Я вам не Сталин… Я хуже! Часть вторая: Генеральный апгрейд (СИ)

Сперва замешкавшись, Носенко:
- Я поговорю с инженерами.
Чуть ли не умоляюще:
- Скажите им: товарищ Сталин шибко сильно просит…!
Несколько изменив тон:
- …И он очень хорошо помнит о тех, кто выполняет его просьбы.
Я не договорил, но тут бы и северный олень догадался бы:
«…И не забывает о тех, кто на эти просьбы кладёт».
После неловкой, но слава Марксу – недолгой паузы, возвращаюсь к той же теме:
- Что-то там ещё? Над чем ещё работают ваши КБ? Говорите, не стесняйтесь.
- Отечественные гидроакустические станции «Тамир-1», предназначенные для противолодочных кораблей сильно уступают по параметрам английским и американским и, вместо них разрабатывается гидроакустическая установка «Арктур MV–II» с дальностью действия до 70 кабельтовых.
- Конечно, надо работы над ней продолжить.
Понизив голос, Носенко таинственно:
- Товарищ Сталин! На предприятиях Главка систем управления НКСП проводились лабораторные исследования и экспериментальные работы по созданию аппаратуры самонаведения…
- Что именно «самонаводить» собрались товарищи из Главка?
Вытаращив глаза, шепчет:
- Торпеду.
Немного поразмышляв, вспомнив кое-что из «послезнания», даю «зелёный свет»:
- Ну что ж… Немцы тоже работают над «акустической» торпедой с электродвигателем, наводящийся на шум винтов корабля. Думаю и англичане с американцами тоже двигаются в том же на правлении…
Увидев изумлённые глаза, продолжаю:
- …Так почему бы и нам не последовать их примеру? Вот только бы не повторилась ситуация с «телетанками» инженера Бекаури: обещаний от него мы слышали много, а дел видели – почти ноль.
***
В принципе, я пригласил Носенко не для этого. Это так сказать – отдалённые перспективы, а у меня на носу – 22-е июня.
И вот проблемка: всё наша с маршалом Бонч-Бруевич стратегия завязана на речных коммуникациях. А срастётся ли моя затея с самурайским «Дайхацу» - есть шарада, в которой сплошные неизвестные. Да и в любом случае надо подстраховаться, ибо народная мудрость гласит:
«На самурая надейся, а сам не плошай!».
После, как говорится «прелюдии», приступаю «к телу»:
- Товарищ Носенко! У нашего флота практически нет десантно-высадочных средств… И если через реки ещё можно раздевшись до трусов переплыть вплавь, то вот через даже небольшие проливы - этого не получится в принципе. Тем более, что на вражьем берегу бойцу в одних трусах делать нечего. Ему, как минимум нужна шинель, котелок, пехотная лопатка, винтовка, запас патронов и еды. И желательно, чтоб он воевал не один, а при поддержке собственной артиллерии и танков…
Развожу руками;
- …А всё это – железное, тяжёлое и плавать не может, от слова «категорически».
Взгляд Наркома стал заинтересованным:
- И что же делать?
Сделав большой глоток, прищурившись на него посматриваю:
- Слышали про «Эльпидифоры», товарищ Носенко?
- Как не слышал, конечно, слышал!
В преддверии как я думаю плана захвата черноморских проливов и Константинополя – идеи-фикс нашей элиты со времён первых Романовых, такие суда строились в России во время Первой мировой войны,
По задумке, они были способны брать на борт до тысячи пехотинцев с артиллерией, которые могли бы не замочив ног - высаживаться через специальную аппарель в носу. Вооружение тоже сравнительно серьёзное: три 102-мм орудия, два 76-мм зенитки и пулемёты.
Но не срослось!
Романовы на троне кончились быстрее, чем эти суда были достроены.
Три «Эльпидифора» были готовы в 18-м году и использовались белыми как минные заградители, сторожевики и тральщики, затем были угнаны в Турцию и там проданы.
Советской Власти досталось восемнадцать десантных кораблей на стапелях, из которых шесть переделали в танкеры, один в сухогруз и только пять вошли в состав Красного рабоче-крестьянского военного флота в качестве канонерских лодок.
Они участвовали в Великой Отечественной войне, в том числе и в качестве десантных кораблей. Правда, к тому времени аппарели с них куда-то исчезли и, морская пехота по старинке - сперва пересаживалась с корабля в шлюпки, а потом уже плыла к вражескому берегу.
 
Ну и не про какие «орудия поддержки» речь уже не шла, естественно.
- Все производственное мощности судостроительных заводов, конечно, танкисты не задействуют. На оставшихся же, приказываю как можно скорее начать производство «Эльпидифоров».
Чертежи имеются, действующие образцы – перед глазами…
Так что ещё надо?
- Если Российская империя - об отсталости которой, так долго говорили… Хм, гкхм… Смогла в военную годину спроектировать, заложить и почти спустить на воду почти два десятка судов, то почему мы не можем по уже готовым чертежам, спускать на воду хотя бы с десяток… В месяц?
- «В месяц»?!
- Да в месяц! И причём, начиная с мая этого года.
Вскрикивает:
- Это – невозможно!
Снисходительно похлопав по плечу:
- Не горячитесь, молодой человек! Через неделю в Соединённые штаты отплывает «Большое посольство»… Вы уже подобрали группу толковых специалистов от вашего Наркомата?
- Практически уже да. Осталось только…
Недослушав:
- Самым важным заданием будет побывать на верфи «Хог Айленд» в Филадельфии и ознакомиться с технологией поточного строительства судов, известного там ещё со времён прошлой мировой войны. Ну и узнать о более свежих новинках в судостроении, заключить долгосрочный договор о сотрудничестве.
В прошло году Британия заказала в Штатах шесть десятков судов и с этого началась история знаменитых транспортов «Либерти» - которых к концы войны, спускали по несколько штук в сутки. Первое будет готово в августе, а всего с 1941-го по 1945-й год было построено 2710 таких судов…
Надеюсь, американские судостроители поделятся с нами секретами поточного судостроения.
За деньги. 
***
Однако, это как говорится – «журавель в небе»!
А мне б прежде, хотя бы «утку» и, не ту что под кроватью - а которая плавает.
И вот тут я вспомнил, что Наркомат судостроения выпускал не только военные и гражданские суда, но и корпуса артиллерийских снарядов для сухопутной артиллерии (247 500 штук в 1940-м году), дизельные двигатели, стальной прокат и литьё, и…
Понтонные парки для инженерных войск.
И решил поговорить с Наркомом судостроительной промышленности, что называется «тет-а-тет». Можно было бы конечно и просто приказать… Но тогда он делал всё как «из-под палки».
- А расскажите ка мне товарищ Носенко о понтонных парках, который ваш Наркомат производит для Красной Армии.
Сказать по правде, понтонные мосты – не так мне были интересны (скорее – вообще не интересны) как танки, самолёты и пушки и, в прошлой жизни я как то на этой теме отдохнул…
С материальной частью инженерных войск, оказывается, в Красной Армии был полный ажур.
Его, конечно, не хватало - но найдите мне армию, где всего вдоволь и генералы не требуют ещё?
Таких армий не бывает, по крайней мере на нашей с вами голубой планете.
Понтонных мостов в РККА было великое разнообразие – на всяк вкус и цвет. Вот, например принятое на вооружение в 1938-м году «ТЗИ»…
Что это?
Переправочное средство под труднопроизносимым названием «Труднозатопляемое имущество» - собираемое из набитых сеном, соломой или стружками и так далее, мешкообразных поплавков из прорезиненной ткани. Перевозилось в кузове обычной полуторки, предназначалось для переправы через небольшие реки личного состава и лёгких пушек…
Забавно конечно, но меня не на шутку заинтересовал другой ништяк:
Тяжелый  понтонный парк «Н2П», по словам Наркома судостроения ССР – лучший в мире в своём классе. Спорить не стал, ибо про германские понтонные парки к примеру - я и того не знаю. Предназначен он для наведения наплавных мостов  грузоподъемностью от 16 до 60 тонн.