Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ)
Лежащий на скале неподалеку горный кот, прижал уши и стараясь двигаться как можно тише, пополз жопой вперед, удаляясь от места расправы, через пару минут он вскочил и развернувшись припустил что было сил. Если бы неразумное животное умело молиться, оно благодарило бы всех богов за то, что не успело напасть на выслеживаемую в течении последнего часа жертву.
Дримм встал и осмотрел себя — безрадостная картина — все купание насмарку, развернулся было к воде, но передумал, вместо этого фейри без труда вытащил поверженную жертву на берег, сходил за ножом и быстро и умело разделал медвежью тушу, забрав печень, немного сала и срезав несколько лучших кусков с бедер, заодно снял сразу же отправившуюся в сумку шкуру, и только потом покончив с необходимым, хоть и несколько грязноватым делом, фейри пару раз окунулся и через минуту вновь вышел свежим и чистым. Никакой спец-награды за убитого медведя Дримм не получил, впрочем как и за тролля несколькими часами ранее, но не удивился этому факту — он играл уже совсем в другой лиге, и шанс выпадения плюшки за столь слабых по сравнению с ним врагов был теперь очень невелик.
Закончив с помывкой Дримм развел костер (для мага огня его уровня отсутствие дров не являлось проблемой) и занялся удовлетворением другой своей потребности. Из бесконечных недр его сумки один за другим появлялись все новые и новые предметы: керамическая кружка, чайник, большая кастрюля, глубокая сковородка, пара специальных ножей для готовки, серебренная солонка, несколько мешочков со специями, крупой и чаем, странная трехногая раскладная конструкция из металла, немедленно укрепленная над огнем, и даже разделочная доска, напоминавшая жидкокристаллический электронный аквариум — продукт местных магических технологий, подаренный Светланой на день рождения. Сходив за водой, Дримм подвесил над костром кастрюлю и чайник, затем насыпал заварки в специальный являвшийся частью конструкции металлический стакан с крышечкой, после подлил туда воды и оставил стакан на некоторое время в покое, взявшись за мясо: печень была аккуратно порезана на узкие, но довольно толстенькие полоски и брошена в уже растопившееся сало, что шкворчало на пристроенной над огнем сковороде, затем Дримм бросил поверх печени еще несколько кусочков сала, закрыл крышку и взялся за куски, отрезанные от бедер. Тут Дримм действовал более грубо и без затей: не особенно аккуратно порубил их на неравномерные кусочки, чуть поменьше кулака каждый и побросал их в кастрюлю с еще не закипевшей и несоленой водой. Закончив с мясом, Дримм долил в заварочный стакан кипятка и некоторое время просто сидел, наслаждаясь тишиной, красивым видом, а также одновременно ласкающими солнечными лучами и свежим ветерком с гор. Заурчал желудок, получив завлекательный сигнал от носа и таким громким образом выразив свое нетерпение, Дримм снял с огня сковороду и достав из сумки ложку и хлеб, приступил к трапезе — тушенная в медвежьем жире и собственном соку печень, приготовленная без соли и специй, оказалась дивно хороша, и Дримм сам не заметил как сметал всю сковородку, вымокав остатки хлебом. Потом слегка подсолив воду в кастрюле и сделав себе чайку, вновь предался ничегонеделанию — медвежье мясо в отличии от печени — долгая история, он еще успеет проголодаться и соскучиться прежде чем оно будет готово.
Соскучиться впрочем не получилось — Дримм почувствовал чье-то присутствие и отставив кружку, положил ладони на рукояти мечей, готовясь''тепло'' встретить того, кто нарушил его покой. Посетителем оказалась небольшая (всего-то метра 3 с половиной) самка горного великана, мявшаяся и прячущаяся за камнями в отдалении — увидев что ее заметили, она испугалась, но не ушла. Через некоторое время насторожившийся и готовый к бою Дримм почувствовал легкое покалывание в висках — сразу понял, что это такое и слегка напрягая свои не особо великие (но и не позорные) умения в ментальных разделах магии, сумел установить робкий и не очень четкий контакт, все же позволивший фейри понять, что нужно от него великанше. Все оказалось довольно банально: великаншу привлекло медвежье мясо и голод, который она и еще несколько ее сородичей, прячущихся неподалеку, испытывали уже третий день. При упоминании о сородичах Дримм напрягся — несколько голодных горных великанов — серьезный противник даже для него, да и не очень хотелось драться на полный желудок, так что фейри, разрешив великанше оприходовать ненужную ему больше тушу, постарался побыстрее облачиться в доспехи и встречал вызванных ментальным сигналом сородичей его новой знакомой уже при полном параде. Как оказалось дергался он зря — обеспокоившими его сородичами оказалась старая еле ковыляющая самка и пять детишек мал-мала меньше, самый большой из них был всего-лишь на голову выше вновь расслабившегося Дримма, а самый маленький макушкой едва доставал ему до плеча. Так что успокоившийся фейри отложил мечи, опять подсолил кипящую воду и вновь занялся чаем, вполглаза подглядывая за облепившими остатки медведя соседями. А великаны жрали, можно даже сказать ЖРАЛИ!!! Даже самый маленький из них как леденцами хрумкал крупными берцовыми костями, без каких-либо проблем заглатывая их вместе с мясом — 15 минут и от чуть ли не двухтонной туши осталась лишь примятая трава и семь по-собачьи утоляющих жажду фигур. Напившись и все также мысленно поблагодарив поделившегося добычей фейри, великанша поспешила увести свой состоявший из ''пионеров'' и ''пенсионеров'' отряд прочь, а Дримму пришло сообщение, что его репутация с фракцией великанов увеличена и выйдя из зоны отрицательного значения достигла нуля. Больше его никто не беспокоил, тем более Дримм запоздало поставил сигналки, мысленно сделав самому себе втык — слишком он обнаглел и возгордился, а ведь на месте не очень опасного (для него) медведя и не проявивших агрессии великанов мог быть кто угодно…
Мясо он все же доварил, примерно за полчаса до готовки окончательно посолив и добавив специй, бросать крупу передумал и оставил густой и жирный бульон в своем естественном виде. После того как поел и собрал вещи на всякий случай сменил место, на тот же случай при этом проверился насчет слежки и затер с помощью магии квелья следы и лишь только потом открыл дверь в ''Холм''. Впереди его ждали еще три крепости и сам охранявшийся не хуже чем любая из крепостей рудник, а в ближайшем будущем здоровый десятичасовой сон.
Третья глава
Старые шахты дварфов, ныне территории, контроль над которыми условно принадлежит союзу племен бук.
Вар Пьяный Тигр.
— Здорово, Хррумкаслип. Как жизнь, как жены молодые, не затрахали тебя еще?! А то смотри, в твои годы напрягаться вредно — если перенапряжешься на одной из них и окочуришься, с кем мне дела вести? — Вар по-свойски поприветствовал представителя совета шаманов бук, отвечавшего за торговлю с их кланом.
— Не беспокойся, полуорк, лучше за собой последи, а меня надолго еще хватит — я еще тебя переживу! — в той же манере ответил ему выглядевший дряхлым старцем, но двигавшийся подобно танцору шаман, недавно обзаведшийся двумя новыми женами, эффектно выглядевшими (для бук) сестрами-близняшками 15-и лет.
— Ну смотри, поверю на слово. Выпьешь? — Полуорк хлебосольно сделал приглашающий жест, проведя рукой над плоским камнем, который служил столом и был уставлен тарелками с разнообразными закусками и открытыми бутылями с вином и пивом, уже успевшим частично переместится в бездонный желудок накрывшего поляну полуорка.
Гоблин не заставил просить себя дважды и первым делом набулькал себе вина, вылив целую бутылку в предназначавшуюся для пива кружку, во вторую руку взял изрядный шматок нежнейшей буженины и с явно видимым наслаждением принялся поочередно прикладываться и к тому, и к другому. Вар остался верен пиву (каким бы замечательным не было вино квелья, но и оно надоедает, если иметь к нему неограниченный доступ), в свою очередь закусывая пенный напиток копчеными крылышками и порезанной до прозрачной тонкости бастурмой, называвшейся в Серединном мире иначе, но от этого не ставшей менее вкусной. Некоторое время полуорк-игрок и гоблин-бука активно работали челюстями, помимо примитивного утоления голода выполняя необходимый ритуал ''разделенной пищи '', а затем шаман, отдавая дань уважения предоставившему угощение полуорку, вежливо срыгнул и довольным голосом поинтересовался: