Его рождественский подарок (ЛП)

— Мы с ним всегда были близки, поэтому я поговорил с ним об этом, — продолжаю я. — Конечно, потребовалось много убеждений и большой работы, но мне наконец удалось вовлечь его в программу, и в последний раз, когда мы разговаривали, он был трезвым два с половиной года.
Я вижу, как моя история проникает в ее мысли, и механизмы ее разума начинают крутиться и жужжать, пока она обдумывает мое предложение. Она всегда выглядела очаровательно, когда думала о чем-то, и это тоже не изменилось.
— Ты сделаешь это для меня, Крейг? — спрашивает она. — Ты поможешь мне с мамой?
— Конечно, Дейзи, — отвечаю я. — И послушай, я знаю, что то, что я сделал, было неправильно, и я знаю, что твоя подруга советовала тебе быть осторожнее со мной или что-то в этом духе, но Дейзи, я бы сделал для тебя все.
  
Глава 9
 
Дейзи
СЛОВА КРЕЙГА потрясли меня до глубины души. Я даже не знаю, как их осмыслить.
Сначала он появляется здесь совершенно без предупреждения, потом говорит, что готов помочь мне с мамой, а теперь он только что сказал то, что только мужчины в кино говорят женщинам.
Я мечтаю? Я действительно сплю?
— Ущипни меня.
Красивые глаза Крейга загораются, и он смеется.
— Что?
— Ущипни меня, — повторяю я, беря его руку и прижимая ее к своей щеке. — Потому что я отказываюсь верить, что это действительно происходит.
— Я не собираюсь тебя щипать, Дейзи…
Я заставляю большой и указательный пальцы Крейга сжать мою щеку до боли, но он быстро отстраняется. Он не хочет причинить мне боль, и от этого он мне нравится еще больше. Боже, все те чувства, которые я испытывала к нему еще в старшей школе, вспыхнули с такой силой. Как будто они там тлели, просто ожидая, когда к ним добавят еще топлива, а теперь, с возвращением Крейга, они бушуют, как огонь, готовый сжечь всю вселенную.
Я даже не осознавала до конца, как сильно скучала по нему, пока он не появился снова. Думаю, я бы оставила эти чувства позади или под собой… спрятала их глубоко внутри себя, как я обычно поступаю со всем в жизни.
Если бы я никогда больше не увидела Крейга, я, вероятно, не позволила бы себе подумать о нем пару раз. Но теперь, что бы ни говорила Марисса, я снова влюбляюсь в него… сильнее, чем когда-либо прежде.
— Нет, еще не сплю, — говорю я ему.
— Ну, хм. — Он улыбается. — Если бы ты действительно видела сон, это был бы довольно конкретный сон. Я имею в виду — во сне был бы я в роли Санты и это была бы корпоративная вечеринка во время Рождества? Если бы ты придумала это из ниоткуда, я бы очень забеспокоился.
Мы оба смеемся.
— Это было бы случайно, — признаю я. — Но несмотря на то, как я была шокирована, увидев тебя тем вечером… вспоминая об этом… ты был чертовски хорош.
— Да? — Крейг ухмыляется, сверкая мне своей очаровательной улыбкой. — Если бы ты меня не знала… если бы у нас не было истории… ты бы подошла и села мне на колени?
Я чувствую, что краснею. Но почему? Мы с Крейгом раньше встречались. Мы спали вместе буквально прошлой ночью. Не то чтобы мне было чего смущаться.
— Возможно, — застенчиво отвечаю я, глядя на свои колени. — Ты бы поверил мне, если бы я сказала тебе, что была хорошей девочкой?
Сначала я ощущаю тепло его руки, прежде чем ощущаю, как грубая, мозолистая кожа касается моего подбородка, когда он поднимает мое лицо, чтобы посмотреть на него.
— Я надеюсь, что ты была хорошей девочкой. Потому что это означало бы, что ты не была ни с кем, кроме меня.
Что-то в его словах пленит меня. Как будто на меня накинули цепи, окутывая, чтобы соединить с ним. Цепи, от которых я никогда не хочу убегать. Внезапно я чувствую себя привязанной к дому, которому всегда хотела принадлежать.
— Крейг… не была, — говорю я тихо. — Я не была ни с кем, кроме тебя.
Выражение его лица меняется, а глаза наполняются волнением и желанием.
— Это правда? Ты говоришь мне правду, Дейзи?
— Конечно, — отвечаю я. — Ты знаешь, как мне было трудно даже встречаться с тобой из-за моих проблем с доверием к мужчинам, поэтому, когда ты ушел… для меня это был конец.
 
Губы Крейга приоткрываются, словно он собирается ответить, но ничего не говорит. Вместо этого он наклоняется и целует меня. Все мое тело становится податливым под ним. Я принимаю его поцелуй и откидываюсь назад, давая ему понять, что принадлежу ему, прошу его о большем и в то же время говорю ему, что он может делать со мной все, что хочет.
Он прижимается своим телом к моему, и я наслаждаюсь теплом, весом и мускулатурой, которая удерживает меня под ним. Когда он оказывает большее давление, я инстинктивно поднимаю бедра, чтобы прижаться к нему. Мои грубые инстинкты сейчас одолевают меня. У меня нет другого выбора, кроме как подчиниться им. Нет причин даже думать о том, чтобы их загасить.
Я доверяю этому человеку. Доверяю Крейгу.
Я хочу его в своей жизни больше всего на свете.
Я вскрикиваю, когда он подхватывает меня под бедра и переворачивает на живот. Парень делает это с такой легкостью, как будто я ничего не вешу, и это просто затрагивает все женские побуждения и инстинкты, которые есть во мне, так, как я никогда раньше не чувствовала.
В ответ я приподнимаю бедра и оглядываюсь на него через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, что его глаза полны похоти, как он хватает мои штаны и стягивает их до лодыжек, стягивая сразу и трусики.
А потом он меня шлепает.
— Боже, посмотри на эту задницу, — рычит он.
У меня чуть не случается сердечный приступ. Я не знаю, что делать. Крейг никогда раньше не обращался со мной так, но мне это нравится. Мне это очень нравится. Я чувствую себя куском теплого масла, которое тает под солнцем, мои легкие спазмируются, заставляя меня судорожно хватать ртом воздух, а сердце начинает стучать, как один из старых паровых двигателей.
Из всех моих нервных окончаний вылетают искры, и я хватаюсь за подушки дивана, пытаясь ухватиться за что-нибудь, чтобы удержаться, в то время как Крейг облизывает и покусывает внутреннюю сторону моего бедра. Когда его язык достигает моей киски, я зарываюсь лицом в ткань и кричу.
Я чувствую, как его губы кривятся в улыбке, в то время как его язык двигается вверх и вниз по моим самым нежным губкам. По моей святыне. Огонь вспыхивает в пальцах ног и быстро распространяется по телу, быстро захватывая меня, когда Крейг хватает мою задницу и раскрывает меня, давая еще больший доступ, чтобы доставить мне удовольствие.
В этот момент я едва могу держать себя в руках. Каждое теплое, влажное прикосновение его языка к моему клитору похоже на дождь из чистого рая. Я не могу больше это терпеть. Меня охватывает эйфория, и кульминация обрушивается на меня, как проливная волна, намеревающаяся унести меня в море.
Каждая мышца моего тела напрягается. Воздух вытесняется из легких, когда я полностью перестаю дышать. Крейг, который, кажется, прекрасно читает язык моего тела, перестает шевелить языком и просто оказывает давление, удерживая его там, где оно должно быть, позволяя мне переждать оргазм, пока я, наконец, не рухну от того, что произошло… это был самый сильный оргазм в моей жизни.
— Хорошая девочка. — Я слышу, как он снимает одежду у меня за спиной, пока я втягиваю воздух обратно в легкие и пытаюсь вернуться на землю из того места, куда меня только что отправил Крейг. Я уже собираюсь перевернуться на спину, чтобы посмотреть на него, когда чувствую его бедро сбоку от своего бедра. Затем ощущаю его другое бедро сбоку от моего другого бедра. А потом и его, жадно прижимающегося к моему входу.
Я не осознавала, насколько была мокрой, пока не почувствовала, как он скользнул внутрь меня, расширяя и растягивая меня своей толщиной. И на этот раз он сделал это одним сильным, требовательным толчком. Я могу почувствовать его голод и похоть одним сильным движением.
— Боже мой!
Я вскрикиваю, когда Крейг врезается в меня своими чудесными, мощными толчками. Каждый из них вызывает искры в моих нервных окончаниях, которые становятся все ярче и ярче. Он такой толстый, такой большой, он прижимается к тому месту внутри меня, сводит меня с ума головкой своего члена.