Вторжение (СИ)
— Майор Гросс, насколько я понимаю, есть вариант срочной мобилизации резервистов, — уточнил один из офицеров, стоящих рядом.
— Более того, это нам крайне необходимо, — кивнул тот. — Но город оказался в самом центре военных действий сразу же после их начала. Ситуация стремительно меняется, и эвакуация за пределы города гражданских лиц — первоочередная цель. Когда вокруг гибнут твои близкие, в первую очередь думаешь о них, а уже потом — о долге перед родиной. Я не могу никого за это винить. Как вам известно, вся мужская часть населения обязана хранить в своих домах полученное после прохождения службы оружие и боекомплект к нему. Считаю, что граждане и без объявления мобилизации разберутся, как себя защитить. Что касается информирования населения — насколько я знаю, из-за суеты и беспорядка систему массового оповещения включили лишь несколько минут назад. В передаче, помимо прочего, дается указание покидать город в восточном и юго-восточном направлении, так?
Лейтенант, тоже в армейском камуфляже, стоящий справа от докладчика, молча кивнул. Алекс же прислушался — даже за толстые стены помещения теперь проникал отдаленный монотонный вой сирен.
— Что нового по аэропорту? — воспользовавшись паузой, нетерпеливо задал вопрос тучный мужчина в полицейской форме, с важным видом ткнув мясистым пальцем в карту. Затянувшись сигарой, он выпустил очередное облако дыма, окутавшее его сизым туманом.
— Аэропорт оставлен, полковник, — коротко ответил докладчик. — Там была настоящая бойня. Толпы обезумевших от страха людей метались по терминалам и взлетной полосе, пытаясь попасть на уходящие рейсы. Они набивались в самолеты в то время, как менее расторопных твари кровожадно рвали клыками или остервенело рубили мечами на куски целыми десятками, если не сотнями. Охрана же аэропорта сначала пыталась дать хоть какую-то отсрочку гражданским… Но потом вдруг, словно потеряв рассудок, охранники тоже набросились на убегающих, а затем открыли огонь по подъехавшей полиции и спецназу, еще больше усилив хаос и панику. Лишь минут пятнадцать назад, когда сразу несколько взлетающих лайнеров, резко потеряв высоту, рухнуло на жилые кварталы к северу от аэропорта, желающих сесть в самолеты поубавилось…
— Ближе к сути, майор, — бесцеремонно оборвал его полковник. — Времени на лирические отступления не осталось. У вас есть свежие данные по неожиданным «приступам агрессии», охватившей часть наличного в городе состава полиции и армии?
— Выявлены несколько закономерностей, мсье Бертран, — спокойно продолжил Гросс, специально, как показалось Алексу, обратившись к нему, как к гражданскому. — Во-первых, ею поражаются в основном наиболее проявившие себя в бою, самые эффективные. Это сразу сказывается на нашей общей боеспособности. В худшую сторону, разумеется. Удивительно то, что после «приступа» они как бы переходят на сторону противника, сражаются с ним как бы в одних рядах. — Он кинул короткий взгляд на багровеющее лицо начальника полиции, который наконец-то понял скрытую подколку. — Но их боевые навыки в этом состоянии весьма посредственны. Ведут огонь от бедра, длинными очередями, совершенно не используют укрытия и так далее. Однако живучесть подвергшихся этому так называемому «приступу агрессии» впечатляет. Кровотечение от ранений практически отсутствует, болевые ощущения притуплены, инстинкта самосохранения тоже не замечено. Нейтрализуются лишь попаданием в черепную коробку, либо близким взрывом гранаты. В последнем случае они остаются в живых, но выбывают из боя вследствие многочисленных повреждений конечностей. В связи с наличием шлемов и бронежилетов у армии и полицейского спецназа при «приступе» огонь по ним из личного автоматического оружия становится неэффективен, — подытожил офицер, помрачнев.
— И что же вы предлагаете? Приказать солдатам снять индивидуальную защиту и воевать без нее, в одной форме? — язвительно заметил начальник полиции. — Или расстреливать их из крупнокалиберных пулеметов?
— Я предлагаю отступить за Рону, и укрепиться вдоль восточного берега, — твердо ответил армеец, не обращая внимания на явную издевку. — Собственно, я уже отдал приказ оставить позиции вдоль шестьдесят второго шоссе и отходить к центру города…
— Да как ты посмел, майор?! — взорвался начальник полиции. — Ты нарушил субординацию и превысил все свои полномочия, не согласовав со мной эти действия!
— Так тебя ж рядом не было, Эмиль, — невозмутимо парировал Гросс. — Пока я пытался спасти то, что осталось от Вернье и прилегающих районов, ты отсиживался здесь, забрав взвод моих ребят в личную охрану. К тому же полицейский, пусть даже и в полковничьем мундире, мне не начальник, — отрезал он, добавив пунцового оттенка лицу оппонента. — Между прочим, часть твоих людей уже разбежалась, другая же перешла на сторону этих отродий. Хочется надеяться, не по собственной воле. А когда гражданские в туннеле опустили бронедвери, добровольно отрезав себе путь к бегству, стало понятно, что ждать больше нельзя. Сейчас спасать там уже некого — нужно эвакуировать тех, кто еще остался в центре и в восточной части Женевы. Все гораздо серьезней, чем ты думаешь.
Глава 9 — В западне
— Он прав, — неожиданно подал голос Алекс, подходя ближе. — Город обречен, это лишь вопрос времени. Думаю, нескольких часов, не больше.
— Парень, а ты вообще откуда тут взялся?! — возмущенно округлил глаза Бертран, только сейчас обратив на него внимание. — Вокруг меня полный дурдом! Кто впустил гражданского на совещание?!
— Я научный сотрудник ЦЕРНа, — представился он. — Два часа назад в одном из его корпусов в результате научного эксперимента с использованием ускорителя заряженных частиц был открыт вход — ворота… в ад.
— В ад?! Что за бред ты…
— Эмиль, сделай одолжение, помолчи, — раздраженно прервал того на полуслове уже сам майор. — Сдается мне, парень знает о творящемся безумии больше нас всех, вместе взятых. Продолжай, смелее, — закончил он, обращаясь уже к ученому.
— Сразу после этого оттуда начали возникать различные рогатые твари, одна жутче другой… Сначала звероподобные, а потом и прямоходящие, с большими мечами — меченосцы, как я их для себя назвал…
— Уже сталкивался с такими, — заметил армеец. — Неповоротливые и медленные, но очень живучи. Если вплотную подойдут, то своим мечом-тесаком рубят надвое вместе с бронежилетом. Отвлекают огонь на себя, пока их быстрая и зубастая разновидность обходит отряд по флангам.
— Мы заперлись в комнате охраны, там было оружие и мониторы системы наблюдения, — рассказывал Алекс дальше. — По ним я увидел, как эти исчадия сгоняют людей в помещение со входом в их мир и расширяют этот самый вход, сцеживая их кровь и выливая ее на него. Кто-то упирался, но многие шли как бы по своей воле, — ученый задумался на секунду, подбирая слова. — Словно что-то ими управляло, как марионетками, сидя внутри. — Алекс скосил глаза на майора, едва заметно кивнувшего каким-то своим догадкам. — Затем прибыл спецназ, началась перестрелка, мы попытались воспользоваться неразберихой и сбежать, но удалось лишь мне. Мои друзья остались там… — при мысли о Рике и Эмме голос предательски задрожал, и он невольно замолк.
— Сочувствую, парень, — похлопал ученого по плечу майор. — Но, судя по тому, что ты сейчас стоишь здесь, а не драпаешь что есть сил из города, у тебя с собой не только несколько общих фраз, пусть и проливающих свет на некоторые нюансы, не так ли?
— Да, точно! — Алекс засуетился, вытаскивая жесткий диск из кармана. — Я взял из серверной записи видеокамер, где четко все зафиксировано.
— Что ж ты раньше-то молчал?! — начальник полиции буквально вырвал у него из рук коробочку, подключая ее к стоящему на столе ноутбуку.
На экране появился длинный список видеофайлов с цифробуквенными обозначениями. Своими толстыми, трясущимися от волнения пальцами, полковник никак не мог справиться с сенсорной панелью. Молодой армейский лейтенант, ранее стоящий рядом с майором Гроссом, подскочил к компьютеру. Аккуратно, но решительно оттеснив от него начальника полиции, он сноровисто забегал пальцами по клавиатуре, отыскивая нужную запись. Остальные сгрудились сзади, с нетерпением ожидая результата. Найдя файл, лейтенант включил воспроизведение. Алекс увидел знакомые до боли кадры массового забоя людей в зале управления с последующим подвешиванием и сливанием всей оставшейся крови. Стоящие сзади синхронно охнули, одновременно стараясь подойти ближе, чтобы рассмотреть как можно больше деталей. Майор, наклонившись, шепнул что-то на ухо своему подчиненному, и тот перемотал запись ближе к началу. Теперь на экране Маркус стрелял в Рика, а сзади него из портала как раз появлялось первое исчадие. Лежащих на полу Алекса и Эммы в этом ракурсе видно не было.