Ник. Цикл (СИ)

Внутри было не так уютно, как представлялось снаружи. Полутемное помещение, чад от факелов – ни следа Искусства. Старик под удивленные взгляды редких посетителей надел свою маску-фильтр, чтобы не закашляться от дыма.
С едой тоже была беда – никакой похлебки. Зубов у Толлеуса давным-давно не осталось – он даже вкус мяса забыл. От вина шалило сердце. Пришлось заказать лепешки и размачивать их в молоке.
Раньше, когда искусник жил дома, больших проблем с питанием не было. Он сам себе готовил кашу или похлебку. Теперь, когда провиант приходится покупать, нужно что-то придумывать. Жаль, не существует плетения, способного размягчать пищу. Может, все же сделать какой-нибудь аппарат с железными зубами?
От этих мыслей Толлеуса отвлек господин в дорогом кафтане, с золотым знаком гильдии купцов Оробоса на груди.
– Простите, это не ваш голем стоит там у входа? – спросил он.
Старик даже улыбнулся: у искусников нет големов.
– Ну деревянный, на жука похож? – по-своему интерпретировал купец молчание Толлеуса. – Мне показалось, именно вы слезали с него.
– Да, это мой «жук», – признался старик. Как-то в голове плохо укладывалось, что он сделал голема. Была обычная повозка, ею и осталась, только обзавелась лапами вместо колес и движется за счет маны. Впрочем, незнакомец прав, действительно чем-то смахивает на голема. В действительности и близко непохоже, но если судить по внешнему виду – да, голем.
– Интересная конструкция! – воодушевленно продолжил купец. – Я каждый год езжу на турнир големов. Думал, все повидал. А меня удивили! Наверное, как раз едете на турнир?..
В Широтоне, столице Оробоса, ежегодно проводился турнир големов. Любой чародей мог принять в нем участие, представив свое творение и подав заявку.
Искусники никогда там не выступали. Но это и не запрещалось. Купец уверял, что в посольстве без проблем дадут приглашение, если Толлеус захочет попробовать свои силы и поспешит: отборочные этапы начинаются буквально через месяц.
Соревнования – удел беспокойной молодежи. Но оказаться в Оробосе – это было заманчиво. Еще вчера искусник даже не думал попасть за границу. Однако затеряться на просторах Кордосской империи можно позже. А вдруг в стране чародеев удастся разузнать про целебные амулеты, про остальные изобретения, которые старик подсмотрел в видениях? И даже некогда вбитый в голову императив: «Кордос – все, остальное – ничто» – почему-то не подал голоса.
– Заманчиво… – бормотал старик, обдумывая ситуацию. – Отчего бы не попробовать?..
Посольством оказалась маленькая красивая крепость, обнесенная высоким каменным забором. В такой при желании, особенно учитывая отношения двух государств, можно долго держать оборону. Толлеус опытным взглядом окинул систему фортификации и невольно залюбовался красотой постройки: отшлифованные едва не до зеркального блеска стены, золоченые шпили на остроконечных крышах, великолепная отделка из декоративного камня разных оттенков – от белого до розового, – ажурные каменные переходы между колоннами-башнями.
Попасть на прием оказалось непросто. Дальше внутреннего двора крепости старика не пустили. Слишком фонило Искусством от жилета и посоха. Да еще диковинный деревянный «жук».
Сдавать реквизит не пришлось. Очевидно, искусники здесь бывали нередко, для них была разработана специальная схема. Во двор вышел совсем молодой щеголь – поговорить с визитером.
Старик неодобрительно покосился на разодетого парня с надменной осанкой.
Увидев «голема» и узнав, что искусник хочет принять участие в турнире, парень не смог сдержать ухмылки. Попросив подождать минутку, он умчался внутрь, не закрыв дверь.
Толлеус ждал. Наконец послышались тяжелые шаркающие шаги.
– Если все так убого, как ты говоришь, то приглашение стоит дать. Хорошая возможность макнуть их Искусство в грязь, показать несостоятельность кордосских разработок… – донеслись слова.
Шаги стали громче. Наконец в двери показался седовласый старик в черной мантии, за ним следом семенил давешний юнец. Седой – судя по ауре, явно чародей – критически осмотрел «жука», покивал своим мыслям и подал знак щеголю.
 
– Возможно, мы дадим вам приглашение на турнир. Только нужно соблюсти формальности. Какой категории ваш голем?..
Толлеус не знал. Купец про это ничего не говорил. Видя замешательство искусника, юнец задал наводящий вопрос:
– Оно само ползает?
– Нет, я им управляю, – напрягся старик. Ему показалось, что это может послужить причиной отказа.
Оказалось, ничего страшного.
– Значит, требуется контроль. – Юнец черканул галочку в бумаге. Потом задумчиво посмотрел на самодвижущуюся повозку и сделал еще одну отметку, пробормотав: – На человека непохож… В каких номинациях заявляетесь? Единоборства, длинная миля, полоса препятствий?..
Старик пожевал губами, прикидывая. Выбрал только полосу препятствий: его «жук» неплохо показал себя на болотах.
– И последнее: в чем его особенность? – поднял на Толлеуса взгляд щеголь. – Что он умеет делать?
Искусник задумался.
– Мой голем не падает, – наконец сказал он.
У ворот заржали стражники, которые слышали этот разговор. Даже седовласый не сдержал усмешки.
– Так и запиши! – резюмировал он.
Вид «жука» для соревнований не подходил. В посольстве сразу заявили: голем должен быть поприглядней, нечего вывозить за границу засохшую болотную грязь. Кроме того, у каждого творения должно быть имя, чтобы грамотные зрители могли его прочитать. И картинка-эмблема – для прочих. Имена чародеев в названии обычно не афишировались. Как правило, представлялся образец от чародейской школы, а не от конкретного мастера.
Толлеуса записали именно как «Толлеус из Кордоса». Вроде как личная инициатива одного человека, но империю тоже приплели. Искусник не возражал. Пусть пишут что хотят, лишь бы через границу пропустили. По этой же причине он выполнит и все требования соревнований. Да и перед соседями позориться не хотелось. Идея выглядеть достойно так старательно вбивалась в головы искусников, что старик готов был потратить кое-какие деньги и время, дабы придать своему творению приличный вид. В голове роились мысли о доработках и об усовершенствовании. Толлеус покатался по болоту, теперь по городу. Чувствовал – «жук» требует изменений. Надо что-нибудь сделать с управлением. Голем упорно отказывался самостоятельно ползти по прямой, рыская носом. Приходилось все время не смыкать глаз над посохом, понукая «жука» то вправо, то влево. И вообще этот пробный экземпляр был собран из подручного хлама, пусть и на волне озарения…
У постоялого двора Толлеус отловил уличного мальчишку и, сунув медную монетку, отправил того за плотником и кузнецом. Потом долго объяснял им свой заказ: сделать «жуку» хорошие лапы с коленями. У всех животных есть суставы, поэтому они двигаются ровно и плавно. Голему сейчас этого ой как не хватает. Вдобавок «жук» смог бы приседать и подниматься – старику порядком надоело карабкаться на метровую высоту.
Если уж менять остов разбитой повозки, то на что-нибудь более удобное. Идеально подошла бы большая лодка. Только где же ее взять? Город не портовый, даже реки нет.
Старик почесал лысину. В голове появился образ подходящей замены. Плотник пообещал сделать большую купальню, укрепить ее и просмолить снаружи. Для плавания такая посудина не годится, а вот как тело «жука» – в самый раз. Бадья значительно меньше повозки, зато и «жук» станет более верткий, в любой проулок пролезет.
Критически осмотрев полученную купальню – деревянный таз метровой ширины, Толлеус погрустнел. Одному-то внутри не тесно, а если еще лавочку сделать, то даже удобно. Но вещи погрузить некуда. Влезет только какая-нибудь мелочь. С другой стороны, конструкция обещала быть юркой, а для города это очень важно. В конце концов, для дальних переездов есть лошадь. Путешествовать по стране на големе – маны не напасешься. Он хорош для поездок на короткие расстояния, чтобы не истязать больные ноги. Хорошо бы еще научить свое изобретение двигаться внутри зданий, но это лишь мечта – тогда и габариты, и маневренность нужны совсем другие.