Маска служанки (СИ)
— Как с чего? Сегодня же Белтейн! Разве ты не чувствуешь? — с этими словами он взял мою руку и прокрутил меня вокруг своей оси, — Это витает в воздухе, которым мы дышим. Это есть в земле, по которой мы ступаем. Оно накрыло нас всех с головой и заставляет глаза блестеть, щеки краснеть, а ноги безудержно танцевать.
— Ты про алкоголь? — хмыкнула я.
— Ты ни разу до этого не была на Белтейне, Лисса? — удивился Мидей.
Я отвела взгляд и молча кивнула. Дался им всем этот Белтейн и то, что я в нем не участвовала!
— Ну тогда позволь показать тебе, — с хищной улыбкой он откинул меня назад, галантно придерживая за спину.
Мидей склонился надо мной, сверкнув черными глазами, потянувшись к моей шее. Он медленно и нежно провел своим носом от моей ключицы до мочки уха, выдыхая горячий воздух. Мне казалось, что его губы вот-вот коснуться моей кожи, но они замерли на расстоянии ничтожного миллиметра.
Мои зрачки расширились, а лицо стало пунцовым. Но это был не стыд отвращения, который я ожидала почувствовать от его прикосновений. Это были жар и желание.
Мидеус медленно притянул меня к себе, зарываясь белыми пальцами в мои разметавшиеся волосы и снова зашептал мне в ухо:
— Это все Белтейн. Он опутывает тебя своими чарами, освобождая все мыслимые и немыслимые желания.
Словно не сдержавшись, Мидеус нежно прикусил мочку моего ухо, а я в ответ смогла лишь шумно вздохнуть.
Он выпрямился, оказавшись на голову выше меня, и посмотрел мне в глаза:
— Соблазнительным чарам ночи костров сложно противиться любому.
Поддавшись какому-то наваждению, я привстала на цыпочки, подавшись вперед и, наверное, поцеловала бы его, но Мидеус отпрянул.
— А вот этого не надо Лисса, — его голос сделался серьезным и резким, — На каждом благородном муже, из присутствующих здесь лежат чары. Если ты ответишь на чей-то поцелуй или того хуже, поцелуешь сама, то твои губы в тот же миг окрасятся синим. Этого-то и добивается королева. И как только наш танец закончится, на мое место встанет другой. Он будет не таким сдержанным как я и точно воспользуется праздничным наваждением.
— Тогда забери меня отсюда, — попросила я.
Мидей снова ухмыльнулся. Долго упрашивать его не пришлось.
— Тогда разыграем этот спектакль как положено!
С этими словами он поднял меня на руки и перекинул через плечо, а я залилась игривым смехом, изображая флирт. Толпа расступалась перед нами, одобрительно улыбаясь. Интересно, скольким из них было наказано соблазнить меня? Лишь когда звуки музыки и голоса стали стихать, а костер остался далеко позади, Мидеус опустил меня на траву.
Мне тут же стало зябко, а веселости и дурмана в моем сознании поубавилось. Хотя не скрою, я ощущала его легкое воздействие даже здесь.
— Скоро наступит полночь, и маска спадет. Тебе следует сжечь ее. Предки приносили в жертву огню целое животное, но мы лишь отдаем дань традиции и кидаем в костер звериные маски. Чтобы никто ничего не заметил, твою тоже должно поглотить пламя. И хотя полночь- время для ритуала, однако наваждение будет витать в воздухе до самого рассвета, — объяснил Мидеус, — Я советую тебе вернуться в свои покои, запереться там и не выходить до самого утра. Кто же знал, что поддаться искушению тебе будет так просто! — насмешливо добавил он.
От этих слов меня охватило чувства стыда и злости. Мой нос сморщился, губы скривились, а брови сошлись на переносице.
— Мог бы и на словах все объяснить, — недовольно проворчала я, когда мы подходили к замку.
— И видеть, как ты опозоришься? Прости, но это было куда более заманчиво, чем весь Белтейн, — засмеялся лорд.
Во мне загорелось безудержное желание отвесить ему пощечину. Он же знал, что я никогда не бывала на подобных праздниках и нарочно воспользовался моей неопытностью. Подумать только! А я еще и сама полезла к нему целоваться! Пускай он и уберег меня от провала в этом испытании, но я начинаю сомневаться, что подобное унижение перед напыщенным хмырем того стоило!
— Зачем вообще тебе понадобилось мне помогать и предупреждать обо всем! — зло выпалила я.
— Мидея попросила приглядеть за тобой. Вы ведь вроде с ней теперь подружки, — фыркнул молодой лорд, — К тому же, ты можешь нам еще пригодиться.
— Да, будто я какой — то инструмент или вещь. Карманная безделушка! — я раздраженно зашагала вперед, но Мидеус остановил меня.
Он взял меня за руку, хотя я и противилась этому. Ровно до того момента, пока не увидела силуэты стражей у ворот замка.
— Играем спектакль до конца, — сказал Мидеус снова скрепляя наши пальцы в замок, — Иначе окажется, что позорилась ты сегодня напрасно.
И так, рука об руку мы вошли в холл смотрящих в полной тишине.
Глава 11
Спалите сердце мне в своем огне, исхитьте из дрожащей твари тленной
Усталых дух: да будет он храним в той вечности, которую творим.
Зал опустел, не считая нескольких слуг, смахивающих остатки былого великолепия в мусорные холщовые мешки. А все что оказывалось не тронутым они смахивали себе в карманы.
— Что ж, тут я тебя покину, — произнес лорд, отпуская мою ладонь, — Архивариусу Говальду нужно выспаться. Завтра его ждет ранний подъем.
Длинными пальцами Мидеус подцепил закупоренную бутыль медового вина, стоявшую на одном из неубранных столов, и с хозяйским видом направился в королевское крыло.
Я тоже собиралась уходить, но за углом столкнулась с капитаном Сурианом. Этого настырного мужчину я узнала даже под золотой маской барсука. Он улыбнулся во все тридцать два зуба, увидев меня. Словно все это время поджидал.
— Леди так рано покидает наш праздник, — вкрадчиво произнес он.
Суриан приблизился ко мне и, протянув руку, пытался обхватить меня за талию, но я увернулась.
— Даме всего лишь нужно пойти в свою комнату, чтобы припудрить носик, — я растянулась в вежливой улыбке.
— Может, я могу к вам присоединиться? — снова спросил он, проводя пальцем по моему обнаженному плечу.
— Тоже хотите припудрить носик?
— Нет, пойти в вашу комнату, — Суриан приблизился ко мне.
Даже под чарами этой ночи я не находила в нем ни капельки привлекательности.
— Не стоит, — холодно ответила я, пытаясь проскочить мимо него.
Но он снова вытянул руку, в очередной раз обнимая меня за талию, но я оттолкнула его.
— Я сказала не стоит, — резче повторила я и побежала вперед по коридору, в южное крыло невест.
О, Великие, да что с ними со всеми не так? Неужели среди всех этих аристократов не найдется ни одного, кто бы понимал чувства девушки?
Оставшись одна, я почувствовала себя совершенно опустошённой. Настроение снова испортилось, а заканчивать вечер таким образом не хотелось. Особенно прятаться в такую ночь в своих покоях. Поэтому я задумала хитрость.
Благо, я знала, что королевский двор — не единственное место, где сегодня жгут костры.
Добравшись до своих связных сережек, я вызвала Инону, приказав ей захватить с собой ее синий плащ. Вскоре мы встретились с ней и Юнкой в моих покоях.
Было видно, что они примчались сюда с праздника. Обе мои подруги были взъерошенные и раскрасневшиеся. На них были белые хлопковые платьица просторного покроя, а головы украшали венки. В руках они держали деревянные маски: Инона- бурундука, а Юнка- зайца. Выходит, маски закрепляли чарами только на нас, а простым смертным это было вовсе не обязательно.
— Почему вы… то есть ты, здесь? Почему не празднуешь? — спросила Инона, протягивая мне свой плащ камеристки. А ведь я так надеялась, что больше мне не придется его носить.
— И зачем тебе это тряпье? У тебя такой красивый наряд, — сказала Юнка, когда я накинула плащ себе на плечи, — Да и праздник в самом разгаре.
— Не хочу я веселиться с этими высокородными снобами. Вы ведь знаете, где проводят праздник для … менее благородных обитателей замка?