Шелест (СИ)
— Порядок, Филипп, есть рабочие дневники. Не знаю какого чёрта он держал их тут, но на первый взгляд тут всё, что нужно. Там ещё и книга старинная, страницы пергаментные с руническими письменами, — довольным тоном сообщила вышедшая из домика Рябова.
— Вот оно как. Похоже и впрямь то, что нужно. Значит так, молодой, всё что на трупе, твоё. Что с бою взято, то свято. До остального не вздумай тянуть свои загребущие ручонки. Понял ли?
— Вообще-то, там ещё и золото с серебром, — я всё же не удержал на поводке свою жабу.
— Ты на казённое добро роток-то не разевай. Хоть понимание-то имеешь, что на трупе найдёшь?
— Имею. Как минимум два бриллианта, в общем карат эдак на двенадцать, а то и больше.
— Молодец, сообразительный.
— А больше-то почему? — поинтересовалась Рябова.
— Так я в него две пули, на пару сотен люм, всадил.
— Ты стрелял обычными пулями, покачав головой, возразила она.
— Это как так? — удивился я.
— Он нужен был нам живым, — ответила она, и достав из бокового кармана две пули с вязью плетений и протянула мне.
— То есть, вот так вот значит.
— Значит так, Пётр Анисимович. Я же тебе говорила, дело государственной важности.
— Вы в отставке.
— Я давала присягу, а значит буду служить России до самой кончины. Собирай трофеи, приведи лошадей, пока девчата не пришли в себя, а после оседлаешь парочку из этой конюшни и сопроводишь сестру и боярышню Столбову в Воронеж. О том, что тут случилось ни кому ни слова. Вас ещё навестит экспедитор тайной канцелярии.
— Экспедитор?
— Ты часом не подумал там малец, что мы всё это решили прикарманить? — возмущённо вздёрнул брови Матвеев.
— Да не подумал я ничего такого. Просто вы учителя, и тайная канцелярия…
— Вот потому что учителя, мы и умываем руки, — пояснила Рябова
— Эльвира Анатольевна, вы это, не посмотрите девчат. А то я им по скулам прикладом, чтобы связать и не пустить в драку.
— Останутся синяки или нет, они тебе этого всё рано не забудут, — хмыкнула она.
— Да не в этом дело. Я Лизе кажется челюсть сломал.
— Чего ты сделал? — хмыкнул Матвеев. — Ну т-ты силё-ён…
Глава 22
— С этим я ещё ознакомлюсь, — император накрыл ладонью папку, лежавшую перед ним на рабочем столе, — А пока коротенько доложи, Александр Иванович, как обстоят дела.
Шувалов не блистал умом, но имел одно неоспоримое достоинство, он всегда был предан императору, сначала старшим товарищем по детским играм, а после соратником и сподвижником.
С момента совершеннолетия и самостоятельного восшествия на престол император Пётр назначил его на должность начальника Тайной канцелярии. И с тех пор тот руководил этой едва ли не самой важной службой. Причём, несмотря на невыдающиеся личные качества, кадры он подбирал с умом, и от их дельных советов не отмахивался.
Как результат, за достигнутые успехи десять лет назад император даровал ему титул боярина. И все поговаривали, что эдак он вскорости и в князья выйдет. Вполне возможно, сам император такую возможность не исключал, и мало того, старательно подводил к этому. Ещё один княжеский род, пусть и новоявленный, искренне поддерживающий престол, лишним всяко разно не будет.
— Государь, выездом на место мой экспедитор установил, что слух о некоем одарённом вызнавшем секрет волхвов об обращении людей в оборотней правдив.
— Та-ак, — подался вперёд император. — дворянчика того схватили.
— Нет, государь, он был убит при задержании.
— Кто посмел⁉ — вскинулся Пётр.
— Мальчишка, гимназист, спасавший сестру. Но захвачены все его бумаги и дневники с описанием ритуала, — поспешил успокоить государя Шувалов.
— Бумаги, это всего лишь бумаги, — отрезал Романов.
— Я потому и не спешил с докладом, государь. Экспедитор с помощью двух учителей гимназий сумел провести ритуал, обратив в оборотней двоих крестьян, которые к следующему новолунию полностью превратятся в волколаков.
— Хм. Ну, ладно хоть так. Отчего не доложил сразу? Почему отправил только одного экспедитора? Что за небрежение, Александр Иванович? — успокоившись и откинувшись на высокую спинку кресла, с ленцой возмутился Пётр.
— Не хотел привлекать к этому делу лишнее внимание. Слухи, так слухами и останутся, а похищение двух девиц представим как торговлю людьми. Они сейчас в шаге от инициации, а такие невольницы в цене. Окрестные имения выкупим на подставных лиц, а там, через пару-тройку лет они разорятся и отойдут казне. Людей для этого дела подберу особо. Покойный Седов разработал хорошую схему, нам остаётся только использовать её. Правда, этот варнак похищал дворянских детей, чтобы иметь лучший эффект.
— Об этом нечего и думать. Сколько человек можно обращать за раз? — поинтересовался император.
— Двоих, в один цикл луны, не больше. Во всяком случае, из записей Седова следует, что попытка увеличить количество приводило к мучительной смерти обращаемых.
— Значит так, лишнюю возню вокруг капища не устраивай. Имение провинившегося людоловством и ныне покойного помещика забрать в казну. И одарить оным кого-нибудь за заслуги. Сам присмотри кого. И на этом всё.
— Но-о…
— Забудь про чёрную рощу. Бумаги под крепкий замок, в самое надёжное хранилище. Отряди человека. Многие в курсе о волхве?
— Учителя, мальчишка тот, экспедитор, мой дьяк и я да вы, государь.
— Многовато получается. А тех кто не знает точно, но в курсе подозрений поди ещё больше?
— Так и есть, государь.
— Поручи этому самому экспедитору поработать с «Повестями временных лет» и выяснить места других подобных капищ. Для спешки причин у нас нет, а вот если начнём обращать на капище Чёрной рощи, можем не удержать секрет. А слухи, пусть ходят, они всегда были.
— Будет исполнено, ваше величество.
Шувалов поклонился, и направился на выход. Не любил император когда излишне лезли на глаза, вот боярин и старался лишний раз не отсвечивать. При этом не забывал тихонько посмеиваться над теми, кто наоборот всячески старался обратить на себя внимание. Император терпеть не мог заискиваний, зато ценил верность, старательность и трудолюбие. Даже если ты при этом звёзд с неба не хватал.
Боярин вышел из дворца и сел в подъехавшую лёгкую карету, которая вынесла его из Кремля, направляясь на улицу Мясницкую, где и располагалась Канцелярия тайных и розыскных дел, которую иначе как Тайной канцелярией никто и не называл. Ехать чуть больше версты, и для лошадей с соответствующими узорами это не расстояние, но с некоторых пор его величество весьма болезненно реагирует на разного рода лихачей. Не хватало ещё его ближайшему сподвижнику подавать дурной пример. Ладно бы ещё в этом была необходимость, но ведь ничего подобного.
— Есть какие-либо поручения?
Едва Шувалов опустился в кресло за своим рабочим столом, как к нему в кабинет вошёл дьяк, Шешковский. Второй человек в канцелярии, наряду со своим начальником имеет право напрямую обращаться к государю. Хотя конечно войти без доклада права не имеет. Пока, не имеет.
Боярин обратил на него внимание едва только возглавив канцелярию. К тому моменту молодой человек служил экспедитором, как у них говорят, работал в поле, занимался непосредственно розыском, задержаниями преступников, разбирался с делами не входившими в круг обязанностей Разбойного приказа, но и не требующие привлечения дополнительных сил.
После пары успешных дел, Александр Иванович перевёл Степана Ивановича в подьячие. А там, карьерный рост не заставил себя долго ждать. Вот уже пять лет, как тот стал вторым человеком в канцелярии и тем, кого Шувалов прочил в свои преемники, так как здоровье всё чаще давало сбои. Опять же, справедливости ради, именно на его плечах сейчас в основном и лежали все служебные заботы.
— Государю не понравилась твоя задумка относительно имений вокруг Чёрной рощи. Он полагает, что так мы наоборот привлечём к ней внимание. Присмотри кандидатуру кому можно за службу верную подарить имение отошедшее в казну.