Близнецы по разуму (СИ)

Она покачала головой:
— Нефангский план. А кроме того, как враг отменит договор?
— Также, как убивает: вопреки ему. Ну а потом, он действует не один, а в паре с человеком, причем пока они хотят одного и того же: сместить Арх-Ри нынешнего и развязать бойню.
— Два паука, — прошипела Эльдин. — Как человек может хотеть гибели соплеменников?
Кир внимательнее вгляделся в ее лицо, пытаясь разглядеть сарказм и усмешку, но нашел лишь непонимание.
— Люди издревле убивали друг друга, Эльдин гранд Ферн.
— Мы тоже, но…
— Но у этой человеческой твари философия проклятого миллиарда и как бы не ницшеанство на всю голову! — не сдержался Кир.
— Не понимаю.
— Он рассчитывает стать богочеловеком — самой гадкой тварью из всех, какие возможно: вне морали, нравственности, законов, еще и бессмертным, — Кир скривился. Кофе, еще мгновение назад казавшийся безупречным, горчил на языке. — Он собирается затащить подельника-фанга в Арх-Ри. Затем тот развяжет бойню. Многих убьют: в основном рядовых граждан, но правительство и военные, несомненно, уцелеют, и оружия достанет, чтобы переломить ход схватки. Думаю, мерзавец не станет этого дожидаться. Своего подельника он покинет сразу, как тот станет Арх-Ри: сбежит и предупредит о готовившейся атаке. Мирных граждан это не спасет, а мразь еще и в герои выбьется. Дальше, полагаю, ты способна спрогнозировать сама.
Эльдин нахмурилась.
— Будь добр, продолжай.
— Рано или поздно человечество одержит победу. Фанги быстрее, сильнее, выносливее, на вас легче и быстрее заживают раны, вы не болеете. Но насколько ценно физическое преимущество в сравнении с даже не ядерной бомбой, а беспилотниками, артиллерией и авиацией? — продолжил Кир. — Слияние произошло слишком быстро, мы понятия не имели кто вы и как с вами быть. Сейчас будет по-другому.
Она кивнула.
— Зачем такие сложности и жертвы?
— Думаю, если бы эти двое не встретились, все было бы значительно проще.
— Вероятно, — согласилась Эльдин. — Хотя я никак не могу понять, почему претендент еще не превратился в безумца. Складывается ощущение, будто он никогда не жил на Варе. И эти убийства. Зачем?..
Кир слишком хорошо помнил реакцию Синицы на его слова, потому вовремя прикусил язык.
— Признаться, я тоже многого не могу понять, — попробовал он сменить тему. — Например, на кой внезапно всем сдался именно я?
По губам Эльдин скользнула улыбка, хотя хмуриться она не прекратила.
— Это как раз просто, Кирилл.
— Да? — деланно удивился он. — Тогда я весь внимание.
— Тебя спас Арх-Ри. В тебе его кровь. Ты, конечно, не Ито, но вполне себе тянешь на приемного сына. Заполучить тебя в прайд… почетно. Ард не мог не рассказывать тебе этого.
— Я — человек, ветеран, полицейский! Вас это не смущает?
— Разве мы не считаемся такими же гражданами, как люди? По крайней мере, по законам Российской Федерации?
— Считаетесь, — признал Кир.
— Тогда почему мы должны относиться иначе к вам?
— Л-логика, — усмехнулся Кир. — На самом деле не поспоришь. И ты действительно думаешь, будто нездоровый интерес ко мне объясняется лишь этим? Это в какой же такой прайд меня хочет затащить претендент со своим ручным манипулятором?
Она пожала плечами.
— Не знаю. Я рассказываю об интересе здоровом, свойственном нормальным грандам, а не больной паре извращенцев, из-за которой я только и делаю, что ношусь бешеной лисицей по необъятным просторам вашей Руси-матушки и за ее пределами.
Кир рассмеялся.
— Даже так?
Она кивнула:
— Обычно мы не вмешиваемся в дела друг друга. Но… следовало убедиться.
— И? Не интервенция всему виной?
— Нет.
— И… раз уж об этом зашла речь, тогда в кафе…
— Ард переживет, — произнесла она уверенно. — Сам ведь виноват: нельзя решать за других.
— Наверное.
Эльдин улыбнулась, и цветы на растущем в кадке поблизости серебрянолистном кусте потянулись к ней.
— Мне странно, что в рассказанном тобой плане не нашлось место прайдам. Мы ведь не желаем войны.
— По Альтерам не скажешь, — заметил Кир.
— Считай их самыми нелояльными из нас, тем паче, это правда. К тому же их не так сложно замирить.
 
— Точно?
Она кивнула.
— А силу ваших прайдов несложно сломить, если бросить на них людскую толпу вроде недавних нациков.
Эльдин прошипела нечто неясное и прикрыла веки.
— Скверно, — подытожил Кир в третий раз, и она кивнула.
Створка лифта отъехала в сторону и на нижней площадке появился Ард. Кир собирался махнуть ему, привлекая внимание, но Эльдин потянулась через стол и накрыла ладонью его руку. По всему телу немедленно прокатилась теплая волна.
— Кирилл… — осталось неясно проговорила ли она или достучалась до Кира мысленно. Тот замер, словно кролик перед удавом. Звуки растянулись, голос упал до шелестящего шепота: — Не вмешивайся, прошу.
Рядом с Ардом встал светловолосый изящный азиат: не Ви-И-рс, а другой.
— И что же здесь намечается?
— Замирение прайда Альтер. Думаю, хоть какую-то информацию мы от них получим непременно.
  
Глава 21
 
Прежде, чем Кир успел задать вопрос, все стало ясно и так. Потому что Ард принялся меняться. Движения приобрели особую фангскую плавность. Скользящим шагом, доступным только этим созданиям, стремительно он прошел в центр арены. Грациозно, словно большая хищная кошка, повернулся к нему навстречу Альтер. Опасность читалась в каждом жесте, повороте головы, напряженной спине.
— Это верно, что для человека поймать взгляд фанга, находящегося в боевой форме, не просто неприятно, а страшно до ужаса? — поинтересовалась Эльдин, видимо, стремясь отвлечь.
— Только вначале, — ответил Кир. — Я, когда увидел впервые, не помня себя, рванул километра на два и очнулся не сразу.
— А сейчас? Мне не придется бежать за тобой?
— Вряд ли, — отозвался Кир, зевнул и отхлебнул кофе. Он не желал признаваться, но разыгравшееся перед ним представление выглядело красиво, отнюдь не пугающе. — Гранд Альтер не возмутится присутствию зрителей на дуэли?
— Нет. Он бьется за своего грана и за свободу поступать так, как сочтет нужным.
— То есть, если выиграет?..
— Заявит о принятии стороны претендента во всеуслышание, вернет себе Ви-И-рса и позовет примкнуть к своему прайду всех наших гранов.
— После чего все прочие гранды обязаны будут высказаться и тоже выбрать сторону?
— Мы не вассалы, — напомнила Эльдин.
— А вот неплохо, если бы хоть кто-нибудь поразмыслил о том, что иногда нужно ими становиться! — прорычал Кир. — Уж больно поганая альтернатива просматривается, не находишь? Не лучше ли засунуть свою независимость в задницу и защищать того, кто обеспечил мир?!
— Как он и дальше сможет его обеспечивать, если останется Арх-Ри только благодаря поддержке прайдов? — поинтересовалась Эльдин.
Кир выругался. Найти ответ быстро он не сумел, потому признался:
— Не знаю. У людей с этим гораздо проще.
— Вы живете стаями и, соответственно, поддерживаете стайный образ жизни и мысли: право и правда большинства. Даже те, кто называют себя индивидуалистами, все равно обращают внимание на общественное мнение, часто, чтобы сразу идти против него, не раздумывая над своим отношением и выбором. Вы выдумали демократию, но сколько бы она ни существовала, столько отдельные группки рвачей грызутся за власть, полагая своих якобы избирателей быдлом. У нас иначе.
— Ой ли, — усомнился Кир.
— Мы — одиночки с примкнувшими к ним соплеменниками либо просто одиночки. Причем, сила прайдов зависит от грандов напрямую. Допустим, поспорили два прайда с одинаковыми по силе грандами, но в один входит десяток гранов, а в другой — сотня. Если они схлестнутся, кто победит?
— Сотня, разумеется: попросту задавят числом, — сказал Кир. — Это логично. Вот только предчувствую я подвох.
— И правильно, — усмехнулась Эльдин. — Потому что они будут равны по силе, и десяток вполне сумеет сдерживать сотню. И более того, Кирилл, гибель грана будет означать усиление оставшихся в живых. В прошлом граны становились грандами, выжив в подобных мясорубках. Однако сейчас от войн прайдов отказались: проще грандам решить все между собой.