Мороз и ярость (ЛП)

Эйла хихикает над чем — то, что говорит Атлас. У меня такое чувство, что она часто хихикает. Она наклоняет голову, посасывая нижнюю губу и накручивая прядь волос на палец.
Я стряхиваю крошки, которые упали мне на грудь, и открываю бутылку воды. Возможно, мне следовало спросить, а не наливать себе сразу. Нет, мне все равно. Глаза Эйлы мечутся туда — сюда между мной и Атласом. Я физически чувствую, как меняется ее преданность. Черт возьми.
У Атласа все еще улыбка на лице, когда он обращает на меня внимание, но она становится хитрой, когда направлена в мою сторону. Я прищуриваюсь, и мы пристально смотрим друг на друга. Машина наконец выезжает из пробки, и я знаю, что обратный отсчет начался. Скоро мы будем в театре. Мы наезжаем на кочку, и вода заливает мне руку. Это единственная причина, по которой я моргаю первой. Ублюдок.
— Я удивлен, что ты не пошла в «Nemean Enterprises». Все остальные пошли. — Низкий голос Атласа полон ласки. Я пожимаю плечами, как будто могу избавиться от того, как это на меня действует.
— Мне захотелось пойти в клуб, — невозмутимо заявляю я, допивая остатки воды одним долгим глотком.
— Конечно, — говорит Атлас без особого энтузиазма, а затем поворачивается к Эйле. — Ну, мне захотелось найти самую очаровательную женщину во всем Новом Олимпе, с которой я мог бы провести ночь.
— Никто никогда не называл меня очаровательной. — Я хихикаю.
Атлас приподнимает бровь, и Эйла поворачивает голову, чтобы одарить меня взглядом, который говорит: «Ты идиотка».
А. Точно. Он говорил об Эйле.
— Не могу представить, почему? — Спрашивает Атлас с ноткой смеха в голосе.
Не думаю, что мне нравится эта его очаровательная сторона. Мне нравится настоящий Атлас, тот, кто бросает убийственные взгляды и чьи губы постоянно сжаты в прямую линию. Эта версия является неискренней и фальшивой.
— Ты видел кого — нибудь из остальных? — Спрашиваю я Атласа, но на самом деле хочу сказать ему, что я первой нашла Эйлу. Это заставило бы меня говорить как маленького ребенка.
Его глаза темнеют, веки на мгновение слегка приоткрываются, прежде чем он кивает. — Большинство из них отправились в штаб — квартиру «Nemean Enterprises».
Я сжимаю бутылку с водой, пластик хрустит под моими пальцами. Больше он ничем не делится, но, судя по тону его голоса, что — то не так. Интересно, что там произошло. Не то чтобы это имело значение. В этом соревновании каждый сам за себя, даже если это должны быть мы против богов и жрецы.
Машина замедляет ход, и мы останавливаемся перед кинотеатром. Атлас выходит первым, протягивая руку Эйле. Она грациозно выходит из машины, осторожно высовывая из дверцы сначала одну ногу на каблуке, а затем другую, как будто ее научили, как выходить из машины как леди.
Я перемещаюсь по кожаным сиденьям, мои штаны прилипают и издают неприятный шум. Голова Атласа наклоняется, чтобы заглянуть внутрь машины. Уголок его рта дергается, а затем он захлопывает дверь у меня перед носом.
— Задница.
Я толкаю дверь обратно, открывая ее с излишней силой, и она рикошетом отлетает назад. Ловлю ее ногой, открываю и выскальзываю из машины. Атлас и Эйла не стали ждать и уже подошли к двери. Их головы склонились друг к другу, хотя Атлас намного выше ее. Я не буду думать о том, как хорошо они смотрятся вместе, оба необычные, симпатичные люди.
Я бегу трусцой, чтобы догнать их, втискиваюсь между Атласом и Эйлой и мгновенно чувствую себя так, словно разрушаю частную вечеринку. Это чушь собачья. Я нашла ее первой.
Дроны снова появились над головой, и я уверена, что, как только мы войдем в кинотеатр, в вестибюле будет больше камер. Мне не нужно вести этот разговор, где микрофоны будут улавливать каждое слово. Я толкаю Атласа плечом в бок и подставляю ему спину, отхожу в сторону, чтобы посмотреть на Эйлу.
— Ты готова? Нам просто нужно выйти на сцену. — На самом деле, я понятия не имею, все ли это, что нам нужно сделать, но это начало.
Взгляд Эйлы метнулся поверх моей головы к Атласу, а затем уставился вперед, на дверь. Атлас открывает ее для нее и для себя, но я проскальзываю под его рукой, прежде чем он успевает захлопнуть ее передо мной.
 
— Вообще — то я думала…
Нет. Ни в коем случае. Эта сучка собирается перейти на его сторону. Я подумываю о том, чтобы вырубить Атласа, перекинуть эту предательницу через плечо и занести ее внутрь. Я могла бы справиться с ним. Он понятия не имеет, насколько я сильна.
Проклятье, почему бы мне не стать более убедительной личностью?
— Мы с Атласом поболтали… — Серьезно? Когда? За те две секунды, которые мне потребовались, чтобы выйти из машины. Когда она терлась о него в клубе?
— Думаю, будет лучше, если я пойду с ним. Если что — нибудь случится, он сможет защитить меня там.
Я усмехаюсь, не в силах скрыть своего раздражения. Я могла бы защитить ее с таким же успехом, но я понимаю, что это может быть непросто, просто глядя на нас с Атласом бок о бок. Он на фут выше меня, и у него на добрых восемьдесят фунтов больше мускулов. Моя сила обманчива. Моя Фурия также не заинтересована и пальцем пошевелить, чтобы помочь этой женщине. Она этого не заслуживает. Это основное чувство, которое я испытываю рядом с ней.
Что, если все это ловушка? Боги могут поджидать внутри, чтобы схватить Эйлу и выпотрошить ее, или скормить питомцам подземного мира, или что — то в этом роде. Честно говоря, я не знаю.
Мы останавливаемся в вестибюле, где снует персонал, но зрителей нет. Думаю, все, кто был раньше, ушли. Раздается тихий электронный гул, который говорит мне, что нас записывают.
Я смотрю на камеры и замечаю нескольких жрецов в красных мантиях, разбросанных у входа в театр. Они смотрят на меня, Атласа и Эйлу. Что — то в ярком цвете возвращает мне здравый смысл. О чем я думаю? Что случилось с «залечь на дно». Я принимаю поспешное решение и делаю шаг назад.
— Это твой выбор.
Эйла лучезарно улыбается Атласу, беря его под руку. Взгляд, которым Атлас одаривает меня, полон скрытого удивления и подозрения. Возможно, он думал, что я буду бороться с ним за это. Все, что мне нужно делать, это не высовываться и остаться в живых. Для этого мне не нужно побеждать. По крайней мере, пока.
— Давайте уже, пошлите. Я хочу переодеться и принять душ. — Я отвожу взгляд и толкаю двери, ведущие из вестибюля в театр.
Фаддей на сцене, спит в глубоком кресле, которое достали черт знает откуда. Ассистент в очках в темной оправе замечает нас, идущих по проходу, и быстро бежит будить Фаддея. Фаддей внезапно просыпается с храпом и хмурым видом, огрызаясь на своего помощника, пока тот не указывает на нас. Фаддей начинает выкрикивать приказы, и на сцену выбегает целая команда людей.
Стул убран, макияж нанесен на лицо Фаддея, а его волосы зачесаны назад — и все это в мгновение ока. Микрофон оказывается у него в руке еще до того, как мы оказываемся на полпути к сцене.
— Что ж, это настоящий сюрприз. У нас два чемпиона и гость.
Операторы появляются из ниоткуда, снимая нас, а также Фаддея на сцене.
Теперь, когда нас заметили, нет смысла притворяться, что Эйла со мной. Я останавливаюсь, облокачиваюсь бедром на спинку стула и наслаждаюсь прохладой кондиционера в кинотеатре. Не думаю, что за последние восемь часов я перестала потеть.
— Я не победитель. Я знаю, когда меня перехитрили. — Я киваю в сторону Атласа, показывая, что это он победил меня. Челюсть Атласа сжимается, и я практически вижу все вопросы, которые он хочет задать, но сейчас не время.
— Это интересный поворот событий. — Фаддей смотрит на меня, когда Атлас и Эйла выходят на сцену. — Что у нас здесь?
Рука Эйлы снова переплетается с рукой Атласа, но он убирает свою руку и представляет ее Фаддею. — Ответ на первое испытание. Это Эйла Лонг. То, что «Nemean Enterprises» считает ценным и пытается спрятать.
Эйла фыркает, намекая на свои чувства по этому поводу. Она скрещивает руки на груди и отходит на несколько шагов.