Маска служанки (СИ)

— Да, за дворцом на холмах, — заговорщицки отозвалась Юнка.
— Тогда пойдемте веселиться без надзора этих господ.
Мои подруги радостно улыбнулись и закивали, а я почувствовала укол совести. Пускай, я и пробыла среди высокородных совсем недолго, но среди них я чувствовала себя вполне комфортно. Нервишек, конечно, поубавилось, да и организм привык постоянно вырабатывать адреналин, но моя жизнь определенно стала более насыщенной.
Однако я натянула капюшон, скрывавший мое лицо наполовину и пошла за подругами. Юнка провела нас к другому выходу из замка, и мы тут же увидели на возвышенности пепелища сразу нескольких костров. Мы быстро смешались с толпой, а я все жадно оглядывалась по сторонам.
— Что ты высматриваешь? — спросила Юнка с любопытством.
— Ищу своих друзей… — не глядя на нее бросила я.
Я приблизилась к музыканту с причудливым инструментом, который я никогда раньше не видела, когда Инона положила руку на мое плечо и прошептала:
— Я бы на твоем месте не очень торопилась раскрывать нам все свои карты… особенно Юнке. Учитывая, какое положение ты теперь занимаешь. Сегодня все-таки ночь костров. И нами завладевают сильные эмоции.
О чем это она? Неужели дружеская ревность? Никогда не думала, что мне придется с этим столкнуться.
— Да все в порядке. Вы же мои подруги, и я рада с вами всем делиться. Я все та же Лисса. Мне нечего от вас скрывать, — солгала я, дружески похлопав Инону по руке и поспешила вперед.
Пускай на людях здесь не было роскошных нарядов, украшений и искусных масок, но они всё так же водили хороводы, пели, плясали и играли на музыкальных инструментах. Пили они, конечно, не то пряное вино, которое я попробовала во внутреннем дворе, а кислый яблочный сидр и крепкие ягодные настойки, но я с радостью отхватила пару кружочек и того и другого. Лишь бы только избавиться от горького привкуса унижения, оставленного встречей с Мидеусом.
Подумать только, а ведь он сын королевы ветров. По сути принц, пусть и не наследный. Но его воспитание и поведение явно отличались от Робайна. Хотя, откуда мне знать, как принцы и принцессы ведут себя с теми, кого считают ровней?
Не смотря на праздник, мое лицо становилось мрачнее тучи с каждой секундой и с каждым выпитым напитком. И даже маска едва ли могла это скрыть.
Где бы я ни была, я всюду чувствовала себя чужой. На балу я чувствовала себя самозванкой. На Белтейне у господ чувствовала себя беззащитной марионеткой, служанкой. А на пирушке у слуг чувствовала себя капризной госпожой, которой просто захотелось поразвлечься не как всем. При любом раскладе я носила на себе маску. Просто сегодня она стала осязаемой.
И как по мановению волшебства, в ту же секунду моя маска отпала с моего лица.
— Полночь! Ура! — послышались радостные хмельные возгласы.
Люди с задором принялись кидать символы животных в костёр. Я тоже кинула свой в пепелище, но с долей какой-то досады. Теперь я чувствовала себя совсем голой.
Однако, знакомый силуэт в толпе напомнил мне, что были те, с кем я чувствовала себя сама собой. И хотя мое сердце бешено заколотилось, на душе моей стало спокойно, когда я увидела Ортиса.
Он тоже мня заметил. И его взгляд ощущался как возвращение домой.
Без лишних слов, я понеслась к нему через всю поляну, сверкая босыми пятками, и запрыгнула на Ортиса, обхватив его руками и ногами. Полуэльф рассмеялся, подхватив меня за талию.
— Я так рада, что нашла тебя здесь! — обняла я друга и прижалась к его лицу.
В ответ он поглядел меня по макушке, а затем отстранился, пристально вглядываясь в мое лицо. А затем подался вперед и поцеловал меня в губы.
На мгновение я опешила и тут же отпрянула.
— Что ты делаешь?
— То, что должен был сделать уже давно. Хватит ходить до около.
Вот так просто. Сказать, что я не была готова к подобному- ничего не сказать.
Он снова потянулся ко мне и его мягкие пухлые губы накрыли мои. По моему телу разлилось тепло, и я неуверенно ответила на поцелуй. Но тут же отпрянула снова.
— Мои губы… они не посинели? На тебя не накладывали никаких… заклятий?
 
— О чем ты говоришь? — нетерпеливо ответил Ортис, — С твоими губами все в порядке.
Видимо, сильные мира сего не учли, что одна из невест принца может сбежать на холм и целоваться с каким-то никити. Я облегченно вздохнула.
Ортис нетерпеливо погрузил свои пальцы в мои волосы и сжал их, оттягивая мою голову назад.
Он принялся с осторожной нежностью касаться моей шеи губами, усыпая ее поцелуями. Новая волна жара начала разливаться по моему телу, а накопившееся за сегодняшнюю ночь желание, начало рваться наружу. Я шумно выдохнула, а Ортис, приняв это за согласие, принялся целовать мою шею уже не так невинно, лаская кожу языком и прикусывая зубами.
Ой, да какого черта! Почему бы и нет!
Я с жадностью припала к его губам. Это был долгий и глубокий поцелуй. Такой, от которого дух перехватывает, а сердце бьется в груди быстрее. Я обвила руками его шею, а Ортис сжал пальцами мои бедра. Я всегда чувствовала между нами какую-то нежность и связь. Но теперь это невинное детское чувство обратилось страстью, от которой кровь кипит по венам.
Ортис с недовольством оторвался от меня.
— Не здесь. Я знаю одно укромное место. Там нам не помешают.
Полуэльф перехватил меня поудобнее и, не отрываясь от поцелуев, понес куда-то подальше от света костров, шума праздника и посторонних глаз.
Я не видела, куда мы направлялись. Я продолжала обнимать его, зарывшись пальцами в его волосы, взлохмачивая шевелюру и шепча на ухо всякие непристойности. Мы остановились, лишь когда я почувствовала за своей спиной прохладу металлической двери.
— Что это за место? — удивленно обернулась я, увидев за своей спиной небольшое симпатичное строение.
— Что-то вроде мастерской, — произнес Ортис, ставя меня на землю, — Там сейчас хранятся сухие паленья, травы, маски и прочие приготовления для Белтейна. В том числе и бочки с сидром, — хитро подмигнул он.
— Даже так, — хихикнула я.
Ортис потянул дверь за металлическое кольцо, служившее ручкой, и та бесшумно отворилась. Не заперто? Нам же лучше!
Мы вошли в полумрак и в лицо мне тут же ударил запах пряностей. Еще на пороге Ортис обнял меня сзади принялся покрывать мою шею и плечи поцелуями. Застежки моей туники ему мешали, поэтому он отстегнул их, приспустив струящуюся ткань вниз по моим плечам. Как бы я не наслаждалась процессом, было здесь что-то, что меня настораживало. И пусть мои глаза еще не привыкли к темноте комнатушки, но я услышала какие-то звуки.
— Здесь кто-то есть, — настороженно произнесла я, изо-всех сил вглядываясь в темноту.
— Кажется, это место уже занято.
В дальнем углу мы увидели парочку. Занятые страстными поцелуями, они не заметили, как мы вошли, но по белой коже и волосам я тут же узнала Саншу. Она сидела на столе, обхватив ногам за талию мужчину с голым торсом. Он стоял к нам спиной, и мы не видели его лица. Лишь мускулистую спину, на которой Санша в порыве страсти оставила несколько красных полосок от когтей. Но даже так, при одном взгляде на его руки я заметила неаккуратный рваный шрам от раны, который я мгновенно узнала. Именно там повредил себе руку сильф Киан, когда я загнала его в охотничью ловушку в лесу.
Меня словно ударило током. Не говоря ни слова, я развернулась и побежала прочь, в небольшую рощу за пристройкой. От увиденного к горлу подкатывал ком тошноты. Подолы моего плаща цеплялись за ветки, длинная туника порвалась, а ноги хлестала высокая трава. Но я бежала и бежала. Подальше от увиденного. Подальше от горечи и разочарования. Бежала, пока не выбилась из сил. Тяжело дыша, я согнулась и уперлась ладонями в колени. Мое сердце жгла обида, а разум отказывался верить увиденному.
Санша… как она могла! Да будь сегодня хоть трижды Белтейн, только не с ним! С кем угодно, но не с тем, кто положил конец нашей счастливой жизни! Не с тем, кто стал причиной стольких наших бед. Моих бед!