Скованные одной цепью, или Я тебе не жена! (СИ)
На ней-то и лежал Асгер. Она явно была маловата для могучего северянина, но он невероятным образом умудрился на ней уместиться, хотя ноги свешивались на пол, а голова покоилась на подлокотнике. Похоже, напарник мучился от холода, потому что перед тем, как заснуть, содрал с окна штору и накрылся ей.
Но точно ли он спал? Проклятие ведь разрасталось с бешеными темпами, а Асгеру никто не втирал мазь. И я не замечала, чтобы его грудь поднималась и опускалась, как бывает при дыхании…
У меня дрогнуло сердце. Я кинулась к напарнику. Из горла вырвалось хриплое:
— Ас!..
Он не шевелился. От отчаяния я дернула на себя покрывало, боясь, что сейчас увижу с изнанки масляные черные пятна, как на доспехах в гробнице Аруана.
Дышишь ты, дурак, или нет?!
Асгер внезапно рассмеялся и сгреб меня в охапку, заваливая вместе с собой на узенькую софу.
Подсвечник с грохотом брякнулся на керамическую плитку, свечи погасли, и комната погрузилась во мрак, а я совершенно неромантично ударилась о подлокотник.
— Ас! — зашипела я.
Теперь страха в голосе не было. Только досада на балбеса, который лежит при смерти и дурачится!
Когда он попытался подмять меня под себя, я врезала ему поощутимее коленом и, пока он корчился с тихими стонами, нашла упавший подсвечник. Зажечь свечи снова с помощью слабого заклинания было плевым делом. Затем я вцепилась Асгеру в руки и пристально их осмотрела.
Они выглядели почти нормально. Пораженные участки кожи были темнее, чем у меня, и немного шелушились, но болезнь определенно отступила.
— Дайш дал тебе лекарство? Или ты достал его сам? — требовательно спросила я.
— Ох, Лия, — Асгер наконец откашлялся и сел на софе, держась за ушибленное моим коленом место. — Вот так всегда. Ты к женщине со всей душой, а она…
— Сейчас снова влуплю, если не ответишь.
— Зануда, — буркнул он. — Эта дрянь сама начала проходить несколько часов назад, после того как
Дайш первый раз выгнал меня из твоей комнаты.
— Выгнал? — не поняла я.
— Да. Я сидел все это время рядом с тобой. С полчаса назад он выставил меня снова и запретил возвращаться без его разрешения. Имел бы я его мнение в виду, но, кажется, немного задремал, пока ждал его ухода. Ты-то как? Выглядишь намного живее, чем в обед.
— Да… — я потрясла головой, приводя мысли в порядок. — Дайш обезвредил проклятие. На, ты тоже должен намазаться.
Асгер уже протянул руку к баночке, но вдруг прищурился, оглядывая мои предплечья.
— Ты сама еще не до конца обработана. Оставь себе.
— Меня уже один раз намазали, — я сунула ему лекарство так близко, что почти ткнула в грудь. –
Этого хватит.
— Нет, Лия, — напарник мягко развернул мои руки, отобрал баночку и положил мне на колени. — Ты должна закончить обработку, иначе болезнь может вернуться. Видишь, мне и так неплохо.
Похоже, через браслеты передается не только сама зараза, но и лечение.
— Сумасшедшая логика. По мнению эльфов, супруг должен бросаться на поиски лекарства, чтобы не умереть вместе с женой, и это должно сблизить семью? А если болезнь окажется неизлечима или кто-то из супругов погибнет нечаянно, ну, к примеру, поскользнется и разобьет голову?
Второму тоже погибать? Странный народ эти эльфы.
— А все удивляются, почему у северян с ними постоянная вражда. И дело не в том, что мы любим корабли, а они боятся даже просто подойти к открытой воде. Человеческой головой понять их обычаи невозможно, — Асгер нахмурился. — Надо было мне догадаться, что в случае с браслетами без подвоха не обойдется. А я, дубина, поверил Танцору на слово.
— Слушай, насчет твоего Танцора…
Я на всякий случай проверила комнату магическим зрением, удостоверилась, что прослушек нет, и кратко пересказала новость, которой поделился Дайш. У напарника вытянулось лицо.
— Мать драккаров! Так этот пес не ошибся, он нарочно набрехал про браслеты! Наверное, хотел через меня подобраться ближе к тебе, а уже через тебя — к Дайшу. Потому и устроил сцену при встрече — хотел убедиться, что ты действительно так сильна, как говорят.
— Хитер, сволочь, — кивнула я. — И положение у него выгодное.
— Лицо всегда под маской, никто не знает, как он выглядит, — кивнул Асгер. — Может, это вообще не тот Танцор, который исчез несколько лет назад, а кто-то другой, кто всего лишь похоже вырядился и нацепил такую же маску. Надо сдать его Дайшу.
— Ты пойдешь на это? — удивилась я.
Он приподнял брови.
— А не должен? Подонок обвел меня вокруг пальца. Как пить дать, он врет и насчет того, что может снять браслеты. Это способ заставить нас выполнить его задание, а когда мы вернемся с гримуаром, то окажется, что надо сбегать еще туда-то и туда-то. Причем закончится все тем, что от браслетов мы не избавимся, а Дайша сцапает королевская стража, и как бы нас не загребли вместе с ним. К нему я любви не питаю, но он платит деньги, дьярхи бы его побрали. Мою историю с кланом ты уже знаешь. Вдобавок тогда будет разрушен твой портал, чему ты тоже вряд ли обрадуешься.
Было приятно, что Асгер подумал и обо мне, но я все равно с сомнением покачала головой.
— Как бы не подставили сами себя, рассказав о Танцоре. Только что я уверяла Дайша, что ты о нем вообще не говорил, болтал исключительно о себе.
Напарник накрыл мою ладонь своей.
— Не беспокойся. Я поговорю с Дайшем сам и сделаю так, что он ничего не заподозрит. А Танцор пусть идет к демонам со своим ограблением библиотеки.
— Не библиотеки, а коллекционера книг, — поправила я и улыбнулась.
Мне казалось — интригующе. А Асгер выдал:
— Ты чего корчишься, будто морского ежа проглотила?
Я вздохнула.
— Ничего. Просто хотела сказать: может, нам все-таки стоит наведаться к этому Кандо Сарвалесу?
— А что, в тебе взыграл профессиональный интерес к сборникам заклинаний?
Ответила я не сразу. В первую очередь потому, что мне даже самой себе было сложно обосновать, почему я приняла такое решение.
Я ведь должна быть паинькой. Сидеть тише воды и ниже травы, хорошо учиться и выполнять все приказы нанимателя, чтобы он поскорее вернул меня домой… Но шепот уже слетал с языка.
— Дайш не захотел и пальцем шевельнуть, чтобы спасти тебя от проклятия. Не думаю, что он всерьез подозревает в тебе шпиона, иначе бы твой труп уже пошел на морское дно. Ты ему попросту не важен. По такой же причине нам однажды пришлось бросить Берча, который учил меня водной магии, по такой же причине погибли Руф, Антель и другие, включая Арвальдо два дня назад. Я так не могу больше, Ас. То, что сказал на складе Танцор, — вдруг это правда? Вдруг
Дайш в самом деле собирается изготовить оружие, способное за раз убить сотни людей? Я
должна узнать, что за вещи помогала доставать целых два года и для чего вообще меня притащили в этот мир.
Асгер смотрел на меня молча целую минуту. Затем неожиданно сгреб в охапку, тесно прижимая к себе. Я попыталась отбиться, как в прошлый раз, но толку! Этот медведь только крепче меня обнял.
Я затаила дыхание. Пусть попробует, вот только попробует что-нибудь сделать! Я давно перестала быть никчемной домоседкой, которой можно помыкать и пользоваться! Я теперь маг, всю комнату разнесу, если понадобится себя защитить!
Но напарник всего лишь шепнул на ухо:
— Ты молодец, моя маленькая колдунья. Согласен с тобой: все деньги мира и кровная связь с кланом ничего не стоит, если из-за нас погибнут невинные люди. Достанем эту книгу, а потом уже решим, как поступать дальше.
Мое бешено стучащее сердце успокоилось. В медвежьих объятиях сразу стало не так тревожно. У
Асгера было медленное, размеренное дыхание, мягкая щетина на подбородке, которым он касался моей скулы. Да и вообще, тут тепло и уютно, а меня так давно не прижимали к себе мужчины. Особенно сильные. И как же хорошо, что в подсвечнике горит единственная свеча, в тусклом свете которой никто не увидит, как у меня разгораются щеки…
Но Асгер был бы не Асгер, если бы не разрушил наваждение.