Выбор, который делают за нас (СИ)

— Ты? — сквозь истерический смех сказала она. — Да ты, ничего не можешь! Ты никто! Слышишь? Никто!
Говоря всё это, она всхлипывала от слёз и тут же смеялась, периодически захлёбываясь. Врач видимо оценил её состояние и что-то сказал медсестре.
Что конкретно мы поняли, когда в комнате появились санитары с успокоительным для мамы. В это время к нам присоединился Кирилл, вместе с Никой. Младшая Порш вкатывала в помещение инвалидное кресло, в котором расположилась Анита.
В руках будущей тёщи был баллон с кислородной маской. Анита улыбнулась самой своей обворожительной улыбкой, которая, несмотря на её бледность, ей сейчас очень шла, хоть и была не уместна. А потом очень громко, перекрикивая истеричный смех, что бы мама услышала, сказала:
— Я же говорила тебе, что всё тайное станет явным. Сейчас ты стоишь на обрыве, где впрок своей гордости можешь угробить своего сына.
Мама постаралась сделать вид, что не слышала того что, сказала Анита. Спокойно дождалась, когда ей вколют успокоительное. И потом, поднявшись и подойдя к нам, зашипела на меня.
— Это всё ты! Ты виноват, что мой мальчик сейчас там, при смерти. Что ты, что твой отец, стремитесь забрать у меня всех кого я люблю.
— Что ты несёшь? — грубо схватив за локоть маму, папа заглянул в её горящие сумасшедшинкой глаза.
— Это всё вы, — вырвалась из его хватки мама. — Самоуверенные заносчивые козлы. Если бы ты не притащил этот гребаный мотоцикл к нам в дом! — снова повернулась ко мне мама. — Я еще тогда поняла, что эта адская машина угробит моего мальчика.
А дальше она шокировала всех, кроме Аниты. Удивительно сколько секретов хранит эта женщина. Ведь её не удивило, то, что мама вцепилась в лацканы пиджака Кирилла и умоляющим тоном начала его просить.
— Кирилл, наш сын, он умирает. Ты должен его спасти. Я умоляю тебя, спаси нашего сына.
— Ты рехнулась? — озвучил вопрос, которым задавались все присутствующие, кроме что врача, он поспешно удалился еще в первых актах представления.
— Кир, — прохлюпала мама, — я ведь никогда ни о чем тебя не просила. — Дима, он, твой сын. Ему нужна почка, прошу тебя. Иначе он умрёт, — она смотрела ему в глаза, всё сильнее комкая побелевшими пальцами его пиджак.
Кирилл брезгливо отодрал руки мамы от себя и сделал несколько шагов назад.
— Ты спятила, у нас никогда не было…
— Ты ошибаешься, — вмешалась Анита. — Она приходила, когда ты был в запое после смерти своего отца.
Сначала воцарилось молчание. Папа с жалостью и не понятным мне чувством, смотрел на всхлипывающую жену, которая от отчаяния опустилась на пол. А лицо Кирилла скривилось в отвращении скорее к себе самому. Так, будто сама мысль о близости с этой женщиной была ему противна. И единственное, что мы от него услышали, было обращение к матери.
— Мразь, — бросил он и вышел, оставив нашу весёлую, душевную компанию, переваривать всё то, что только что произошло. И всхлипывающую в отчаянии на полу женщину.
— Ты что-нибудь знал? Просто заметил, что ты был, не слишком удивлён, когда она накинулась с обвинениями на тебя, — пояснил папа, на мой вопросительный взгляд.
К тому моменту, как мы все устроились в тишине комнаты, мама уже спала на одном из диванов. Аня сидела рядом со мной и молчала, не задавая никаких вопросов, держала меня за руку. Ника, повезла Аниту к нам домой, после нашей помощи в размещение последней, в моей машине. А папа, ослабив галстук, опустился рядом с нами.
— Я думал, что это я не твой сын, — усмехнулся своим домыслам. — Когда Дима в первый раз слетел с мотоцикла, она обвинила меня в том, что я хочу убить её сына, которого она смогла родить от любимого человека. Я и подумал…
Отец усмехнулся какой-то своей мысли. И потер лицо ладонями. А потом начал рассказ, своей жизни, а точнее эпизода из неё.
— Я работал в фирме отца Кирилла, мы очень быстро с ним подружились и мечтали сами расправить крылья. Особенно об этом мечтал Кирилл. Старик давил на него, со всех сторон. Одним из этих давлений стала и Катя. Она была невестой Кира, — наши с Аней лица вытянулись одновременно. — Она, молча, ждала уже несколько лет, когда же Кир решится на свадьбу. А его это напрягало, ведь будущую супругу ему выбрал отец. Познакомившись с ней на одном из званых вечеров, что устраивали её родители, я, если честно купился на голубые невинные глазки. Я не понимал Кира, как он может заставлять ждать такую женщину. На что друг дал мне карт-бланш. Просто одной фразой «Нравится, забирай». Он ведь никогда не нуждался в женском внимании. Вокруг него всегда крутились самые изящные красотки Германии.
 
… На одну из вечеринок, где присутствовала Катя, Кир, заявился в компании сразу двух рыжих моделей. И это несмотря на то, что об их помолвке знали даже подвальные крысы. Девчонка тогда постаралась на славу. Вот только не учла, что многим особям женского пола достаточно и роли любовниц денежного кошелька. После той вечеринки её имя склоняли даже уличные бомжи. Ведь она предпочла сделать вид, будто ничего особенного не происходит. Ну, прилипли к её жениху две полуголые девицы, всего-то, — усмехнулся папа. — А потом Катя решила отомстить. И выбрала для своей мести меня. Видимо в надежде заставить Кира ревновать. Но тому было все равно. Всё что мне оставалось это утешить девчонку. Вот только наше утешение закончилось в постели. А потом Катя узнала, что беременна. Имея, отрицательный резус-фактор, она побоялась делать аборт. И по итогу сбежала со мной в Россию, где мы и поженились…
… Из неё получилась прекрасная актриса. Ведь я сам не подозревал, что всё это время, что мы с ней прожили под одной крышей, она любила Кирилла.
— Вот за что она так ненавидит маму, — печальным полушепотом сказала Аня.
— Это да, Катя до последнего была уверенна, что Анита не продержится и года у Кира. Её бесило, что он уделяет девчонки так много времени. А новость об их свадьбе её вообще убила. Катя даже тогда попала в больницу на сохранение. Удивительно, но я даже не подозревал, что Дима не мой кровный сын, — в очередной раз усмехнулся отец.
В комнату вернулся Кирилл, держа под мышкой свой пиджак, а руками опуская закатанный по плечо рукав.
— Я сдал все нужные анализы, — сказал он, — теперь нам остаётся только ждать результата.
Губы Порша были плотно сжаты, а скулы заострились. Он даже не пытался смотреть на свернувшуюся калачиком на одном из диванов женщину.
— Ты ведь не простишь её? — удивительно, но папа не обвинял не в чем Кирилла.
— Прощать её должен ты. Это тебе она при первой же возможности наставила рога. А мной она просто воспользовалась. Хотя она по-другому не умеет. За то, теперь стало ясно, почему она чуть ли не с пеной у рта была против свадьбы Ани и Димы. Помнишь?
— Да. А мы ведь тогда ничего и не поняли. И ни кто не ожидал, что она взбесится на твоё предложение заменить жениха, раз Саша предпочёл вольную жизнь, — усмехнулся папа. — А Анита сразу сказала, что Кате эта идея не понравится. Удивительно, что она так долго молчала?! — скорее мысли вслух, нежели вопрос.
— Это да, моя жена как сундук Пандоры. Хотя скорее она жертва от деяний твоей, — опустился на кресло Порш.
Я просто следил за обычным разговором двух друзей и поражался. Ни злобы, ни обвинений. Хотя нет, они оба винили одну женщину, которая насмешкой судьбы, была невестой одного, а вышла замуж за другого.
Мы все стали заложниками времени. Нам ничего не оставалось кроме как сидеть и ждать. Либо чудо, либо трагедии. И эта обреченное понимание, что я бессилен в данной ситуации, давило сильнее всего.
А минуты летели. Сначала наступила оглушительная тишина в коридоре госпиталя, она прерывалась периодическими тихими шагами, кого-то из врачей или медсестёр. Потом, вместе с утренними лучами, здание наполнилось звуками и различными запахами, которые вызывали исключительно тошноту. Но я больше не мог сидеть на одном месте, ожидая сам не зная чего, вот только привык, что для себя ничего хорошего. Осторожно разбудил Аню, задремавшую на моих коленях. Девушка тут же подпрыгнула, испугавшись того, что уснула. И вопросительно со страхом уставилась на меня.