Шолох. Витражи лесной столицы
– Да-да, вот о «тварюге» поподробнее, пожалуйста, – авторитетно закивал Полынь.
– Да это дух-охранник из Башни. – Фэнси тяжело вздохнул, садясь обратно. – Он сторожил бутылки с зельем. Еще когда мы их крали, он начал чудить: предметами в нас кидать, порывами воздуха сшибать. Совлер тогда нас магическим щитом прикрыл, и мы свинтили из Башни по-быстрому, а на улице Совлер еще и как-то хитро следы запутал. Казалось, дух отстал и больше нас не побеспокоит. Но, как выяснилось позже, отстал он только в скорости – а через пару дней выследил нас. Явился сюда, мы как раз сидели и зелье по колбам разливали. И что бы вы могли подумать? Стоило нам самим попробовать зелье и поменяться телами, как мы его увидели!
– Этого духа? – уточнила я.
– Да! – Фэнси закивал. – Он немного похож на элементаля, но ухмылка – как у бандюгана из самой грязной подворотни.
Полынь заклинанием остановил очередной предмет кухонной утвари, с грохотом сорвавшийся с места и направившийся в голову Фэнси.
В тот день, поменявшись местами и поняв, что в таком состоянии они видят духа, Фэнси и Совлер решили его полноценно изгнать: иначе было неясно, как долго еще он собирается за ними таскаться и мстить за кражу. Студенты отправились в уединенную кленовую рощицу на холме Форрен-Мур, и там Совлер (находясь при этом в теле Фэнси) провел обряд изгнания. Однако то ли Совлер был не таким хорошим колдуном, то ли свою роль сыграло нахождение в теле юриста – так или иначе, духа не удалось выдворить как следует. Уже через неделю он приперся снова – прямо сюда, домой к Фэнси, на которого, видимо, теперь персонально точил зуб.
– И вот он постоянно творит какой-то беспредел, – жаловался Фэнс. – У меня в комнате уже ни одного неразбитого сувенира не осталось. И спать не могу: он хватает подушку и порывается меня придушить.
Я вскинула брови:
– А почему вы с Совлером не изгоните его еще раз?
– Совлер уехал из Шолоха на какие-то курсы на две дюжины дней, – закатил глаза Ливарри. – Я попытался нанять для этой задачи профессионального заклинателя, но мне сказали, что невидимый дух – это повышенный уровень сложности, тех, кто умеет с ними обращаться, не так много, и придется встать в очередь ожидающих клиентов. Пока они все это мне объясняли, я вдруг сообразил, что кто-нибудь может и понять, что это не просто тварь, а дух-охранник из Башни. Еще посадят меня в тюрьму за воровство, мало ли. Вот я и жду, когда Совлер вернется. Что делать-то.
Полынь задумчиво покивал в ответ на слова студента и побарабанил по подбородку пальцами.
– Господин Фэнси, у меня есть к вам предложение, – наконец сказал он. – По удачному стечению обстоятельств, я умею изгонять духов. Причем качественно. Навсегда.
– О, правда?! – так и подскочил студент.
– Да. Как вам такая сделка: уже сегодня к вечеру этот дух не будет вас беспокоить, но в ответ вы отдадите мне нераспроданные порции зелья, а также перечислите всех, кто его брал. После чего всю вашу компанию ждет уютное чаепитие с моим братом – ну, да большой толпой будет не так страшно, как поодиночке, не правда ли? Хотя конкретно у вас, конечно, будет вечеринка с продолжением.
Фэнси поморщился, очевидно, представив, сколь много чудных мгновений принесет ему эта «вечеринка».
– А вы точно изгоните духа? – вздохнул Ливарри. – Я уже мечтаю нормально выспаться!
– Точно, – пообещал Полынь.
Они пожали друг другу руки, после чего мой напарник сказал студенту выметаться.
– Что?! – в равной степени поразились мы с Фэнси.
– Это мой дом вообще-то!
– Это же его дом, Полынь!
– Да не из дома, а из кухни, – вздохнул Внемлющий, кажется, слегка оглохший от нашего кудахтанья. – Я так понимаю, Фэнси, если вы уйдете, дух покорно уплывет за вами. Ну или непокорно – как у него принято. Но нам с Тинави нужно подготовиться к изгнанию. Не мешайте, пожалуйста.
– Ла-а-а-а-адно, – с подозрением протянул студент.
Когда за ним закрылась дверь, Полынь вытащил из складок хламиды колбу с зельем и откупорил ее.
– Ну что, душа моя, – подмигнул он. – Кто из нас первый капнет туда своей крови?
– Эй-эй-эй! – я так и подскочила. – Мы что, будем меняться телами?!
– А как еще ты предлагаешь изгонять духа, если его можно увидеть только под действием зелья?
Я с укором посмотрела на своего невинно хлопающего глазами напарника. Каким бы прекрасным актером ни был Полынь, удивление он играет паршиво.
Вообще, мне следовало с самого утра понять, что этим все закончится: еще в тот момент, когда Внемлющий якобы в шутку предложил поменяться телами втроем – со мной и Вереском разом. Да, он тогда изобразил, что это всего лишь хиханьки-хаханьки, но. Знаете, если Полыни в голову придет какая-то идея – даже мельком, – он, скорее всего, однажды воплотит ее в жизнь. Рано или поздно, в том или другом виде. Просто потому, что он ужасно упертый и любопытный парень и жизни проще показать ему то, что он возжаждал увидеть, чем потом долгие годы отбрыкиваться от его фантазий.
И опять же, не могу не признаться: мне самой было до ужаса интересно.
Рациональная и осторожная часть меня рекомендовала не заниматься такими сомнительными вещами, тем более с Полынью, но пытливая и «движушная» часть (а она всегда была больше по размеру) жаждала приключений.
– Ну хорошо, давай! – наконец перестав изображать возмущение, всплеснула руками я и с горящими от предвкушения чего-то необычного глазами бросилась к подставке с ножами.
Ссссщьх – привет, тоненький порез на указательном пальце. Капелька моей крови упала в зелье, а вскоре ее догнала кровь Внемлющего.
Полынь старательно закрыл крышку и потряс колбу.
– Интересно, как именно все случится? – протянула я, глядя на то, как желтовато-розовый цвет жидкости превращается в черно-бирюзовый. – Мы упадем в обморок или.
Я не договорила, так как меня на мгновение повело, как при головокружении. Схватившись рукой за край стола, я часто-часто заморгала, а когда зрение прояснилось, посмотрела на эту руку и.
От неожиданности вскрикнула.
Мужским голосом. Очень знакомым, принадлежащим не кому иному, как моему бессменному напарнику.
– Ты чего орешь?!
Стоявшая напротив девушка казалось совсем не такой, какой я привыкла видеть ее в зеркале. Надо же. Это я всегда так выгляжу со стороны? Или дело в том, что Полынь, переселившись в мое тело, мгновенно передал лицу свою мимику?
– От внезапности. Пепел! – я как зачарованная смотрела на свои, теперь мужские, пальцы в перстнях и кольцах. Потом перевела взгляд на многочисленные тяжелые браслеты. – Полынь, ты как вообще ходишь с таким весом на конечностях? Тяжело же!
– Возвращаю вопрос. Тебя по жизни ветром не сносит, малек? Мне кажется, если я сейчас подпрыгну, то впишусь макушкой в потолок, – хмыкнул Внемлющий, подбоченившись и как-то подозрительно кокетливо глядя на меня снизу вверх. Только не говорите, что у меня обычно такой взгляд!.. Что за игривость, хей?!
Перестав болтать, мы с Полынью очень долго и изучающе смотрели друг на друга. Не помню, чтобы когда-нибудь прежде у нас случалась настолько вдохновенная игра в гляделки. Будь здесь Марах и Плюмик, чемпионы по неморганию, думаю, даже они позавидовали бы нашему упорству.
– Знаешь, Полынь, – наконец озадаченно протянула я, – мне всегда казалось, что сила твоего безумного взгляда в самих глазах. Они же у тебя такие темные, глубокие, однако. Оказывается, ты и с моей анатомией можешь прожечь в собеседнике пару удручающих дырок.
Полынь фыркнул, вскинул бровь и эдак небрежно смахнул со щеки прядку красновато-каштановых волос.
– У тебя тоже вполне подходящие глаза для убийств, Тинави, – сказал он, находясь в теле, которое я привыкла считать своим и в котором он сейчас вдруг начал активно хрустеть всеми пальцами по очереди. Я поперхнулась: он мне там ничего не вывихнет, гений?..
– Хей, Внемлющий, убавь энтузиазм, будь добр!
– Я проверяю доставшееся мне тело, – хмыкнул он. – Заклинания изгнания ведь придется плести мне. Как у тебя с ловкостью пальцев, м?