Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ)
Ну а прислушавшийся к себе победитель чему-то кивнул, улыбнулся и не спеша поднял уже отросшей рукой свое верное оружие, а затем обидно захохотал в спину топавшей восвояси толпы, среди которой больше не оказалось желающих испытать судьбу и схлестнуться с запевшим победную песнь фейри.
Вновь, как и когда-то давно (и в тоже время впервые) заветные и полные торжества слова звучали в окружающей фейри-исполина бесконечности, и вторя им миллионы обитателей этого места подали голос, вплетая свой рык, клекот, шипение и все что угодно в единый хор, что славил великий народ фейри, чей победивший представитель вновь одержал победу над врагом и спешил поделиться своей радостью с Миром.
Дримм очнулся и его немедленно вырвало кровью и желчью на спину все также судорожно вцепившейся в его правую руку Дочки. Оба они и пет, и хозяин валялись на залитом кровью полу и пачкали свои целые и не так давно вычищенные доспехи. Дримм вытер рот и преодолевая себя, вернее сильнейшую боль, сел и открыл интерфейс: собственные чувства не обманули страдающего от каждого движения фейри — параметр жизньбыл почти на нуле, и все, чем он пополнялся, уходило на заживление множества ран, испятнавших его тело под абсолютно целым и неповрежденным доспехом. Жалобный стон Дочки заставил Дримма мгновенно забыть о себе и своих ранах, подхватить ее под локти и осторожно усадить у стены, а затем одну за другой наложить на испытывавшую похожие ощущения питомицу сразу шесть восстановительных и исцеляющих заклинаний и после этого первой дать отхлебнуть повышающего регенерацию зелья и только потом позаботится о себе. Некоторое время они просто сидели у стены, а затем гораздо быстрей восстанавливающаяся Дочка, дыша как древняя старуха или тяжело больной человек, опираясь одной рукой на стену, а другой на плечо сидящего рядом отца, встала и оглядела себя, явно так же как и Дримм недоумевая на продолжавшую сочиться сквозь щели ее брони кровь, затем встряхнулась и протянула руку отцу. Дримм помнил все, ну а теперь взглянув в покрытое кровью, но в тоже время дышавшее оптимизмом лицо Василисы и особенно в ее красные и также все помнящие глаза, наконец-таки понял, что это за клинок верно служил ему в недавнем и закончившемся очередной победой бою…
***Вершина горы, импровизированная наблюдательная площадка.
Два часа до рассвета.
Вэнон (Бобер).
Бобер был доволен и наслаждался жизнью и видом внизу, ну и может быть немного пряной куриной ножкой, что таяла сейчас у него во рту. Жизнь все же была хороша, и несмотря на недавнее обидное кидалово с очками, он бы не стал ничего в ней менять. Решение вступить в клан Красных Драконов было наверное самым удачным из того, что он сделал в своей новой виртуальной жизни, а возможно и в реальной — он действительно смог реализовать себя и осуществить если не все, то очень многие свои мечты и потаенные желания, на которые у очкарика-задрота, каким его все считали в реальности, не хватало ни сил, ни здоровья, ни, что уж греха таить, смелости. Удивительно, но здесь в Серединном мире и особенно в клане словно бы родился совсем другой человек, ну, или если брать аватару — эльф: смелый, гордый, не лезущий за словом в карман, пользующийся успехом у девушек и не только неписей, но и красоток-игруний, уважаемый за свои умения и навыки, а так же принесенные с собой из реального мира знания — в общем по сравнению с его так называемой настоящей жизнью — небо и земля. Жизнь была хороша, и он впервые был счастлив и никогда не жалел ни о чем, удивляя соратников по клану своим всегда прекрасным настроением и заражая, а порой даже и раздражая, своим бесконечным оптимизмом.
— Гляди-ка, зашевелились, — присела рядом Оаиэль и также как Вэнон свесила ноги в пропасть. Уже давно наблюдавший за тем что происходит внизу Бобер неторопливо прожевал кусок курятины и лишь потом лениво ответил:
— Всю ночь шевелятся, как улей гудят, ни минуты покоя — наши хорошо справляются — к утру гоблы будут никакие. — А вдруг мы перестарались? — обеспокоилась судьбой будущей битвы Оаиэль. — Вдруг не станут атаковать, а подождут день-два, три-четыре, поднакопят сил? Наемники ведь тю-тю — сегодня, завтра и все. —
— Да и черт бы с ними — справимся сами, — уверенно усмехнулся в ответ на ее слова Бобер и запустил обглоданную ногу в долгий и интересный пятикилометровый полет до земли. — Я вообще считаю, что лучше было бы без отморозков. Нет, — он поднял руки, упреждая возможные возражения, — не спорю, вначале на руднике справились они хорошо и без них было бы труднее, но и то они лажанули — Дракону и Королеве пришлось лично свои чешуйчато-августейшие задницы напрягать и затыкать их лажу. Потом и вовсе, знай только резали некомбатов по долинам (это было не совсем так, но доля истины тут была). В обеих битвах, тоже вполне обошлись бы без них, а вот денег они у нас со всеми премиями двушечку списюкают, а может и больше. —
— Тут можно конечно поспорить, но я не о том. Ты все же ответь, что будет, если гоблины сегодня не попрут? -
— А ничего не будет: вы на грифонах будете их весь день дрючить, ночью рейды снова не дадут им спать, а остальные наши все время, что гоблины нам дадут, потратят на укрепления подступов к руднику, как в большой долине, так и в остальных. И не забудь, со дня на день должно начаться вторжение болотников, и мы перестанем быть у них единственной головной болью. Меня больше беспокоит возможность того, что армии четырех кланов-владельцев рудника плюнут на все и ломанутся по цитаделям, чтобы сохранить то, что осталось — выковыривай их потом. —
— Светлана предлагала: раз все гоблины уже здесь, сделать вылазку на грифонах и взять одну-две, а может и все четыре крепости, но Дримм не разрешил — говорит: ''сначала надо разбить армию, а уж только потом брать цитадели''. -
— Правильно говорит, — согласно кивнул головой Бобер, последние 30 секунд не отрывавший взгляда от чересчур заволновавшегося моря огней внизу, — цитадели мало захватить, их ведь потом нужно будет охранять, а это значит держать в них 4 приличных отряда и если ''зелень'' попрет, то именно этих сил может и не хватить для победы, а тогда все зря, и мы в попе, причем в полной. —
— Наверное, — неуверенно согласилась задумавшаяся над его словами Оаиэль.
— Не наверное, а точно, и ты была права — зашевелились, и это не вылазка очередного отряда. — Отряхнувший руки Бобер встал и указал вниз: — Смотри, кипешь во всех пяти долинах и слишком уж много их поперло, и все в сторону Хлебной — похоже началось! -
— Класс! — также вскочившая на ноги Оаиэль с восторгом посмотрела сперва на Бобра, затем вниз и вновь на пребывающего в возбуждении собеседника. — Ну что, рви давай свое добро! Зря что ли мы с Малышом вашу компанию всю ночь катали? А потом летим домой (на рудник). -
— Согласен, — кивнул доставая из сумки несколько предметов Вэнон, — сейчас все будет, а ты пока поднимай ребят и заводи своего ''Руслана'' — через минуту грузиться будем. —
— Ага, — уже через плечо поддакнула-согласилась с ним эльфийка и поспешила в сторону их временной стоянки, где отдыхали от трудов праведных остальные члены их небольшого отряда: еще два мага, друид и три воина — все такие же как и Бобер любители и умельцы что-нибудь взорвать. Тем временем Бобер неторопливо, но и не копошась, один за другим активировал одноразовые амулеты, после дела немедленно отправляя их в пропасть, а глубоко внизу взрывались заложенные в нужных местах заряды — на заполненные ''зеленью'' узкие ущелья пошла смерть рукотворных лавин. Остановить или даже задержать огромную орду спущенные Бобром лавины конечно же не могли, но выполнили свою задачу: добавили беспорядка в итак не очень стройные гоблинские ряды и заодно еще до битвы лишили орду нескольких тысяч бойцов. Пару особенно узких ущелий лавины все же перекрыли и вынудили две гоблинские колонны возвращаться назад и искать другой путь — мелочь, но неприятно или приятно, это уж с какой стороны посмотреть.