Агония (ЛП)

— О, хорошо. Что ж, полагаю, я поднимусь туда, мне нужно поговорить с ним. Пожелай мне удачи.
— Удачи? Она вам не понадобится. — Она улыбается и подмигивает.
Я расцениваю это как хороший знак, ведь она знает своего брата лучше, чем кто-либо другой, и если он со мной закончил, я полагаю, она будет знать, верно?
— Увидимся позже, — говорю я ей. Затем поворачиваюсь, чтобы направиться обратно к лифту.
— Ты все еще придешь сегодня на ужин, да? — спрашивает она, наполовину выйдя в коридор.
Я поворачиваюсь к ней, медленно идя спиной вперед.
— Думаю, это зависит от твоего брата.
— Ари, ты мой друг. Ты бы пришла, даже если бы он не хотел, чтобы ты там была, а он точно хочет, потому что этот упрямый осел без ума от тебя.
Еще одна порция надежды.
— Тогда до вечера, — говорю я ей с улыбкой.
Я поворачиваюсь вперед и иду к лифту. Он открывается, как только я нажимаю на кнопку. Видимо, он так и не опустился обратно. Я захожу в лифт и нажимаю кнопку двенадцатого этажа.
Я выхожу из лифта и вижу таблички на стене снаружи. Очевидно, тренажерный зал и парная находятся слева. Бассейн — справа.
Я следую по указателю, дохожу до двери и открываю ее. Она ведет прямо в зону бассейна. Здесь есть бассейн олимпийского размера. По обе стороны — стеклянные окна, из которых открывается прекрасный вид на город.
И Арес здесь единственный, кто сейчас плавает, удаляясь от меня.
Я отталкиваюсь каблуками и подхожу к бассейну, где жду, когда он закончит.
Он доплывает до другого конца бассейна и останавливается, положив руку на бортик, явно делая передышку.
Я стою здесь и жду, когда он увидит меня.
Он поворачивает голову, чтобы вернуться к плаванию, и наконец замечает меня.
Мы долго смотрим друг другу в глаза.
Я думаю, не собирается ли он подплыть ко мне, но он не подплывает. Он просто остается на месте, упрямый ублюдок. Поэтому я проглатываю свою гордость и иду по всей длине бассейна к тому месту, где он находится.
Я останавливаюсь перед ним и смотрю вниз. Капельки воды цепляются за ресницы и стекают по его лицу. Его темные волосы откинуты назад.
Боже, как он прекрасен.
— Привет, — тихо говорю я.
Держась руками за бортик, он смотрит на меня.
— Что ты здесь делаешь? Разве ты не должна быть на работе?
Я тоже рада тебя видеть.
— Мой отец дал мне выходной. — Я приседаю перед ним. — И я здесь, потому что ты сказал мне позвонить тебе, когда разберусь со своим дерьмом. Ну, я разобралась со своим дерьмом. Но решила прийти к тебе лично, а не звонить.
— Мммм. Точно. — Он кивает. — И как именно ты разобралась со своим дерьмом?
— Я рассказала о нас отцу.
Я замечаю удивление, которое быстро промелькнуло в его глазах. Он сомневался, что я это сделаю. Ну, не могу его винить за это. Я не дала ему повода доверять мне.
Наступает долгая пауза, прежде чем он что-то говорит. И когда он это делает, то говорит:
— Хорошо.
— Хорошо? — я нахмурилась.
— Это то, что я сказал.
— И что это значит?
— Я уверен, что у этого слова есть несколько определений в словаре…
— Ты такой уморительный.
— Я стараюсь.
— Боже, ты — настоящая задница.
— Ну, что именно ты хочешь, чтобы я сказал?
— О, я не знаю! — Я вскидываю руку в воздух. — Может быть, это здорово, Ари! Я знаю, как тебе, должно быть, было тяжело!
— Мне интереснее знать, почему ты не хотела говорить ему с самого начала — и не надо мне нести чушь о том, что он встанет между нами, потому что, если бы ты хоть немного верила в меня… в нас, ты бы никогда так не подумала.
Он прав. Но дело не в том, что я не верю в него. У меня нет веры в себя.
— Я… — Я выдохнула. — После первого разговора с отцом о том, что ты подвозишь меня на работу, и о том, что он не был счастлив при мысли о нас с тобой… я истолковала это как то, что это из-за тебя — что вызову негативную прессу в твою сторону — я боялась…
Я чувствую, как слезы жгут глаза, и прикусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы остановить их.
Но это не помогает, и они все равно проливаются.
 
Дрожащий вздох вырывается из меня.
— Но это были мои собственные негативные мысли о себе. На самом деле это сказал не мой отец. Это я сделала худший вывод, потому что именно так я уже давно думаю о себе. Что недостаточно хороша для тебя. Что я беспорядок. Что ты вспомнишь все это и все причины, по которым ты не хотел быть со мной с самого начала, и ты… бросишь меня. — Я прижимаю ладони к щекам, вытирая слезы.
— Ты не беспорядок, Ари.
Я наконец поднимаю на него глаза. Он смотрит на меня с неизвестной эмоцией.
— В данный момент, вроде так и есть.
— А это правда. — Он поджимает губы и качает головой в знак согласия.
— Задница. — Я смеюсь сквозь слезы.
— И это правда. — Он протягивает руку и берет меня за руку. Его кожа влажная и прохладная на моей. — Что сказал твой отец, когда ты ему рассказала?
— Он был довольно добр. Он сказал, что беспокоится обо мне. Поскольку ты занимаешь высокое положение, а я — его дочь, пресса будет заинтересована, особенно из-за того, что произошло в начале этого года. И он беспокоился о том, как пресса, снова влезшая в мою личную жизнь, может повлиять на меня.
— В этом есть смысл. — Он кивает. — Но есть способы защитить тебя от этого.
— Он собирается поговорить с пиарщиками.
— Хорошо. — Он проводит большим пальцем по моему запястью.
— Я скучала по тебе, — тихо говорю я ему.
— Я тоже по тебе скучал. — Он скользит рукой вверх по моей руке. — Ненавижу спать без тебя.
— Я не смогла заснуть, — признаюсь я.
— Я тоже. — Он тихо хохочет.
— Так… что теперь?
— Ты можешь поцеловать меня, — говорит он, улыбка приподнимает уголок его губ.
— Это я могу сделать. — Я опираюсь на колени, не заботясь о том, что вода попадает на мои ноги или подол юбки, наклоняюсь и целую его.
Он берет мое лицо в свои руки, его язык проникает в мой рот, вызывая дрожь по моему телу.
— Значит, у нас все в порядке? — пробормотала я ему в губы.
— Мы более чем в порядке.
В следующее мгновение его руки подхватили меня под мышки, и меня потянуло вперед.
В бассейн.
Полностью одетую.
— Ах! — кричу я, когда мое тело сталкивается с его телом, когда я падаю в воду. — Какого черта? — кричу я ему.
Он ухмыляется, глядя на меня, задница.
— Я хотел, чтобы ты была рядом.
— И ты не мог просто выбраться из бассейна?
— Это казалось более забавным.
— Да, для тебя. — Я шлепаю рукой по его груди, но улыбаюсь.
— Для тебя это тоже будет весело.
Затем он захватывает мой рот в глубоком поцелуе и подает свое тело вперед, толкая меня назад, пока моя спина не ударяется о стену бассейна.
— Держись. — Он поднимает мои руки и кладет их на бортик бассейна.
Затем он ныряет под воду, и я задаюсь вопросом, какого черта он делает. Я быстро понимаю, когда он дергает молнию на моей юбке вниз и начинает стягивать ее по моим ногам.
Я извиваюсь, пытаясь остановить его, потому что, знаете, мы вроде как в общественном месте. Возможно, сейчас здесь нет никого, кроме нас, но это не значит, что кто-то не может войти в любой момент.
Он сильно сжимает мою задницу, не давая мне пошевелиться, и, воспользовавшись преимуществом, стягивает с меня юбку.
— Какого черта ты делаешь? — шиплю я, когда он выныривает на поверхность.
Одной рукой он очищает лицо от воды, а другой бросает мою юбку на бортик бассейна.
— Я думал, это очевидно.
Он придвигается ко мне вплотную, хватает мои бедра руками и притягивает меня к себе. Мои руки тянутся к его груди.
— Кто угодно может войти.
— И что?
— Ну и что? — мои глаза чуть не вылезают из головы. — Я не хочу, чтобы незнакомец увидел меня голой.
— Ты не голая. Пока.
— Ты сошел с ума?
— Из-за тебя? Похоже на то. И расслабься, детка. — Он прижимается поцелуем к моей шее. — Днем сюда никто не заходит. Бассейном почти никто не пользуется в течение недели, кроме меня. — Его руки переходят к моей попке, приподнимая меня выше, как раз туда, куда он хочет. — Я хочу помириться с тобой.