миссис Ланкастер встретили горничную, как раз когда спускались по лестнице. Они были наверху у миссис Дрейпер и направлялись к миссис Ланкастер. Горничная видела, как они вошли.
— Похоже, у вас в отеле хватает постоянных жильцов.
— Это верно. Мы стараемся угодить им. Наши цены не чрезмерны, если принять во внимание все удобства и обслуживание.
— Понятно. Как бы там ни было, я рад, что наконец напал на след миссис Дрейпер. Ее было нелегко доискаться.
— Нелегко? Да что вы. Все это время она просидела в номере у миссис Ланкастер. Сами понимаете, как ее потрясло известие о муже. Она просто убита. Какой ужасный удар для бедной малютки! Но миссис Ланкастер о ней позаботилась.
— Какой номер занимает миссис Ланкастер?
— Четыреста двадцать первый. Если вам надо поговорить с миссис Дрейпер, надеюсь, вы учтете ее состояние.
— Я всегда учитываю состояние всех, с кем говорю, — ответил Маркус. Он выудил из кармана сигарету и закурил. — Что вы сделали после того, как нашли тело? — продолжал он.
— Отправил Луиса Варну вызвать полицию, а сам оставался в коридоре у номера, пока они не пришли. Потом, с их разрешения, вернулся сюда. Я был без сил. Просто без сил!
— Понимаю. Тяжелое испытание. А где сейчас горничная? Мне надо будет с ней поговорить.
— Я попросил ее задержаться. И Луиса Варну тоже. Я был уверен, что вы захотите их видеть.
— Хорошо. Я встречусь сразу с обоими. Знаете, двух зайцев одним махом.
Клинтон Гарланд вышел из комнаты и меньше чем через две минуты вернулся с Луисом Варной и миссис Гримм. Первый оказался стройным, смуглым молодым человеком с черными курчавыми волосами, вежливым без угодливости, типичным дамским любимчиком. Вторая — аккуратной маленькой женщиной, почти хрупкой, в белом крахмальном переднике. Волосы у нее были тронуты сединой, но лицо выглядело еще по-молодому гладким, так же как и шея под подбородком в том месте, где кожа раньше всего теряет эластичность. Маркус был удивлен. Он почему-то ожидал увидеть существо, скособоченное от постоянного таскания ведра с грязной водой.
 
По просьбе Маркуса сначала отчитался Луис Варна. Его рассказ был краток и во всех существенных деталях подтверждал то, что уже сообщил Клинтон Гарланд. А это значит, подумал Маркус с отстраненным скептицизмом, свойственным людям его профессии, что они либо и впрямь говорят правду, либо использовали предоставленное им немалое время, чтобы согласовать свои истории между собой. Маркус всегда с подозрением относился к парам, которые так согласно подтверждали взаимное алиби, — особенно если, как в этом случае, у них имелись ключи от всех комнат. Впрочем, их алиби было не без изъяна. В конце концов, оставался еще период до того, как Гарланд и Варна встретились в кабинете для обсуждения гостиничных проблем.
— Подытожим, — небрежно сказал Маркус. — Вы с мистером Гарландом были здесь, когда впервые услышали об убийстве. Как долго вы тут находились?
Варна понял смысл вопроса. Понял его и Гарланд. Их взгляды встретились, высекли искры и разошлись, но в остальном выражение лица Варны не изменилось. Он по-прежнему был воплощением искренности, как человек, готовый принять все выверты полицейского расследования, однако в глубине души понимающий их абсурдность.
— Трудно сказать. Мы ведь специально не засекали время. Как, по-вашему, мистер Гарланд? С полчаса?
— Нам было что обсудить, — сказал Гарланд. — Полчаса — это по самой скромной оценке. Я думаю, ближе к сорока пяти минутам.
— Ясно. — Маркус повернулся к миссис Гримм. — Мадам, вам пришлось нелегко.
— Мне было очень страшно. Очень.
— Вы уже достаточно оправились, чтобы об этом говорить?
— Да, спасибо. Со мной уже все в порядке.
Она и впрямь казалась вполне невозмутимой. Она стояла прямо, ноги вместе, руки сложены на переднике. Ее взгляд, выражающий почтение, как и полагается при разговоре служанки с хозяевами, был устремлен куда-то в пространство над головой Маркуса.
— Как я понял, вы вошли в спальню вскоре после девяти. Это так?
— Должно быть. Я не уверена.
— Медицинский эксперт сделал заключение, что мистера Дрейпера убили около девяти. Пожалуй, вы совсем чуть-чуть не успели на гораздо более страшное зрелище, чем вам довелось увидеть.
— Я стараюсь не думать об этом, сэр.
— Правильно. Нет никакого смысла нагнетать ужасы. Вы никого не видели у дверей, прежде чем вошли?
— Нет, сэр.
— А вообще в коридоре?
— Никого.
— Мне сказали, что вы пришли сменить полотенца в ванной. Вы собирались поменять заодно и простыни?
— Нет, сэр. Мистер Дрейпер еще спал. Я встретила миссис Дрейпер этажом ниже, и она сказала мне, что я могу потихоньку зайти в ванную.
— Так вы поменяли полотенца?
Миссис Гримм ненадолго задумалась, потом медленно покачала головой.
— Теперь, когда вы спросили, сэр, мне кажется, что нет. Я очень испугалась, понимаете. Не слишком хорошо все помню.
— Вас можно понять. Расскажите мне вкратце, что вы сделали, когда увидели тело мистера Дрейпера.
— Я закричала, выскочила из комнаты и побежала по коридору. Наверное, я крикнула не один раз, и у меня кружилась голова. У лифта я столкнулась с посыльным, который только что поднялся наверх. Он отвел меня в свободный номер и усадил на кровать. Постоялец оттуда выписался рано утром, и дверь была открыта. Через несколько минут, когда я немного опомнилась, я подумала, что надо сейчас же пойти к мистеру Гарланду, но он оказался уже в коридоре — дежурил у дверей мистера Дрейпера. Я не хотела и близко подходить к этому номеру и потому спустилась ждать в вестибюль. Это все, сэр. Все, что я помню.