Роза песков (СИ)
Ридган же Леон отказался ехать с ними:
-- Фаранда Контеро, мне не нравится состояние вашего отца. И я, признаться, не слишком доверяю городским лекарям. С вашего позволения, я сейчас вернусь во дворец и попрошу франга Пурцента нанести вам визит. Ему приходилось бывать на полях сражений, он долгое время служит при охране и прекрасно разбирается в ранах, вывихах и переломах.
Нариз кивнула, понимая, что ей нечем отблагодарить ридгана, но вполне серьезно сказала:
-- Ридган Леон, и вы, и я понимаем, что ваша помощь бесценна. Вы всегда можете рассчитывать на любую необходимую вам услугу, – она действительно испытывала к этому красавцу огромную благодарность, понимая, что вши и синяки не самое страшное. А сама она могла бы обивать пороги канцелярии еще очень долго.
В доме сегодня все стояло вверх ногами – да и прислугу она замотала изрядно. Сперва кипятили и грели воду. Фаранда Рейга Нариз заставила побриться налысо:
-- Даже не спорь, у тебя открытая рана, которая уже гноится. А вшей гораздо легче не допускать в дом, чем потом выводить. Просто поверь мне! Пока греют воду, ты успеешь поесть, а потом тобой займется цирюльник.
С фаранда Бушара Нариз приказала срезать всю одежду, не жалея тряпок. Тело обмыли, и пришедший цирюльник в первую очередь сбрил ему бороду и клочки волос на голове. Есть немного пришедший в себя фаранд отказался, только все время пил. У него, похоже, был сильный жар.
Нариз сразу обустроила в его спальне кресло для себя, но он знаками показал, что просит ее сесть на кровать. И так и задремал, держа ее за руку. Периодически сквозь сон беспокойно проверяя, здесь ли она, или ему просто сниться чистота и тепло, а очнется он вновь на грязной и гнилой соломе, среди месива спящих тел – их держали в общей камере.
Потом был визит франга Пурсента. Не слишком молодого, худощавого, но по-обезьяньи подвижного и ловкого человечка. Осмотрев Рейга, он успокоил Нариз:
-- Ничего страшного, фаранда Контеро, ничего страшного… Синяки у молодого фаранда сойдут. Очень хорошо, что вы приказали промыть ему рану и сбрить волосы. Если он не будет расчесывать, то и нагноение скоро пройдет. Я бы посоветовал вам прикладывать к ране кусочек лоэ – эта заморская диковинка отлично заживляет царапины и вытягивает гной.
-- Лоэ? Что это такое?
Франг удивленно взглянул на Нариз и, чуть недоуменно пожав плечами, ответил:
-- Ну, как же! При любом аптекарском огороде оно обязательно растет, -- он слегка помахал руками, изобразив что-то вроде ежа, и добавил – такое… Ну, с колючками.
Нариз кивнула головой, утверждая, что все поняла, но для себя решила обязательно уточнить, что это за лоэ с колючками. Впрочем, она и сама видела, что поевший и отмытый Рейг, скорее всего быстро справиться с простудой, и в общем-то ничего страшного с ним не случилось.
С отцом дело обстояло значительно хуже. Выгнав ее из комнаты, франг заявил, что «совершенно невместно» юной девушке присутствовать при осмотре, и потребовал прислать крепкого лакея. Нариз долго и нервно топталась за дверями, прислушиваясь. Ей даже показалось, что отец вскрикнул…
-- Ничего хорошего я вам сказать не могу, фаранда Контеро. Состояние у вашего отца очень тяжелое, а самое плохое то, что перелом на ноге уже начал срастаться, и срастаться неправильно. Однако, ежели мы сейчас повторно сломаем ему ногу, чтобы уложить кости правильно, боюсь, он может и не выдержать. Да и возраст у почтенного фаранда такой, что лучше не рисковать.
-- Но он выживет? -- спросила Нариз с замиранием в голосе.
Франг Пурцента неловко пожал плечами и ответил:
-- Все в воле Богов, фаранда Контеро. При должном лечении и уходе шансов у него довольно много. Но вот будет ли он ходить – сказать я вам не могу. А сейчас, юная фаранда, мне нужно следующее…
Он начал перечислять Нариз вещи и растения, необходимые ему для лечения, в том числе, несколько дощечек, размеры которых показал руками.
-- Вы ходите положить его ногу в лубок?
-- О, вы, фаранда, знаете, что такое лубок? – франг посмотрел на нее гораздо более благожелательно и продолжил. -- Да-да, именно это я и собираюсь сделать. И я очень рад, что мне не придется вам объяснять, как важно держать ногу в покое и не позволять больному шевелить ею. Вам понадобиться крепкая горничная, дабы помогать ему справлять естественную нужду, а пищу, особенно на первое время, я рекомендовал бы самую легкую – нежирные супы, жидкие каши, на ночь можно бокал разведенного теплого красного вина с медом и пряностями – оно немного утишит боль. Никакого мяса, особенно жирного и жаренного – это плохо скажется на пищеварении и общем состоянии больного.
В общем-то все рекомендации показались Нариз достаточно вменяемыми. Франг Пурцента с аппетитом пообедал, не смущаясь одиночества в трапезной. Нариз все это время просидела у кровати задремавшего отца. Когда принесли необходимые дощечки, лекарь лично наложил тугую повязку и еще раз повторил фаранду Контеро, как важно не двигать ногой.
На оплату Нариз скупиться не стала, и довольный франг отбыл, пообещав завтра навестить больного и проверить, не стало ли ему хуже.
То самое лоэ больше всего напоминало Нариз земное алоэ и, вспомнив, в состав скольких косметических и лекарственных кремов и мазей оно входит, она успокоилась. Похоже, франг все же разбирается в медицине.
Первые дни были очень тревожными Если, слегка похрипев и погнусавив, Рейг на третий день категорически отказался лежать в постели, так как чувствовал себя совершенно здоровым и скучал, то с отцом все обстояло далеко не так радужно – из жаропонижающих у Нариз были только лимоны, и пока она поила старика кислым питьем, помогало это маловато.
Наконец, вспомнив, как она болела в детстве сама, и мама сбивала ей температуру уксусными обертываниями, она смогла добиться того, что фаранд Контеро очень медленно пошел на поправку.
Однако, даже много лет спустя, вспоминая ночь, когда организм старика перенес кризис, она – урожденная атеистка и скептик - всегда добавляла про себя: «Слава всем Богам!» Страху Нариз тогда натерпелась достаточно.
Окончательно пришел в себя фаранд почти через рундину. И Нариз, все эти дни опасавшаяся, что слуги что-то пропустят, уснут и не заметят, проводившая ночи в кресле у его постели, урывками спавшая понемногу утром и вечером, наконец-то с облегчением выдохнула и, оставив фаранда Контеро недовольно спорить с франго Пурцентом по поводу меню, нашла время на разговор с братом.
Недовольный фаранд требовал у лекаря разрешить ему мясо и другую нормальную еду. Нариз умилилась: «Все мужчины одинаковы. Раз отец чего-то требует и капризничает, значит идет на поправку».
В общем-то, она уже знала, как все произошло, но ей нужны были подробности и, кроме того, хотелось поднять настроение Рейгу, который, чувствуя свою вину, проводил у постели Бушара Контеро целые дни.
Брат заговорил сам:
-- Нариз, отец говорит, что не сердится на меня, но я-то понимаю…
Нариз отметила, что упрямый братец первый раз назвал фаранда Бушара своим отцом. Вообще, было очень заметно, что тюремное заключение сблизило их – Рейг стал воспринимать фаранда не просто, как хорошего знакомого, а как близкого и дорогого человека.
-- Рейг, я не виню тебя. И рада, что ты понял – здесь не степь. Здесь другие законы и правила, и нужно учиться быть сдержаннее. Нам всем очень повезло, что это произошло на дороге к Храму – такая же точно история на улицах города могла закончиться гораздо хуже – вы бы до сих пор сидели в тюрьме.
Нариз обняла брата, прижала к себе и, гладя по бритой голове с отрастающими колючками волос, улыбнулась про себя: «Ну, как есть – ежик!».
Глава 36
Глава 36